Чтение онлайн

И вот план крепости со всеми пятью башнями, углом сходящимися стенами и настенными ходами вычерчен на листке пергамента. Нильс Бентсен спрятал его за подкладкой камзола и всегда носил при себе. Со дня на день Нильс Бентсен ждал прихода любекского купеческого судна в Колу.

Но с наступлением зимы все меньше и меньше приходило иностранных кораблей в Кольскую бухту. Временами Нильсу Бентсену начинало казаться, что о нем забыли и старания его не нужны больше шведскому властелину. Но он был терпелив и умел ждать.

Человек с медальоном, на котором был изображен святой Августин, появился в Коле, когда коляне праздновали Николу зимнего и во всех домах посадских людей царило праздничное веселье. Он пришел на этот раз на судне, которое вышло из Ростока, и встретил Нильса Бентсена возле Гостиного двора. Передать ему план крепости, изображенный на пергаментном листе, на улице не удалось.

Второй раз они встретились на судне Ганзейского союза, в капитанской каюте.

– Что нового произошло за это время?
– спросил человек с медальоном на шее.

– Воевода выходил на трех кочах из Колы и повоевал Печенгу, - ответил Нильс Бентсен.

– Мне это известно, - нахмурил брови посланец короля Карла.
– Короля тоже известили об этом. Что ты успел выведать нового?
– заторопил он Нильса Бентсена.

– Замерил длину крепостных стен, высоту настенных ходов и подходы ко всем пяти башням, - торопился обрадовать незнакомца Нильс Бентсен.
– И все это нанес на пергамент. Вот план кольской крепости.
– И он протянул сложенный многократно пергаментный лист.

– Где самое уязвимое место, чтобы с помощью петард сделать пролом в стене?
– спросил незнакомец.

– Справа от Воротной башни, - ответил тайный соглядатай.
– В этом месте легче всего подойти к стене крепости. Видите, у меня отмечены валуны возле самой стены. Укрываясь за этими камнями, королевские воины сумеют назаметно подойти вплотную к стене, заложить петарду и взорвать ее.

– Занятно... неплохо придумано, - бормотал прибывший из Свеи человек, продолжая рассматривать план Кольской крепости.
– Этой зимой закончится твоя служба здесь.

– И что будет потом?

– Король наградит тебя за старание и пошлет на новую службу.

Нильс Бентсен собрался сказать человеку с медальоном о том, что у русских есть другой такой же в тысяче миль от Колы пушной город, но передумал. Он немало был наслышан о Мангазее, стоящей на высоком берегу реки Таз, откуда везли в Москву сотни тысяч звериных шкур по зимнему санному пути, но решил умолчать об этом. Нильс Бентсен не хотел, чтобы король послал его так далеко от родины: остаток дней ему хотелось прожить в Швеции, на худой конец в Дерпте, где разорился Леннарт Бентсен, его родитель.

16

Кнехты и латники, набранные в Вестерботнии, стояли небольшими отрядами в трех порубежных свейских городках. Немного позже пришел в Витсчевле, где находились на постое ротмистр Пер Клементсон и швейцарец Готлиб Кюне, отряд лыжников под командованием вахмистра Клааса Торфинена. Всего набралось немногим больше трехсот воинов в королевском войске, которое собирался двинуть на Колу наместник Норланда. Но еще не вернулись направленные в различные селения Вестерботнии капралы, которым Пер Клементсон наказал поверстать в кнехты еще полсотни деревенских увальней. Ротмистр полагал, что к началу зимнего похода наберется не меньше четырехсот воинов в экспедиционном отряде и повоевать Колу будет нетрудно.

Тонкий, изящный, порывистый и совсем еще молодой Клаас Торфинен вошел в дом местного пастора, где стоял Пер Клементсон. Иней покрывал его от шапки до кожаных сапог, подбитых волчьим мехом. На улице было морозно и слегка пуржило.

– Прибыл с отрядом лыжников, ротмистр, - коротко доложил вахмистр.

– Сколько всего воинов в отряде?
– осведомился Пер Клементсон.

– Семьдесят пять, - последовал невозмутимый ответ.

– Немного удалось тебе набрать опытных лыжников, - недовольно нахмурил порыжелые брови Пер Клементсон.
– Я полагал, что приведешь в Витсчевеле не меньше сотни побывавших в прошлых походах воинов.

– Многие воины, побывавшие ранее в Лапландии и привыкшие к лыжным походам, заключили контракты летом прошлого года и отправились в Московию в корпусе Якоба Понтуссона Делягарди, - пояснил причину недобора воинов в лыжный отряд Клаас Торфинен.
– А где других возьмешь в этакую пору, когда самые матерые и смелые воины стоят на датских рубежах и сражаются на полях Московии?

– Следовало быть порасторопнее и действовать посноровистей, когда заключали контракты, - продолжал хмуриться Пер Клементсон.

Ему не раз приходилось самому заниматься набором кнехтов и латников в разных наместничествах королевства, и он хорошо знал, как нелегко расстаются с домашними очагами деревенские увальни. Теперь это стало еще труднее. Неудавшаяся война с датчанами и безрезультатные походы в Московию сделали наборы в королевское войско непопулярными среди простых людей.

Вахмистр молчал, кусая короткий ус.

В доме пастора было жарко натоплено. Клааса Торфинена разморило в домашнем тепле. Его клонило ко сну. После многих недель скитаний по Вестерботнии он вымотался, словно олень, которого забывали выпрягать из ездовых нарт.

– Необходимо внезапным налетом захватить знакомую нам Печенгскую обитель, - сказал Пер Клементсон.
– На нашем пути в Колу не должно быть никаких русских воинских отрядов.

– Мои лыжники устали, - замялся Торфинен.

– Только лыжный отряд может внезапно и быстро подступить к русскому укреплению на берегу Печенгского залива, - подтвердил ротмистр.
– Возьмешь с собой небольшой олений обоз на случай, если сумеешь захватить добычу. Впереди отряда направляй лыжный подвижной дозор, чтобы высматривали, нет ли впереди стрелецкого войска. Если стрельцов много, в бой не вступай. Отходи назад и возвращайся обратно. А коли мало их окажется, постарайся одержать над ними полную викторию и никого живым в Колу не выпускай. Кольский воевода ничего знать не должен о нашем походе. Выступаете через три дня.