Чтение онлайн

Храм Атамэ объявил меня официально аватарой Богини и выдал энциклику, разрешающую мне и Лиаре тройственный союз с Аланой. Что в свою очередь поставило Республику на уши. На Мендуар примчались храмовницы из ордена Дочерей Атамэ чуть не в полном составе ордена во главе с магистериумом. И принесли нам клятву верности, как Императрицам и сейчас, я вижу нескольких девчонок в лёгкой броне, на окраинах посёлка. Нас охраняют от всех кого только можно и нельзя, зорко взирая на всех, кто приближается к объектам охраны. Парочка из храмовниц работает в школе, служа наставниками и охраняя Таис там. В техникуме у Эни, похожая история, только вот культистки, стали тренерами по биотике.

Совет матриархов, пока в подвешенном состоянии. По закону, они обязаны признать меня и моих половинок, но сделать это, значит поставить под сомнение собственную власть. В общем, там пока глухое молчание, чего не скажешь об обществе синеньких. Там царили восторженные настроения, постепенно сползающие в религиозный экстаз. Азари массово распространяли записи моих песен, крутили их, где только можно, от кафе и ресторанов, до общественного транспорта. Изучали мою и моих девочек биографию, расклеивали и развешивали повсюду мои и их портреты.

Турианцы были сдержаннее, но тоже не особенно скрывали восторгов на мой счёт. Особенно мой клан, эти вообще по любому поводу приводили меня в пример истинной турианки, пусть я и человек.

В самый разгар следствия примчался с Тучанки Рекс. Крогана приняли с подобающими его статуса почестями, но он, отмахнувшись от всей этой мишуры, прихватив дочерей и Бакару, помчался на встречу со мной. Описывать её, никаких красок не хватит! До сих пор в ушах стоит его восторженный рёв…

За ним, у меня побывали все политические деятели Союза Цитадели, в том числе и Совет в полном составе. На целый месяц мой скромный мир стал центром политической жизни известной галактики. Журналисты, депутаты Конгресса миров Альянса, далатрессы, иерархи и матриархи, кто дружно, а кто и довольно скромно выражали мне и моим близким всяческое уважение и симпатию. На орбите случилось такое столпотворение из желающих меня увидеть, что пришлось вводить в систему флот, а на планету войска, дабы навести относительный порядок и приструнить особо настырных. Мало того заявились делегации от всех религиозных конфессий человечества, поскольку я, а особенно отец были прямым вызовом их представлению о мироустройстве. Пообщавшись с ними, я в свете происходящего дала интервью Диане Стаховой-Аллерс.

«О, как!»

Объяснив насколько возможно принципы мироустройства, ну насколько я их поняла. Мало того, мои слова подкрепились голозаписью визита Вершителей, сделанной бдительным Джеймсом Вегой, который совмещал обязанности мужа моей Рыбки и её же телохранителя.

Просмотры этой записи били все возможные рекорды. Церкви наперебой заявляли о явлении «Чуда Господня!» и требовали права на возведение храмов на берегу озера, но всех без исключения посылали в пешее путешествие по известному адресу. Белов и Совет колонии стояли насмерть, но объявили побережье Зеркала заповедной зоной, в которой запрещено всякое строительство в принципе.

Ещё и я добавила, сказав, что настоящий храм может быть только из рёбер, но никак не из камней и брёвен.

Это вызвало в среде разноконфессионального клира бурную дискуссию, но пойти против меня они пока не решились. Дурни, через несколько лет они этого сделать не смогут по модулю. Им не позволят этого сделать сами разумные. Уж я позабочусь об этом, план разработан и аккуратно реализуется. Так что, скоро, ни один из этих «святош» не сможет против меня даже пискнуть, не то что, проорать.

Вообще же я задвинула предельно простые правила для всех живущих, как органиков, так и синтетиков. Первое гласило: Весь наш мир, это Творец и смысл нашего существования познать его. Но, нельзя принять и познать кого-то, не любя его. Так что любите мир во всех его проявлениях. И второе: Любите ближнего своего, как себя самого.

На вопрос отца Гавриила, настоятеля храма Пресвятой Богородицы на Мендуаре: «Что и больше нет никаких правил?»

Я ответила, что тому, кто будет их соблюдать, ничего другого и не нужно.

Священник подумал и согласился со мной полностью, о чём высказался в первой же после разговора проповеди.

Из раздумий меня вырвало шипение входных дверей за спиной. Тихие, лёгкие шаги, яркие, словно вспышка света эмоции сзади, забор чуть дрогнул и рядом со мной, на него уселась Таис. Посмотрела на меня, своими искрящимися радостью, малахитовыми глазами и тихо сказала: — Аиттани, а когда в Гагарин полетим?

— А в школу ты не собираешься? — Спросила я.

— Не-е-е! — Ответила малявка прижавшись ко мне. — Меня Риэн отпустила на сегодня. Я ведь знаю, куда вы с мамочкой и Али собираетесь, так что отпросилась.

Я рассмеялась, поцеловав и прижав ребёнка к себе. — Эни тоже отпросилась?

— А-то как же, только у неё занятия с полудня начинаются, так что она, наверное, не опоздает. — Отвечает Тая. — Но, папочка, когда полетим?

— Вот сейчас, завтрак закончится и сразу же. — Отвечаю я.

Из дома напротив, вышел отец, потянулся, хрустнув суставами, посмотрел на нас и улыбнулся. — С добрым утром, девочки мои.

— С добрым утром, деда! — крикнула дочка. Отцепилась от меня и моментом переместилась на руки к отцу. — Деда! А мы скоро полетим в Гагарин.

— А зачем? — Лучась улыбкой, спросил папка.

— Аиттани, хочет, чтобы доктора в репмпродук… репроку… репр… — Начала та.

— В репродуктивном? — Спросил Михаил.

— Во! Именно там! Так вот, там в этом репроду… ну, в общем, в центре. Положат мою сестрёнку в животик аиттани, чтобы она там выросла и родилась. Вот! — Отвечает Тая.

Папка глянул на меня, глаза его смеялись: — Значит, ты решилась?

— Так давно уже, пап. Сейчас просто время пришло. У моих половинок уже три месяца, так что если всё пройдёт штатно, то наши дочери родятся примерно в одно время. — Отвечаю я.

— И кого ты выбрала донором? — Спросил он.

— Я особо не выбирала, пусть компьютер центра подберёт. Задала лишь параметры отбора: Светлокожий, светлоглазый и светловолосый и КИ не меньше 150 и всё.

— Ну, тогда там выбор весьма богат. — Сказал он.

— Положимся на волю случая. — Говорю я, но, сама чуток мандражирую. Дочка это чувствует и что-то шепчет отцу на ушко. Тот смеётся, так же тихо отвечая ей.

Снова шипят двери за спиной и меня просто обволакивают чувства ещё троих, очень мною любимых существ в этом мире. Через миг, к ним присоединяется четвёртый, он подбежал и начал тереться об ноги, чуть не роняя меня. Чешу своего кота за ушами, он мурлыкает и, перемахнув оба забора, ластится к отцу.