Чтение онлайн

Удовлетворенный тем, что добрался до этого места незамеченным, если, конечно, у охраны не было приборов ночного видения, Савидж потянул за прочный нейлоновый шнур, привязанный к поясу, и вытащил из воды небольшой резиновый плотик. Укрывшись за скалой, куда не залетали холодные брызги волн, Савидж расстегнул «молнию» на водонепроницаемом кармане плота и вытащил оттуда объемистый рюкзак. Пока он плыл к берегу, ведя на буксире плот, ему было даже жарко. Теперь же, стягивая с себя резиновый комбинезон, он дрожал от холода. Он спешил переодеться в шерстяной спортивный костюм, который был в рюкзаке, потому что структура шерстяной пряжи такова, что она служит как бы изолятором, удерживающим тепло тела даже в холодной воде. Он надел высокие с ребристыми подошвами башмаки и тщательно зашнуровал их. Согревшись, намазал лицо черным маскировочным кремом, затем натянул черные перчатки, достаточно тонкие, чтобы не затруднять движения пальцев.

В рюкзаке остались лишь необходимые для работы инструменты: каждый был завернут в отдельный кусок материи, дабы избежать металлического клацанья. Савидж подогнал лямки рюкзака и затянул пояс. Рюкзак был тяжелым, но Савиджу во время службы в СИИЛз приходилось перетаскивать и не такие, поэтому его мощная спина спокойно приняла груз. Потом он засунул резиновый костюм, трубку, маску и ласты в карман плота и надежно привязал его к скале. Савидж не знал, вернется ли он сюда, но, если все-таки вернется, надо, чтобы плот был под рукой. Плот не обнаружат до утра, а к тому времени, если он не вернется, это уже не будет иметь решающего значения.

Он подошел к клифу. Ветер набирал силу, тучи затянули все небо. С минуты на минуту начнется дождь. «Отлично», — подумал Савидж. Его план был рассчитан как раз на штормовую погоду. Именно поэтому он выбрал для операции сегодняшний день. Все гидрометеослужбы сходились в том, что около полуночи обрушится на землю первый осенний дождь.

Но Савиджу нужно было успеть до дождя взобраться на вершину клифа: ливень существенно затруднит крутой подъем. Он нащупал небольшой уступ в скале и, уперев в него носок ботинка, начал восхождение. Двухсотфутовая громада клифа на всем пути к вершине была испещрена трещинами, и такому опытному альпинисту, как Савидж, не составляло труда взбираться по отвесной скале даже в полной темноте.

Ветер крепчал. Брызги разбивающихся о подножие скалы волн жалили лицо, мокрые камни скользили под ногой. Савидж изо всех сил цеплялся руками за уступы, буквально вдавливая башмаки в камни. На полпути к вершине была глубокая расщелина. Он знал по проведенным им аэрофотоснимкам, что она тянется до самой вершины. Поэтому, когда он наконец добрался до нее, то втиснулся внутрь и, благодаря многочисленным выбоинам и уступам, служащим великолепной опорой для рук и ног, стал подниматься значительно быстрее. Мысленные часы подсказывали, что он поднимается уже десять минут, но Савидж думал сейчас только об осторожности и больше ни о чем. В расщелине ветра не было, но теперь вместо морских брызг на него обрушился поток дождя, и он едва сдержался, чтобы не полезть быстрее вверх. Подтянувшись наконец на обеих руках, он обнаружил, что не может отыскать следующую опору, и с облегчением вздохнул — он добрался до вершины клифа.

Дождь лил как из ведра, и его одежда моментально вымокла. Зато он был невидим за густой пеленой дождя среди непроглядной тьмы. Савидж выбрался из расщелины, перевалился через гребень скалы и затаился в кустах. Он угодил коленями в грязь. Как всегда перед началом операции, душа замирала от страха.

Савидж опасался, что, несмотря на тщательную подготовку, операция может провалиться, как шесть месяцев назад.

Теперь у Савиджа появилась возможность проверить себя и убедиться в собственной профпригодности.

Он глубоко вздохнул, отбросил прочь все эмоции и сосредоточился на трудностях, которые ему предстоит преодолеть.

Озираясь вокруг, сквозь толщу дождевой стены он не обнаружил каких-либо признаков присутствия охраны и выполз из кустов.

Судя по фотографиям, сделанным с самолета, первым препятствием, с которым должен был встретиться Савидж на своем пути, была кованая ограда вокруг поместья. Сверху невозможно было определить ее высоту, но обычный стандарт составлял семь футов. Увеличив фотографии, Савидж разглядел, что по верху ограды проложено несколько рядов колючей проволоки, поддерживаемых скобами в виде латинской цифры пять.

Из-за дождя тьма стала настолько непроглядной, что Савиджу не удалось увидеть ограду. Но еще раньше, изучая фотографии и сравнивая ее вероятную высоту с расстоянием между кустами и оградой, он вычислил, что она должна находиться примерно футов на двадцать впереди. Снимки не зафиксировали установленных на столбах телекамер, поэтому Савидж нисколько не опасался обнаружить себя перед дистанционными приборами ночного видения. Но по привычке пополз. Набухшая от дождя земля превратилась в сплошное месиво.

Когда Савидж дополз наконец до забора, он достал из рюкзака инфракрасный фонарик и инфракрасные очки. Луч от такого фонаря невооруженным глазом не виден, сквозь очки он казался зеленоватым. Савидж принялся водить фонариком по забору, пока не обнаружил скобы, поддерживающие колючую проволоку.

Он искал вибрационно — резонансные датчики, однако не обнаружил ни одного. Как он и предполагал, ограда служила всего лишь «демаркационной линией» владений, а не сооружением для обнаружения непрошеных гостей. Она только преграждала любопытным доступ на чужую территорию. Колючая проволока для заурядного любителя приключений превращалась в непреодолимое препятствие. Если бы какое-нибудь животное, например бродячая собака, наткнулось на забор, то никакого сигнала тревоги не последовало бы.

Савидж убрал очки и фонарь в рюкзак, надел его на спину и как следует закрепил с помощью поясного ремня. Дождь лил не переставая. Савидж отошел от ограды, разбежался, оттолкнулся и прыгнул.

Прыжок вознес его вверх на половину высоты ограды. Он ухватился за металлическую скобу, поддерживающую колючую проволоку, подтянулся, перекинул тело прямо на колючки и, подогнув колени, мягко приземлился с другой стороны забора. Одежда и перчатки были основательно порваны, а руки и ноги изранены в кровь. Но Савидж не придал этому ни малейшего значения. Колючая проволока являлась препятствием разве что для дилетантов и новичков.

Сидя на корточках и заслоняя глаза от дождя, Савидж пытался хоть что-нибудь разглядеть в окружавшей его кромешной тьме. Английский наставник Савиджа, готовивший его к этой многосложной профессии, любил повторять, что жизнь — это скачки с препятствиями и охота за отбросами.

Вот сейчас и должны были начаться для Савиджа эти самые скачки с препятствиями.

Миконос — скалистый остров с тонким слоем земельного покрытия. Свое имение Пападрополис выстроил на вершине одного из высоких холмов. Судя по фотографии Савиджа, именно от того места, где он сейчас находился, начинается подъем к имению.