Чтение онлайн

На торпедо в "дефендере" была закреплена такая же мобильная радиостанция "Харрис", что и на индийском джипе, правда, разбитая в хлам.

В бардачке валялась бутылка водки и ландкарты.

Карты - в планшет. Водку - в хабар.

Между передними сидениями ящик пластиковый с крышкой. В ящике была куча всякой бесполезной мелочи, какая обычно скапливается в машинах. Половина квадратного штофа джина "Хендрикс" из Новой Шотландии, заткнутого пластмассовой пробкой с чёртиком на пружинке, какие в "Икео" продают. И пять пачек сигарет "Кэмэл" без фильтра россыпью. В "бороде", под магнитолой, ещё початая пачка "Кэмэла".

Вынул одну сигарету, закурил.

– Галя.

– Тут я, Жорик.

– Найди отвертку, там, в хабаре, я видел. И выкрути магнитолу.

– Да нужна она нам?

– Галь, мы очень-очень много денег угрохали на подготовку к этому походу. Надо же хоть чем-то компенсировать. А эта штука, как ни крути, не меньше сотки экю весит, если продать. И это ещё по дешёвке.

– Ну, разве что продать, - дернула плечом Антоненкова.

– Давай, давай, работай. А потом отвинти с торпедо рацию вот эту, и такую же рацию на "виллисе".

– Да от этой рации одни клочки остались, - продолжала Галка возмущаться.

– И эти клочки свою цену имеют, как запчасти. Работай.

Анфиса копалась одна в багажном отделении "ленда".

– Фис. Что у тебя там интересного?

– Да ничего особенного, - отмахнулась она, - Бытовуха всё.

– А конкретнее?

– Вот пристал, - она вылезла из машины и стала перечислять, загибая пальцы, - Две палатки свернутые. Два куска брезента с блочками по краю в рулоне. Рулон плёнки целлофановой. Примус типа "шмеля". Набор автомобильных инструментов в чемоданчике. Маде ин Дойче. Топор. Малая лопатка. Пила цепная. Фонарь с ручкой.

– С какой ручной?

– Крутить, наверное. Для чего же ещё?

– Покажь.

– Зацени.

Фонарь оказался знатным. Большим, сплюснутым с боков, ящиком с рукояткой для переноски сверху. Из корпуса, с торца, торчала фара, иначе не скажешь. Выше неё пипка красного стекла - аварийка, наверное, для моргания. А сбоку, справа, действительно было складная ручка, как на колодезном вороте.

– А я знаю для чего эта ручка, - встряла Антоненкова, выкидывая в распахнутую дверь открученный винт.

– Для чего?
– это уже мы с Анфисой хором спросили.

– Аккумулятор заряжать. Одной человеческой силой. Сдох фонарик, покрутили ручкой и опять светит.

– Понятно, что там ещё, Фис?

– Четыре спальника с вкладышами. Упаковка минеральной воды "Сан Пелегрино" в полторашках. Полдюжины. Сумка с продуктами, одноразовыми тарелками, вилками и ложками. Мыльно-рыльное всякое. Пачка рукавиц ХэБэшных. Тросик и шланг с ручной помпой. Всё. Хорошенького понемногу. А нет... Ещё какая-то хрень металлическая. Тяжеленькая.

Я обошел машину и увидел в её руках цинк с пистолетными патронами, похожий на тот, который взяли с джипчика, только размером чуток побольше. На этот раз .45 АСР. 500 штук. Удачно. И еще один цинк нашелся, "люгеровских", точно такой же на джипчике брали. Тоже 500 штук.

– Рюкзаков не было?

– Нет.

– Это плохо. Значит, у них точно есть подельники, - констатировал давно оформившуюся мысль, - Всё. Упаковывайте, что собрали. Я сейчас автобус подгоню, - закрыл я заднюю дверь "ленд ровера", и уткнулся глазами в фирменный шильдик Олега, точно такой же, как и на нашем путанабусе.

Опа! Ещё один подозреваемый нарисовался. Даже два - ещё Профессор пердячий там отсвечивал со своими ребятами.

Скоро так я практически всё население Новой Земли подозревать стану.

Тут опять пристала Ингеборге. Даже не выслушав, чего хотела, послал её снимать со всех этих "лос бандидос совьетико" ботинки и посмотреть, нет ли там чего. Просто так послал, чтобы отвязалась и не мешала думать и следить за упаковыванием трофеев, а оказалось, что удачно.

Инга из бандитских берцев вытрясла целых 38 золотых монет по 20 экю.

Ещё 760 экю в общий кошелёк.

Ещё она сняла с бандитских шей золотые цепи, весомые такие, грамм по сто, не меньше. Семь штук. Три православных нательных креста (так и хотелось сказать: наперсных, видя их размер), один католический крест и один могендовид. Тоже все золотые, массивные.

И ещё семь пар часов, на которые я в сутолоке сбора трофеев и внимания не обратил. Парочка обычных пластиковых "Своч", что на базах переселенцам втюхивают, а вот остальная пятерка - выпендрёжные, в массивных золотых корпусах на тяжёлых золотых браслетах, темными стеклами и подсветкой. Нажмешь кнопочку - циферки сквозь черное стекло загораются.

– Монеты они в берцах в специальных кармашках прятали, - сказала Инга.

– Неплохо придумано, - отозвался я.

– Там ещё перстни были на пальцах, я их снимать не стала. Извини.

– Ну и хрен с ними, - мне тоже как-то не климатило жмурам пальцы рубить.

– Что с покойниками делать будем. Так и бросим?
– спросила Ингеборге, выставляя у кучи трофеев в рядок семь пар ботинок.

– Бандитов тут, по традиции, так и бросают в саване. К утру падальщики всё подъедят. И костей не оставят, - поделился я полученной от Бори информацией.

– Ты точно уверен, что есть ещё одна банда?

– Процентов на девяносто. А ещё на пятьдесят, что даже и не одна она банда там, а больше их?

– Тогда есть идея, подкупающая своей новизной.

– Блин, Инга, только не здесь, - отмахнулся я от неё, - Что вы такие озабоченные все. Роза вон тоже уже предлагала дать мне прямо тут, на фоне победы. Апофигей войны, мля.

– Жорик, а может это ты у нас, сегодня, очень-очень сексуально озабочен, а? У меня идея насчет трупов, а я некрофилией не увлекаюсь.