Чтение онлайн

– А вам ничего и не надо понимать. Этот вопрос я решу без вашего участия. Или у вас есть возражения?

– Нет, – произнес я, испытывая крайнюю неловкость. – Но что я доложу начальству?

– Так и доложите: девушка согласна – полетит женщина.

На следующий день я в точно назначенное время стоял перед генералом.

– Ну, что, капитан, решил вопрос?

– Так точно, товарищ генерал! Остроухова дала согласие. Проблема устранена. Можно забрасывать!

– Вот видишь, капитан, – честно говоря, генеральский тон мне совсем не понравился, – можешь ведь, когда захочешь. Теперь, если случится нечто подобное, буду знать, кому поручить. Свободен!

Екатерина Вяземская

Стоящая на пороге гостиничного номера женщина, глаза которой прикрыты солнцезащитными очками, совсем не похожа на мою сестру. Если бы не маячивший за ее спиной Альварес я бы посчитала, что сеньора ошиблась номером.

– Здравствуй, Маша, – произнесла женщина совершенно незнакомым голосом.

Тут я вовсе растерялась. Ведь наши с Катей голоса были так же неотличимы, как и наша внешность. Поэтому мое – Здравствуй… – прозвучало крайне неуверенно. Женщина покачала головой и удалилась в ванную. Я посмотрела на Альвареса. Он пожал плечами:

– Честно говоря, я и сам в недоумении, но это именно та женщина, которую прислала Москва. В этом можешь не сомневаться.

А я не могла и продолжала сомневаться до тех пор, пока из ванной не выпорхнула моя обожаемая сестричка. Альварес сначала с удивлением, а потом с умилением следил за тем, как мы несколько минут, смеясь, кружили в центре комнаты, то смыкая, то размыкая объятия. Когда мы, наконец, плюхнулись прямо на кровать и две разом на него выразительно уставились, Альварес поднялся с кресла и со словами "Пойду, пройдусь" покинул номер.

Я специально время не засекала, но думаю, что не менее получаса мы проболтали о вещах сугубо личных и к данному повествованию отношения не имеющих. И лишь потом Катя рассказала, как ее пригласили на "Латинское танго".

…– Что вот так прямо и приказал потерять невинность? – давясь от смеха, спросила я.

– Не то чтобы приказал, скорее предложил. И прекрати смеяться! – воскликнула Катя.

– Извини. А свои услуги он не предложил?

– Какое там. Он и фразу-то из себя еле выдавил. Сидел весь красный.

– А ты, можно подумать, не покраснела.

– Ну, я-то от неожиданности.

– И что потом?

Катя пожала плечами.

– А ничего. Посидела. Подумала. И решила. Такое ведь раз в жизни происходит. Не у врача же мне, в конце концов, женщиной становиться? И раз не могу я это сделать с мужчиной, которому нравлюсь я, то надо сделать это с мужчиной, который нравится мне. Привела себя в надлежащий вид и отправилась на охоту.

– А на кого хоть охотилась-то?

Катя назвала имя.

– Да ты что?! И где ты его нашла?

– Ну, это не фокус. Он человек публичный от народа не прячется. Другое дело, попасть в места, где он тусуется не просто, но с этой задачей я справилась. Остальное было уже не так сложно.

– Ну, ты даешь, сестричка! – искренне восхитилась я. – И как кумир в постели?

– Ты знаешь, – усмехнулась Катя, – на экране он выглядит более мужественным.

…– Грим совсем не сложный, – говорила Катя, на моих глазах преображаясь в другого человека. – Вот собственно и все, – наложила она последний мазок. – Теперь парик. Ну, как?

Я критически осмотрела сестру.

– Теперь я понимаю, почему на тебе были темные очки. Взгляд тебя выдает.

– Очки нужны для подстраховки, – опровергла мое мнение Катя. – А взгляд преображают контактные линзы. Они изготовлены по особой технологии: меняют не только цвет, но и выражение глаз. – Она ловко надела линзы. – Смотри!

Да, теперь от истиной Катиной внешности не осталось и следа.

– И еще походка. Ну, тут тебе придется потренироваться.

– А что ты сделала с голосом? – спросила я.

– Я – ничего. Это умельцы из спецмастерской постарались. Надеваешь этот шейный браслет… – Катин голос сразу стал другим, – и говоришь не своим голосом. Попробуй.

Я попробовала. Браслет действительно действовал на связки и менял голос до неузнаваемости. Но менялся ли он у меня так же как у Кати? Мы провели эксперимент: записали по очереди измененные браслетом голоса на диктофон. Отличить их было невозможно.

– Катюша, – я старалась говорить как можно мягче. – Чтобы случайно не спалиться, давай договоримся, что с этой минуты та из нас кто без грима – Екатерина Вяземская, та, что в гриме – ее компаньонка Мария. И даже будучи наедине мы других имен не произносим.

– Как скажите, Екатерина Михайловна, – тут же отреагировала сестра. – Может, прямо сейчас мы загримируем вас под Марию и проверим результат на Альваресе?

Так мы и поступили. Вернувшегося в номер Альвареса мы разыгрывали что-то около получаса, пока не надоело. Наш командир оценил перевоплощение на отлично.

Полковник в отставке Муромов

Легенда, по которой Мария попала в дом Вяземских, была предельно проста. Екатерина загодя подготовила Сергея к тому, что во время ближайшей поездки в столицу намерена подыскать там помощницу по хозяйству, прежняя прислуга перестала ее устраивать. Вяземский не возражал, поскольку сразу после свадьбы передал дом в руки жены. Тот факт, что Екатерина остановила свой выбор на эмигрантке из Украины плохо говорящей по-испански, он так же оставил без внимания.

Мария оказалась весьма расторопной особой. Она быстро разобралась с обязанностями горничной, которую Екатерина рассчитала в тот день, когда привезла в дом новую прислугу. Потом пришел черед кухарки. Умение готовить блюда русской кухни высоко ценилось среди потомков эмигрантов из России. Однако поварами, умеющими их готовить, могли похвастаться немногие представители русской диаспоры в Рагвае. В Рансьоне – городе, где жили Вяземские, таких умельцев не было вообще. Поэтому, чтобы семья могла вкусить ностальгическое блюдо хотя бы по праздникам, к плите становилась сама хозяйка дома. Ей это умение передавалось либо от матери, либо от свекрови. Мария, которая подменила на кухне взявшую краткосрочный отпуск кухарку, показала себя знатоком русско-украинской кухни, за что удостоилась похвалы от хозяина дома, и не вовремя собравшаяся в гости кухарка была рассчитана сразу по возвращении с каникул. Сергей охотно согласился с предложением жены увеличить жалование Марии в полтора раза. Все равно это давало экономию, поскольку та работала за двоих. Теперь из прислуги, помимо Марии, в доме оставались только садовник (он же сторож) и шофер (он же охранник). Но они на хозяйской половине практически не показывались. Сестры теперь могли не опасаться любопытных взглядов: Сергей почти полностью был погружен в бизнес, а дочь его от первого брака Люсия, была на тот момент слишком мала, чтобы интересоваться чем-либо кроме игр. Настал момент осуществить то, ради чего Мария появилась в доме Вяземских.