Чтение онлайн

Ролландар э'Дриен посмотрел на Джурабина не менее холодно и ответил:

– Драконлорды не нанимают убийц.

– Вполне возможно, – ответил Джурабин, – однако…

– Пожалуйста, господа, – вмешался его величество. – Будете пререкаться в другое время. Очевидно, нам необходимо что-то предпринять. И немедленно. Я уже запоздал со своим обычным обходом, а сегодня день опробования вин; мне бы не хотелось это откладывать. Значит, нам нужно определить порядок своих дальнейших действий, и вам, господа, проследить за их выполнением, а мне вернуться к управлению Империей.

– Сир, – сказал Джурабин, – нам нужно подумать…

– Вам некогда думать, – отрезал его величество. – Не потерплю, чтобы день был испорчен, а расписание нарушено. Я намерен сделать все, что входит в мои обязанности. Вам следует прямо сейчас определить срочные меры, после чего заняться своими делами.

Джурабин откашлялся.

– Расследование… – начал он.

– Да, да, – перебил его император. – Конечно, необходимо расследование. А кто будет его проводить?

– Я, – предложил Ролландар.

– Вы? – удивился Джурабин. – Какими силами?

– С помощью присутствующего здесь капитана. – Ролландар указал на Кааврена. – Не сомневаюсь…

– Отлично, – кивнул его величество. – Это все? Вы проведете расследование, а потом доложите мне, что вам удалось узнать.

– Сир, – вновь вмешался Джурабин, – мне кажется, нам следует призвать герцога Истменсуотча и расспросить его. Как наследник от Дома Дракона, он…

– … все равно должен прибыть в Драгейру в течение ближайшей недели, – спокойно возразил Ролландар. – Вы забыли о Встрече провинций.

– Да, – со вздохом согласился Джурабин, – действительно забыл.

– Прошу прощения, господа, – заговорил Кааврен, – но мне ясно, что необходимо привлечь к расследованию еще одного человека. В любом случае она проведет свое расследование и может не сообщить нам о его результатах.

Ролландар прекрасно понял Кааврена и сильно побледнел.

– Осознаете ли вы, что предлагаете? – дрогнувшим голосом спросил он.

– Надеюсь, осознает, – сказал его величество. – Потому как мне невдомек, о ком идет речь, и, естественно, не терпится узнать.

На лице Джурабина появились легкая тревога и недоумение.

– Я прекрасно отдаю себе отчет, – заверил всех тиаса.

– Ну, – сказал Ролландар, – сразу хочу заявить, что не желаю иметь к этому никакого отношения.

Теперь пришел черед откашляться императору.

– Не будете ли вы так добры, капитан, объяснить, что вызвало такую тревогу у главнокомандующего, – уверяю вас, я останусь вам весьма благодарен.

Кааврен поклонился.

– Мне кажется, сир, – ответил он, – смерть капитана Лавоудов вынуждает нас обратиться к их прежнему капитану, Чародейке Горы Дзур, Сетре.

И, словно одно только это имя несло в себе могучее заклинание, все замолчали.

К сожалению, мы вынуждены оставить тех, кто до сих пор играл главные роли в нашей истории. Поступив таким образом, мы покидаем знаменитые залы Императорского дворца, чтобы взглянуть на ту часть города, которой мы до сего времени пренебрегали. Заверяем, что без этого никак не обойтись, да мы никогда не стали бы использовать свои возможности во вред уважаемому читателю.

И хотя путешествие не уведет нас далеко от Императорского дворца, атмосфера и обстановка здесь совсем иные. Дно, как было принято называть этот район, находилось к северу от дворца и ограничивалось на юге северной стеной дворца. Оно располагалось между улицей Тсалмота и улицей Джарега, а улица Валлисты пересекала Дно как раз посредине. Кое-кто утверждает, будто Дно тянулось на север до канала Двух Звезд, однако другие считают, что северной границей Дна являлся проспект Мостов. Читатель вскоре поймет, почему данный вопрос историков не слишком-то привлекает.

Репутация Дна пережила Междуцарствие и в отличие от многих подобных случаев была действительно вполне заслуженной. Представители Батальона Белых Шарфов (под командованием баронессы Стоунмовер, которая, увы, не появляется на страницах нашей истории), ставшего основой полиции города Драгейра, никогда не отправлялись сюда, если их было менее четырех; а после наступления ночи отряды составлялись из шести, а то и восьми человек.

Более того, насколько нам известно, район никогда не патрулировался после наступления сумерек, и в то время, которое мы имеем честь описывать, полиция редко заходила сюда даже днем. Стало расхожей шуткой предлагать посетителю, слишком засидевшемуся в гостях, сбегать к Мосту и вернуться обратно за призом. Если у кого-то возникали сомнения относительно какой-то новой сделки, то говорили, что «она попахивает Дном». Впрочем, упоминание о неприятных запахах, насквозь пропитавших район Дна, ни в коей мере не грешило против истины.

Его величество в сто восемьдесят третий год своего правления подписал Эдикт о сточных водах, один из забытых и в то же время благотворных законов, заслуживающий высочайшей оценки истории. Сохранились свидетельства об эффективности и тщательности, с какой проект проводился в жизнь, однако нигде нет упоминаний о том, что действие его распространилось и на Дно.

Воздух Дна наполняли «ароматы», которые мы не станем описывать, дабы не портить нашим читателям аппетит, отметим лишь, что, хотя бойни барона Уайтмилла находились здесь же, вряд ли вам попадется воспоминание о запахах, кои они источали. Кроме того, известно, что в тех редких случаях, когда дул северный ветер, все окна во дворце в Крыльях Джарега и Валлисты закрывались, но иногда вонь проникала даже в Императорское крыло.

Что до описания условий и самой жизни тех бедолаг, которые обитали в этом районе, мы постараемся рассказать о них максимально правдиво.

Итак, давайте задержим дыхание и закроем глаза до тех пор, пока не окажемся в сравнительной безопасности маленькой таверны. Нам нет необходимости разглядывать это заведение, поскольку оно похоже на тысячу себе подобных. Спустившись на три деревянных ступеньки вниз, вы попадали в большое, тускло освещенное помещение, в конце которого были две маленькие комнатки, отделенные занавесками. В главном зале стояли четыре или пять круглых столов с простыми деревянными скамьями, а также длинная высокая стойка, за ней торчал хозяин, дородный криота, чье прошлое было для всех тайной.