Путь
Шрифт:
— Я тебя не обманываю, Надь…
Индиго резко застучал по плечу Святу:
— Скажи, скажи, что ты в машине со мной! Она меня испугалась!
— Да вот прям напротив подъезда! В машине сижу! Да!
— Да вон она с крыши выглядывает! И мою машину видит — то есть меня! — Индиго тряс Свята.
— Да-да, я с Индиго!
Из трубки опять донеслись бурные эмоции.
— Да все замечательно! Спускайся! — Марио открыл дверь, — да, мы поговорили с Индиго. Да хорошо все!
Марио вышел и уже кричал вверх:
— Феникс, верь мне! Мы договорились! Давай вниз, только не прыгай! Как птица… На лифте спускайся.
Марио сел обратно в машину.
— Она наверно думала, что это я из-за нее как угорелый гоняю… Вот я дурак…
— Ну и что ты думаешь? Что ты во всем виноват? — улыбался Свят, — да просто мне надо было еще тогда к тебе подойти и все обсудить.
— Да нет, Свят — Индиго положил подбородок на руль и устремил взгляд в темноту двора, — это я во всем виноват с самого начала. Ты преподнес мне урок и не один. Понимаешь, я раньше уважал и общался только с себе ровней. Или с известными людьми. И вот тогда, когда я не пожал тебе руку в Джей Вее… Много позже я осознал, что и простые парни стоят уважения. Тогда же я повел себя как достойная свинья. Достойная, но свинья.
Марио улыбнулся — он уже давно забыл о том инциденте.
— Видишь, а я помню… Да и вообще подумываю, почему я такой есть. Почему отец не такой. Мать не такая. А я выродился. Сам себя ненавижу порой. И недавно я осознал — Индиго перевел взгляд на Марио, — я понял: у меня все было с детства. Внимание, деньги, связи, положение… И я разжирел душой. Душа у меня толстая, животная. И сейчас я думаю все продать, уйти от родителей и начать все самому. Как отец начинал. Все с нуля.
Марио с удивлением посмотрел на него.
— А ты сможешь?
Индиго лишь пожал плечами. «Надо же, он был в себе неуверен!».
На приборную панель упал отблеск красноватого света — дверь подъезда открылась. Марио вышел из машины навстречу Феникс.
— Хееей, Уголек, привет! — Феникс притянулась к Марио и чмокнула его в щеку.
Марио обратил внимание, что руки Феникс все перемазаны в краске. На щеке ее виднелся озорной мазок желтой краски. Сама Феникс, похоже этого не замечала.
— Привет — Марио увидел, как на его куртке остаются красочные отпечатки.
Индиго вышел из машины.
— Привет, Ром.
— Привет, Надь.
Феникс смотрела на Индиго, а он на нее. И не было никакой искры между ними, никакого стремления друг к другу.
«Да они чужие друг другу» — пронеслось у Марио в голове.
Видимо, и так все было понятно без слов.
Они просто смотрели друг на друга. Индиго смотрел холодным взглядом на Феникс. Феникс переводила любопытный взгляд с Индиго на Марио.
— Мы уже все решили — подвел Индиго, — и я поехал.
Он сделал движение в сторону «Ягуара».
— Стой! — Феникс шагнула к нему и обняла его. Марио ощутил укол ревности, но сжал губы. Индиго как будто было безразлично. Бесстрастно выдержал ее объятия и когда она отдалилась, он протянул руку Марио:
— Давай, Свят, я позвоню тебе на днях, идет?
— Идет, Индиго.
— Зови меня просто — Рома.
— Давай уже без этих «зови меня просто», «зови меня сложно», идет?
— Идет — Индиго тепло улыбнулся, резво сел в машину и рванул с места. Марио и Феникс смотрели вслед удаляющейся автомобильной «кошке». И Марио стало жаль этого псевдо-подлого Мажора.
«Куда он сейчас… Один…»
Горделивая Душа вшагнула на вершину. Гордость не казалась уже такой тяжелой. Гордость казалась совсем легкой. И Душа улыбалась разбитыми губами. Щеки и лоб были в царапинах, пыли, белой грязи.
Но Душа была довольна. Оставалось несколько финальных шагов. Душа прошла их с честью. Она прошла на самый край вершины. И в этот миг величественней момента не могло быть для нее. И Душа почувствовала, что может разогнуть спину. Медленно, как кузов карьерного самосвала, она начала движение вверх, ощущая каждую миллисекунду момента и радуясь ей.
Гордость не давила так сильно. Несколько мгновений Душа наслаждалась слабеющей тяжестью своей Гордости, пока не разогнулась. Гордость с тяжелым уханьем упала на край вершины и ринулась вниз.
И Душа выпрямилась. Она разогнула спину и подняла глаза к небу. И Душа улыбалась. Ненавистная Гордость катилась вниз, подпрыгивая и отскакивая от выступов.
— Мучайся теперь сама! — без ненависти произнесла Душа.
Душа почувствовала, как пробиваются, прорезаются крылья у нее за спиной. И Душа плакала. Она смотрела вниз, на огромный Путь, по которому шли другие Души. И Душа начинала молиться за них. За тех, кто был внизу и кто приближался к вершине.
Душа чувствовала, как одаряется Крыльями, как они сами, как дерзкие стебли травы весной, расправляются у нее за спиной. Она почувствовала, как ветер волнами пробегает по ним, как он трогает каждое ее перышко.
— Избави всех грешников, кающихся в грехах своих и идущих к вершине, дабы победить себя…
Душа абсолютно расправила крылья во всю их длину. А затем взмахнула ими, опустив максимально вниз. Она почувствовала, что их мощь сможет поднять ее.
— …и подари им прощение и свободу… — и Душа взмахнула еще раз. И прыгнула вперед, возносясь к небу.
— Аче, теперь я могу быть с тобой? — спросила Феникс, глядя своим невинно-дерзким взглядом.
Марио ожидал сентиментального момента. Вместо этого Феникс взяла его за руку. Он почувствовал, как краска растекается у него по ладони.
— Ну и отлично! Пойдем, покажу тебе как я живу — и Феникс потянула Марио в подъезд.
Феникс что-то щебетала про то, что вчера, не управляя своим мозгом, ее тело само притянулось к Марио, само привело ее в общагу. И что об этом она думала все утро.