Чтение онлайн

5) оттянуть до максимума сроки привлечения жертв к ответственности (время стирает память, заставляет жертву прятаться за 51 статью Конституции РФ, то есть молчать);

6) свести до минимума время на процессуальные действия, не дать защите опомниться. Лучший вариант – отправить подозреваемого (обвиняемого) в СИЗО, т. е. лишить связи с внешним миром;

7) в случае провала операции определить «стрелочника» (для этой цели подходят «стукачи на крючке»);

8) определить передающее звено «отката». Для этой цели лучшая кандидатура – адвокат.

Но об этом чуть позже.

Итак, бизнес-план составлен, можно приступать к «делу». Вам нужны примеры? Пожалуйста: случай с моим сыном, где наглядно присутствуют методы из пунктов 2, 5, 7. И не только!

Недавно я был на приёме у зам. начальника СС УФСКН В. Качанова. Спросил: «Как Вы наказали своих подчинённых – начальника отдела СС В. Дружинина, следователей Жолудева и Толмачёва, виновных в уголовном преследовании моего сына с обвинением совершения особо тяжкого преступления?» Важный чин СС ответил: «Мы не обязаны ставить Вас в известность! Это является государственной тайной!». Так, смотрим, что это? Ага, есть: пункт 4!

И таких примеров – пугающе много…

…Из письма жителя Ставрополя Деньщикова (передано мной в СК Промышленного района – Прим. авт.): «Весной 2009 года я провожал девушку… Дело было вечером, где-то около 20:00. Вдруг открылась дверца моей машины со стороны водителя, и двое лиц, в дальнейшем они представились Круподёровым и Ашиговым, выволокли меня из машины, одели наручники, избили… Подъехали двое понятых – молодых парней, которые обнялись с Круподёровым. Дальше Круподёров подвёл этих парней к машине, открыл дверцу, где на переднем сиденье лежал свёрток с марихуаной…

Запротоколировали, как будто это моё!

Затем надели наручники… стали избивать и требовать взятку в сумме 300 000 (триста тысяч) рублей… Мама приехала в слезах и привезла мне 70 000… Неоднократно таскали к дознавателю, меня объявляли даже в федеральный розыск. И только летом прошлого (2012-го) года прекратили уголовно преследовать за недостатком улик.

Знаю много случаев, когда Круподёров, Ашигов, Холматов таким методом зарабатывали деньги»…

Как видим, здесь присутствуют методы по пунктам 1, 2, 3, 5, 8.

Изучаю материалы уголовного дела С. Галоянц, осуждённого к 7 годам лишения свободы. Сценарий тот же. Снова присутствуют методы по всем пунктам. И даже действующие лица те же! Отсутствуют только данные: как познакомился закупщик С. Круподёров с С. Галоянц? Кем, когда и посредством чего была назначена встреча между закупщиком и продавцом наркотика, какова причина затягивания возбуждения уголовного дела на календарный год с момента проведения ОРМ?

Подробности уголовного дела описывать не буду, они изложены в статье «Фабрика смерти и беззакония» («СР» № 7 от 19.02.2013 г.). Обращаю внимание на любопытные факты, которые должны были изначально насторожить следствие. В акте «проверочной закупки» от 15 июня 2011 г. (т. е. в день проведения ОРМ), составленном полицейским опером А. Ашиговым, указано: «…В период времени с 16 часов 08 минут по 16 часов 15 минут гр. Круподёров С. Ю., находясь в автомашине «Лада-Приора», которая стояла возле дома 1А по улице Павлова г. Ставрополя, выдал цифровой диктофон, который был прослушан сотрудником полиции. В ходе прослушивания было установлено, что на диктофоне присутствует запись, подтверждающая сбыт наркотического средства».

Однако понятые А. Жуков, И. Черков 15 июня 2011 г. (т. е. в день проведения ОРМ) в актах опроса показали: «…В период времени с 16 часов 08 минут по 16 часов 15 минут гр. Круподёров С. Ю., находясь в автомашине «Лада-Приора», которая стояла возле дома 1А по улице Павлова г. Ставрополя, выдал цифровой диктофон, который был прослушан сотрудником полиции, в ходе прослушивания было установлено, что на диктофоне отсутствует аудиозапись».

Вопиющие разногласия в показаниях банды оборотней и их пособников, которые должны были развалить обвинение на любой стадии судопроизводства! Однако в этом деле зловещую роль сыграл защитник, адвокат Налбандян (см. пункт 8).

Включившись в «состязательность сторон», адвокат Налбандян, демонстрируя перед несчастной матерью обвиняемого свой «профессионализм» и опыт, накатал жалобу аж на 20 (двадцати) листах. Много я повидал документов на своём веку, но с такой галиматьёй столкнулся впервые. По существу, изложенные в жалобе незначительные доводы защиты должны были уместиться максимум на одном листе. Остальные 19 листов содержали переписанный текст инструкций: как хранить вещдоки, какие журналы заполнять, где и что в какой графе записывать.

Естественно, такой опус стороной обвинения и судом всерьёз не был воспринят. Перед рассмотрением уголовного дела в суде адвокат навестил мать обвиняемого О. Галоянц. Офелия Ашотовна не скрывает, что адвокат заявил ей, что может «вытащить» её сына, но для этого надо заплатить откат полторы тысячи рублей (имелось в виду 1,5 млн. – Прим. авт.).

Откуда у женщины такие деньги? Отказалась она. Не знаю, то ли в отместку, то ли по наущению, но адвокат Налбандян в первом же заседании суда заявил ходатайство об исключении вещественного доказательства – ауди-озаписи «проверочной закупки» – как недопу-стимого. А ведь именно там таились многие козыри защиты!

Суд удовлетворил ходатайство.

Итог – 7 лет тюрьмы.

Налаженный конвейер фабрикации дел практически не даёт сбоев. Человеку, попавшему в поле «деятельности» СС и полиции, гораздо проще выполнить любые их условия, нежели воевать с системой. Бизнес на чужой крови стал явлением привычным и обыденным…