Чтение онлайн

Дорнмут вздрогнул от неожиданности и с живейшим любопытством посмотрел на Фарнама. Барон держал секретаря Бевериджа за отъявленного плута и знал, что тот не явился бы нему с таким известием без особых на то оснований. Интересно было бы узнать, что он задумал!

—Присядемте здесь, — сказал барон, указывая рукой на скамью, вытесанную целиком из куска белого мрамора. — Присядемте и поговорим спокойно.

Фарнам опустился на скамью, положил шляпу рядом с собой. Дорнмут сел боком к Джошуа и повернулся к нему лицом. Толстая шея барона в дозволенных природой пределах вытянулась в сторону собеседника:

—Допустим, Беверидж совершил некое преступление. Зачем же вам открывать его тайну именно мне,а не хранителю королевской печати графу Невемору, например? Он довольно близок с Бевериджем и мог бы его защитить.

—Я действую во благо королевства! — напыщенно произнес Фарнам. — Процветание Уайтроуза — вот высшая цель, к которой я устремляю помыслы и дела свои! И мой долг велит мне поставить в известность о случившемся в первую очередь вас, ваша милость, как первого министра нашего обожаемого монарха.

—Весьма похвально, — недоверчиво усмехнулся барон. — Однако в чем же ваш интерес? Насколько я понимаю, процветание королевства немыслимо без процветания его преданных слуг, не так ли?

—Не смею противоречить вашей милости. — Фарнам наморщил лоб, делая вид, что озабочен какой-то мыслью, но не знает, как ее озвучить и с чего начать. — Позвольте перейти к делу. Факты, коими я располагаю, таковы, что должность Великого Экзекутора вскоре станет вакантной. Не думаю, что в королевстве найдется хоть один человек, смыслящий в делах Трибунала больше, чем я. Вот почему я смиренно рассчитываю на ваше покровительство и помощь в получении этого места.

Дорнмут чуть было не задохнулся от возмущения этой плебейской наглостью, но взял себя в руки, догадавшись, что у Фарнама должны быть на руках какие-то железные, неубиваемые козыри. Поэтому он отбросил в сторону все сомнения и заявил без обиняков:

—Говорите прямо, и покончим с этим. Если дело того стоит, можете рассчитывать на мою поддержку.

—Не сомневаюсь в вашей благосклонности, — насмешливо улыбнулся Фарнам и торжественно произнес: — У меня имеются неоспоримые доказательства того, что еретик и вероотступник Иеффай Беверидж вступил в сношения с демоном Круцифером!

Потрясенный барон с несвойственной ему резвостью вскочил со скамьи и благодарственно воздел к небесам пухлые руки:

—Слава Пречистой Маргарите! — вскричал он радостно. — Если нам удастся убедить короля в том, что Беверидж заодно с Круцифером, вы станете Великим Экзекутором, господин Фарнам. Но где факты? Где доказательства? Они должны быть убийственными!

Фарнам с видом фокусника извлек из-под плаща свернутый в трубку пергамент. Барон жадным взмахом руки схватил его и торопливо развернул. Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться в подлинности этого магического договора: печать Круцифера мерцала и переливалась всеми оттенками красного.

Дорнмут свернул пергамент, схватил Фарнама за руку, а затем чуть ли не волоком потащил его к заветной калитке между двумя парками. Как только Джошуа догадался, куда его ведет опальный вельможа, он остановился и принялся убеждать барона, что ему не следует появляться во дворце в домашнем халате, поскольку это может ухудшить его положение.

—К черту условности! — запальчиво крикнул Дорнмут, распахивая перед Фарнамом калитку. — Прошу вас, ваше милосердие.

Тронная зала замка Блэккастл была погружена во мрак, с которым безуспешно пытался бороться огонек свечи, стоявшей на столе в апсиде за троном императора. Морой сидел в покойном кресле с высокой резной спинкой и подлокотниками в виде лап дракона. Зыбкий свет выхватывал из темноты треугольное лицо владыки гирудов и сцепленные пальцы рук. Все остальное тонуло в темноте. Глаза императора были закрыты, лицо словно окаменело. Вокруг царила мертвая тишина. Немногочисленные слуги знали, что когда повелитель гирудов погружается в такое состояние, его лучше не беспокоить. Даже верный Нигредо избегал малейших движений и звуков, чтобы не нарушать покоя своего повелителя.

В эти минуты перед глазами императора возникали миры, лежавшие вне пределов человеческого воображения. Морой мысленно преодолевал огромные расстояния, беседовал с обитателями безмежности, узнавал от них новости соседних миров. Обычно путешествие заканчивалось по воле и желанию императора. Но не на этот раз. Звезды вдруг погасли, все, кроме одной, обернувшейся пламенем свечи, вокруг которой медленно начал сгущаться магический туман, предвестник появления леди Фог-Смог.

—Сестра?

—Я здесь, Эдвард, — голос Клементины доносился из дальнего угла залы. — Я пришла, чтобы сказать тебе...

—Ты потерпела поражение. Меня известили об этом демоны межмирья.

—Свершитель выбрался из моей западни. Его пропустил Пылающий мост.

—Да, Нигредо донес мне, что враг нашей расы ступил на землю Бладленда. Но нет ничего плохого без примеси хорошего. Теперь Свершитель в нашем полном распоряжении. Лорды Тьмы сами будут защищать свои владения. Они тщеславны, каждый из них втайне надеется победить Свершителя без посторонней помощи. Ярость гирудов утроится, когда они увидят врага на своей земле. Да и мы с Нигредо не останемся в стороне. Верно, Нигредо?

Ворон встрепенулся и каркнул в знак согласия.

—Я тоже не останусь в стороне! — Голос Клементины дрожал от ярости. — Как же я хочу напиться его крови!

—Нет, сестра, — Морой отрицательно покачал головой. — Поединок со Свершителем — многоходовая шахматная партия. Теперь мы знаем, что этот противник тебе не по зубам. Им займутся другие лорды. Когда мы выясним степень его могущества, я разрешу тебе сделать свой ход. Пока же отдыхай и набирайся сил. Почему ты прячешься от меня? Подойди ближе.

Клементина медленно вышла из темноты и приблизилась к императору. Ее лицо было скрыто под черной вуалью. Тонкие пальцы коснулись кружевной ткани. Гирудина откинула вуаль. Левая половина ее лица осталась такой же красивой, как прежде. Правую опалил Огонь Саламандры. Он превратил атласно-бледную кожу на подбородке и щеке в безобразный, растрескавшийся от жара кусок красноватой глины. Той самой, из которой в незапамятные времена Круцифер сотворил своих спасителей.