Путешественники
Шрифт:
– Когда это я тебе такое говорил?
– бросился к Зое школьный поэт Миша Слоним.
Но Зоя, не слушая его, продолжала читать:
– Боря Крокин - Я пошел бы в кондитерскую и попросил бы шоколада и пирожных на сто рублей. Съел бы в течение десяти минут, а потом уже не знаю, кто бы за меня расплатился.
– Вот нахал!
– кинул реплику Вася Чиж.
– Ванда Врублевская - немедленно сделала бы домашнее задание к следующим урокам. Тео Дорошевич - написал бы письмо Ванде Врублевской, в котором сказал бы, что красивее ее не было и не будет.
Под громкий смех Васи Тео кинулся к Зое.
– Когда это я сказал? Что ты выдумываешь?
Она растерялась.
– Это же Вася, - защищаясь, сказала она.
– , Это ж он.
– Что он? Где он?
– сыпал словами Тео…
Громкий смех перемешивался с возгласами возмущения. Староста класса Петя Овчаренко решил вмешаться и навести порядок. Он протолкался в толпу и влез на стул, с которого уже соскочила Зоя.
– Внимание! Мы сейчас выясним.
Когда, наконец, наступила тишина, слова попросил Вася Чиж. Его согласились выслушать.
– Я прошу прощения, но это мой сюрприз. Все это я выдумал и записал в свой блокнот. Такой вопрос я задал только Зое, Тамаре и Зине. Зима ответила мне, что я дурак.
Чижа прервал смех и возгласы «браво».
– Я, товарищи, с вами пе согласен, - продолжил Вася.
– Я хочу рассказать, что было дальше. Зоя, Тамара и Зина, узнав, что я зачитаю анкету здесь, требовали, чтобы я записал им другие ответы, а я заранее знал, что так оно будет, они всегда так делают. Когда же я не согласился, они выхватили у меня блокнот и убежали. Я притворился, что очень жалею, а на самом деле ждал, когда они выступят.
Рассказ Чижа приветствовали смехом и аплодисментами.
– Молодец, Чиж! Вот хитрец!
– Товарищи,-снова начал Чиж,-я все же провел анкету среди наших товарищей, только на тему: «Чего ты больше всего хочешь?..» Разрешите зачитать ответы.
Он вынул из кармана лист бумаги.
– Витя Деревянко - иметь все книги Майн-Рида; Слава Фелер - учиться только на отлично; Лида Чумаченко - поехать в Арктику; Лиза Скобенко - стать снайпером; Боря Крокин - использовать внутриатомную энергию; Ванда Врублевская - стать актрисой; Тео Дорошевич - построить подводную лодку-самолет; Левко Чумак - поставить рекорд по плаванию, переплыв Черное море, конечно, с передышками; Тимофей Перепута - иметь ружье, фотоаппарат, велосипед, бинокль и микрофон. Зоя Бульба - сделать шестимесячную завивку и ежедневно получать по десятку пирожных «наполеон»…
– Нет, нет!
– закричала Зоя.
– Я о завивке никогда не говорила. Это ты выдумал.
– Это элемент художественного творчества, - ответил Вася и продолжал дальше: - Тамара Гончаренко - научиться танцевать румбу и починять часы…
– Я о румбе никогда не говорила!
– Но о часах, верно?
– Верно.
– То-то же. Зина Римерберг - файдешиновое платье и прыгнуть с парашютом из стратосферы.
– Разве я тебе о платье говорила?
– Ну, забыла сказать… Все. Как, товарищи, моя анкета, интересная?
Ему ответили аплодисментами, и снова заиграл патефон. Михаил Фритиофович о чем-то советовался с классными руководителями Андреем Степановичем и Германом Терентьевичем. Первый был руководителем седьмого класса, ставшего теперь восьмым, второй- восьмого, ставшего девятым. После короткого разговора, посмотрев на часы и увидев, что уже половина двенадцатого, они решили закрывать вечер. Позвали старост классов, чтобы они объявили об этом. Когда патефон смолк, все собрались на скамье около веранды. На веранде стояли врач, учителя и старосты классов. Герман Терентьевич обратился к ученикам с короткой речью:
– Перед тем как разойтись по домам и распрощаться до осени, я вам объявлю постановление школьного совета о премировании пятерых учеников нашей школы путешествием. Предполагалось, что эти ученики поедут по Днепру до Одессы, а оттуда морем в Крым. Сейчас есть предложение изменить маршрут путешествия. Маршрут будет засекречен. О нем будут знать школьный совет, родители и руководители экскурсии. Участники экскурсии маршрута знать не будут. Во время путешествия они будут угадывать, куда поедут дальше. Объявляю фамилии премированных. Восьмиклассники, перешедшие в девятый класс: Ванда Врублевская,
Шарль Дюкло; семиклассники, перешедшие в восьмой класс: Зоя Бульба, Вася Чиж; шестиклассник, перешедший в седьмой класс: Марко Рудой.
– Руководителем экскурсии, - продолжал он, - назначен наш любимый Михаил Фритиофович Гансен,
Крики «ура» прозвучали после этих слов. Ученики радовались за своих товарищей.
– Основная задача, - прокричал Герман Терентьевич, - провести экскурсию самым интересным образом, весело и каждому поправиться на десять килограммов, Я кончил.
Снова аплодисменты, и заиграл патефон. На веранду выскочил Тимофей Перепута.
– Мой последний сюрприз!
– воскликнул он и выстрелил из двух пугачей, которые держал в обеих руках.
В то же мгновенье электричество погасло, и темноту над садом прорезали искристыми хвостами ракеты. В глубине сада завертелось ракетное колесо, осыпая лепестки цветов искрами бенгальских огней. По дорожкам поскакали огненные жабы.
Шумным потоком ринулись ученики на улицу.
Как всегда, Зоя, Зина и Тамара возвращались домой вместе. Они оживленно обсуждали события этого вечера и договаривались, как отомстить Васе Чижу. Выполнить эту месть поручалось Зое во время путешествия.
Марко Рудой вместе с компанией своих «индейцев» провожал Шарля Дюкло. Маленький «индеец», Вота Татарник развивал план, как Шарль и Марко могли бы взять его с собой в путешествие, спрятав в большой чемодан, который он видел у отца Шарля.
Вася Чиж шел домой один, глубоко задумавшись. «Кого это в маске приводила Ванда?
– думал он.
– Это чудесное пение. Во что бы то ни стало нужно узнать».
Над окраинами города стояла тишина. Ее нарушал врач Гансен, постукивая тростью по тротуару. Время от времени, улыбаясь, он поднимал луноподобное лицо к своему двойнику на небе и, не спеша, шагал домой.