Пятерка Мечей
Шрифт:
– Просто совпадение! – твердила Динара.
Она утверждала, что в случае с Буланиной Вольф ни при чем, ссылаясь на мнение какого-то таинственного Мастера, назвать имя которого отказалась наотрез. Якобы, этот человек сказал ей, будто маньяк и «черный маг» – двое разных людей.
– Вольф страшен, потому что вокруг него клубятся тучи темной энергии! – заявила Динара. – Он вовлекает нас в пространство зла, притягивает к нам ужасные вещи… Ты должен разобраться с ним!
Испытания последних недель, особенно смерть Изабеллы Юрьевны, сблизили Артема и Динару. Они проводили вместе много времени, по вечерам гуляли по Невскому, ужинали в маленьких кафе, где подавали жареных кур и красное вино, перешли на «ты».
– Интересно, что я, по-твоему, должен сделать с Вольфом? Вашим «штучкам» я не обучен…
– И не надо! – обрадовалась Динара. – Просто набей ему морду!
– Что-о? Ты в своем уме?
– Боишься?
– Не в том дело… Как ты себе это представляешь? Молодой здоровый мужик накидывается на инвалида, избивает его… Про ментов и так всякие ужасы рассказывают. Хочешь, чтобы меня с работы выгнали?
– Во-первых, Вольф не инвалид.
– Но он хромает…
– Ну и что? Не перебивай меня, пожалуйста.
– Извини.
– Хромает он совершенно по другой причине. Кстати, ты забыл, что у него еще тик на лице! Но он не инвалид.
– Я уже понял. А что во-вторых?
– Во-вторых, Вольф не знает, что ты мент! Он тебя хоть раз видел?
Господин Пономарев задумался. Он следил за Вольфом, но тот никогда не замечал наблюдения за собой. Сыщик сказал об этом Динаре.
– Вот видишь?! Не такой уж он крутой и всесильный! Подстереги его как-нибудь темным вечерком в подворотне и врежь по физиономии. Мне тебя учить надо? А чтобы он тебя узнать не смог, натяни на голову такую черную маску…ну, как в кино показывают. Сделай страшно свирепый вид, напугай его как следует! Кто из нас двоих мужчина? Ты или я?
– Судя по всему, я… – вздохнул Артем. – Поэтому мне придется идти и бить Вольфа.
– Правильно! Только кулаков не жалей.
– О, женщины! – воздел глаза к небу господин сыщик. – Ваши жестокость и коварство не даром вошли в историю!
– Да, еще один совет! – добавила Динара, оставив его сарказм без внимания. – Постарайся не думать о том, как и когда ты будешь это делать. Просто гони от себя эти мысли, рассеивай их.
– Вот так совсем не думать? – поразился Артем. – Идти без единой мысли в голове?
– Без единой! Полный экспромт! Импровизация невидимки! Иначе Вольф засечет тебя, и все пропало.
– Как это он меня засечет? Когда я за ним следил, он и ухом не повел…
– Это потому, что ты только наблюдал за ним. А тут ты собираешься напасть, да еще с целью нанести ему физические удары! Вольф, как-никак, маг! И даже ослабленный, он владеет некоторыми приемами, которые…впрочем, тебе этого знать не надо.
– Понятно… Думаешь, я испугаюсь, и тебе придется самой драться с Вольфом?
– Нет, но…
– Ладно! – засмеялся Пономарев. – Чувствую, что мне не отвертеться. Я мужчина, и это в определенной степени обязывает… Что ж! Дуэль в подворотне! Звучит неплохо… А?
– Да… – грустно согласилась Динара.
– Чего ты расстроилась? Думаешь, Вольф меня побьет? Напрасно… Наше дело правое, мы победим! А какая награда ждет бесстрашного воина? Прекрасная дама подарит ему свое сердце?
Господин Пономарев вспомнил, как после этих слов он наклонился и поцеловал Динару. Она этого не ожидала и растерялась, даже смутилась…
Сыщик так погрузился в приятные мысли, что налетел на прохожего, который долго чертыхался и оглядывался. Так нельзя! – решил Артем. – Чуть не сбил с ног человека. Когда идешь, думай о дороге!
Поначалу он так и делал, – рассматривал белые от инея деревья, покрытую льдом Неву, – но потом снова незаметно перешел на мысли о Динаре. Ее черные глаза стояли перед ним, как два темных огня, полные затаенной страсти и обещания…
– Знаешь, что я поняла? – сказала она с тоской. – Никакая я не ясновидящая! Никакая не прорицательница! Так…жалкая дилетантка. Школьница, которая явилась в театр, чтобы сыграть леди Макбет! Режиссер долго смотрел на нее, и предложил роль служанки. Но и это получилось у нее с трудом…
– Ты кого имеешь в виду?
– Себя! Кого же еще? Жизнь не терпит любительских спектаклей! Они хороши на дружеской вечеринке, но никуда не годятся на профессиональной сцене. Во всем следует достигать истинного, высочайшего мастерства! Именно это – самая большая ценность, которой только могут владеть люди.
В ее словах звучала горечь поражения.
Артему хотелось утешить Динару, но он не знал, как. Вдруг, перед его внутренним взором возникла Соня. Он удивился, что все это время ни разу не вспоминал о ней. Как будто Сони и не было в его жизни! А что, если действительно не было? В конце концов, все ненастоящее исчезает бесследно, растворяется в силовых полях подлинных чувств и желаний, – меркнет, подобно фитильку лампы в лучах истинного светила.
– Юрий? Ты занят?
Господин Салахов ощутил горячую волну радости, услышав в телефонной трубке голос Анны.
– Для тебя я всегда свободен! – с искренней теплотой ответил он. – Какие бы ни были дела, я их отложу, если ты нуждаешься во мне.
Его порезы и раны, полученные во время взрыва, почти все зажили, кроме двух самых глубоких – на лбу и руке. Разговаривая с Анной, он вспомнил о них. То, что он едва не лишился жизни, приехав тогда к ней, ничуть его не испугало. Он скорее гордился этим.
– Видишь, Анна?! – говорил он. – Ничто не может встать между тобой и мной, даже смерть.
Она улыбалась. Загадочная и чувственная женщина, полная скрытых желаний и странных грез.
– Мне нужно съездить кое-куда, – сказала Анна, возвращая его к действительности. – Ты сможешь меня отвезти? Только оставь, пожалуйста, свою охрану в офисе! И водителя тоже. Я хочу, чтобы ты приехал за мной один.
– Хорошо. Когда?
– Прямо сейчас.
У Юрия была назначена встреча через полчаса, но ему и в голову не пришло заявить Анне, что ему удобнее приехать попозже. Отношения с женщиной, особенно такой, как она, были подобны ходьбе по канату. Они давали ни на что не похожую остроту ощущений, но и таили в себе опасность упасть с большой высоты. Юрий не собирался рисковать.