Чтение онлайн

Дэниел смотрел на девушку, перевернувшую всю его жизнь, и чувствовал, что готов совершить еще десять тысяч таких путешествий, лишь бы быть с ней рядом — всегда. Он понял, что не ошибся, проделав этот путь до конца. Дэниел тихо-тихо сел в кресло рядом с ложем Спящей Красавицы — он ждал ее пробуждения, чтобы она решила его судьбу.

Питер беззвучно, как мышь, прокрался к окну и сел на стул, бросая взгляды то на Анну (нежные, грустные и встревоженные), то на соперника (разумеется, очень враждебные). А Дэниел смотрел только на Анну. Весь мир перестал существовать для мужчины, оберегавшего сон любимой.

В составе исчезнувшего для Дэниела мира была и бедняжка Элизабет, которая за последние часы переделала все свои возможные дела: приняла душ, перекусила, отдохнула, сменила прическу, освежила макияж. Оставалось только смотреть в окно и ждать возвращения Дэниела. Хотя, по правде говоря, она допускала, что он, если и вернется, то вполне может привести с собой свою Рыжую Анну… Тогда придется исполнять данное обещание: разговаривать с этой высокомерной девицей, даже — ох, кошмар какой! — извиняться перед ней за свое некорректное поведение. Она, Бетси, будет унижена и уничтожена, и рухнут все ее надежды на счастливую жизнь с Дэниелом.

От этой мысли стало так тоскливо, что Элизабет даже уронила несколько слезинок. Вспомнила, что тушь может размазаться, — успокоилась. Хотя, с другой стороны, если Дэниел вернется один, может быть еще хуже: он или продолжит поиски своей ненаглядной (может, даже до конца жизни!), или будет очень-очень несчастным — если она не захочет его слушать. Бедненький, ведь он, наверное, так же сильно любит свою Рыжую, как и она, Элизабет, — его…

Вздох. Что-что, а понимать чужие чувства Элизабет умела. Все-таки у нее было очень доброе сердечко.

Ладно, не сидеть же здесь и не страдать до самого вечера! Элизабет решила прогуляться до закусочной, в которой сегодня завтракала: развеяться и подкрепиться. Дэниел умный, он найдет ее, если возникнет необходимость. О, дорогой, как бы я была счастлива, если бы ты ощутил эту потребность во мне! — мысленно обратилась Элизабет к бывшему жениху, вздохнула еще раз и вышла из номера.

— Ах ты негодяй! Мерзавец! Садист! Решил насладиться видом униженного существа, в которое ты меня превратил?! Так вот тебе!..

Мгновение — и над самым ухом Дэниела пролетела и врезалась в дверь массивная бронзовая пепельница. (Правильно, скажи курению нет!) Дэниел был вынужден скрываться от праведного гнева за спинкой кресла. Ему повезло, что Анна еще сидела на постели. С того момента, как она открыла глаза, не прошло и двух минут, но боевые действия были уже в разгаре.

— Питер, марш из комнаты, не то задену — сам виноват будешь!

Питер, пригнувшись, прошмыгнул к двери, решив, что подруга, кажется, вполне в состоянии самостоятельно разобраться со своими проблемами.

— Зло — наказуемо!.. Если ты еще не знал, то я тебе докажу!

На этот раз роль метательного снаряда выпала на долю правой туфельки. Дэниел подумал, что, наверное, зря он пришел в такой момент, может, Анна плохо собой владеет непосредственно после сна… Если он не погибнет сейчас, то, скорее всего, лучше отложить объяснение до более благоприятного момента.

Возможности определить этот конкретный момент у него уже не было: Анна принялась маневрировать по комнате с упругой диванной подушкой в руках. Сопротивление Дэниела не дало результатов: под натиском эмоций своей возлюбленной он был вынужден отступить за дверь. Там, по крайней мере, у него было время отдышаться и прийти в себя.

Постояльцам «Старого замка» довелось наблюдать странную сцену. Молодой мужчина вполне приличной наружности, может быть, за исключением взъерошенных волос и раскрасневшегося лица, стоял, прислонившись к двери номера, и разговаривал: с собой или с дверью — непонятно. Во всяком случае, из номера не доносилось ни звука. Там воцарилась, так сказать, зловещая тишина.

— Послушай меня, Анна… Я не знаю, что именно ты увидела, но ты неправильно это истолковала… Я ни в чем перед тобой не виноват. Между мной и Бетси все кончено, кончено уже давно, понимаешь? Я люблю тебя больше жизни, только тебя! Неужели ты думаешь, что я помчался бы в Шотландию только чтобы продолжить лгать тебе?!

Нет ответа.

— А Бетси — просто подруга, знаешь, она приехала со мной и готова подтвердить мои сло…

В этот момент дверь резко распахнулась — она открывалась внутрь, — и Дэниелу, потерявшему опору, стоило больших усилий удержаться на ногах и не упасть.

— Что-о ты сказа-ал?!. Эта болонка приехала с тобой?! И ты будешь говорить, что между вами ничего нет?! Ах ты!..

Анна вылетела из номера, сбив-таки Дэниела с ног (не без умысла, надо сказать). Кажется, эта же участь постигла еще кого-то на лестнице, потому что оттуда послышался испуганный вскрик. Хотя вполне вероятно, что кому-то излишне впечатлительному просто достался испепеляющий взгляд Рыжей Ведьмы.

Питер уныло брел по улице. Что-то ему подсказывало, что невиданный всплеск эмоций Анны более благоприятен для его соперника, чем холодный и спокойный отказ. И где после этого справедливость? Он почти полжизни любит эту девушку, но тут появляется какой-то доктор — и моментально завладевает ее сердцем… Э-эх… Напиться с горя, что ли?.. — с тоской подумал Питер. Такой способ времяпрепровождения был ему более чем не свойствен: он единственный раз в жизни перебрал на школьном выпускном вечере. Тогда он выпил для храбрости: собирался пригласить Анну танцевать и признаться ей в любви. Согласие на танец он получил с горем пополам, а вот о признании речи уже и быть не могло: нужные слова как-то не находились, и даже самые примитивные получались весьма и весьма исковерканными.

Ладно, напиться не напьюсь, но зато уж наемся… Питер принадлежал к типу людей, у которых во время нервных потрясений и вообще любых стрессовых ситуаций болезненно обостряется аппетит. Молодой человек перешел через дорогу, заметив на другой стороне улицы кафе.

Он присел за единственный относительно свободный (в маленьких кафе во время ужина с этим проблемы) столик, даже не обратив внимания на то, кто сидит рядом: рассеянность была другим следствием меланхолии. Осчастливив официантку заказом из пяти блюд, Питер все-таки проанализировал ситуацию и понял, что уселся за столик к незнакомому человеку и даже не поздоровался. Покраснев до ушей, он поднял глаза, чтобы исправить эту оплошность…