Чтение онлайн

— Пусть восхищаются. Это полезно для дела. Хотя, откровенно говоря, к этому меня подтолкнули не соображения чести или молодечество, а обычное любопытство напополам с самоуверенностью.

— Думаю, что и всё остальное — тоже.

— Не буду клясться. Не знаю.

— Ну хоть своё любопытство удовлетворил?

— Так… Отчасти. Не в той мере, в какой хотелось бы. Вопросов всегда больше, чем ответов.

— У тебя теперь есть возможность потешить любопытство. И, может быть, удовлетворить его. Выбирай любого из шести пленников и разговаривай с ним.

— Господин… Господин…

— Слушаю! — рявкнул Элшафр голосу за дверью и обозначил лицом извинение в мой адрес. Я молча кивнул: да, мол, разговаривай. А я послушаю.

— Господин, тут… Тут невиданное.

— Ну что стряслось? Небо упало на землю, загорелись горы, реки потекли в небеса?

— Нет, господин, но один из пленников…

— Что такое? Да зайди уже внутрь, милорд дозволяет!

— Дозволяю, — подтвердил я, чрезвычайно заинтересованный.

— Милорд. — Заглянув в кабинет, боец согнулся без малого вдвое. — Должен сообщить, что один из пленников… В общем…

— Да говори уже! — Элшафр явно начинал сердиться. — Что случилось? Сбежал кто-то?

— Нет, господин. Пленники все на месте. Но один из них оказался… женщиной.

— Тьфу на вас, — от души выдал я. — Из-за такой ерунды столько шума? Как понимаю, ты не один в смятении?

— Да, милорд, но… Женщина…

— Вы что — женщин раньше не видели? Кто там ещё в коридоре? Пусть заходят и говорят, что там ещё хотят сказать.

— Да, милорд. — В комнату тут же втянулось с десяток человек. Тут были сенешаль и помощник сенешаля, и командиры трёх боевых групп, и ещё кто-то, наверное, бойцы, взявшие пленных. Солдат, видимо, пригласили на всякий случай — вдруг у меня возникнут вопросы.

— Ну так что странного у вас произошло?

— Милорд, оказывается, один из пленников — женщина.

— Ну замечательно. А к чему такое оживление? — Я поднялся из кресла, чтобы видеть всех. — Вы что — баб не видели? Ну в самом деле, как дети.

— Да, милорд, только поле боя — не место для женщины. Даже женщины в доспехе и с оружием.

— И это говорит имперец? И всерьёз? А дай-ка попробуем припомнить новейшую историю твоей же страны. Мне чудится, или армией Империи тридцать лет управляла женщина в доспехе и с оружием? Никого это, кажется, совершенно не смущало. Так что брось! Что разрешено женщинам одного мира, может быть и в других мирах разрешено.

Посмеялись — кто-то свободно и охотно, кто-то смущённо. Парень, на чью реплику я отвечал, усмехнулся кривовато, и я вспомнил Ниршава. Прямо его интонации и его ответ на упоминания о любом ином, чем дом и семья, уделе женщины.

У меня давно не вызывали раздражения взгляды, расходящиеся с моими собственными. И сейчас, встретив знакомую реакцию, я лишь мысленно вздохнул, что этот мой давний друг — очень далеко. Три года назад он неудачно сломал ногу, маги мало чем смогли помочь, так что на коне ему больше не ездить и в боях не участвовать. Отряды из Вередия, из его владений приведёт Ниршавов старший сын.

Что ж, надеюсь, у меня ещё будет возможность съездить к нему в гости.

— Всё верно, милорд, — согласился один из полевых командиров. — Но всё же странно было обнаружить женщину на поле боя — не на командном пункте, а именно в бою. Всё-таки, чтоб всерьёз играть в военные игры, нужно быть мужчиной.

— Для начала просто нужно быть мужчиной, а остальное уже опционально… Я имею в виду — остальное уж как получится. Ладно. Приведите ко мне эту загадочную женщину. Надеюсь, её не слишком потрепали? Раздели, что ли?

— Нет, милорд. Просто вынули из доспеха, и стало заметно, какого она пола.

— Давайте сюда. Элшафр, можешь меня оставить. Я побеседую с дамой наедине.

Её привели под руки — совсем маленькую, хрупкую, с длинными чёрными волосами, заплетёнными в косы. Ничего удивительного, что мои бойцы сразу опознали в ней женщину, едва освободили от панциря и шлема. И ничего удивительного, что они так изумились. Она казалась слишком крохотной и слабой для меча и доспехов. Даже Аштия её крупнее, хотя рядом со своими офицерами госпожа Солор всегда смотрелась сущей девчонкой.

Одета была уроженка чужого мира в штаны и рубашку, плотно перепоясанную и завёрнутую под пояс так, чтоб не мешать. Может быть, то, что она была такой маленькой, или игра живого света заставили меня думать сперва, что пленница очень юна. Потом, присмотревшись, я был вынужден признать, что она, пожалуй, даже постарше меня будет. Либо одних лет со мной, если у них на родине маги не трудятся изобретать для женщин чародейски-эффективные косметические средства и процедуры.

— Прошу, проходи, — вежливо пригласил я. — Присаживайся. Идите, ребята, свободны. Тебя не кормили, как я понимаю.

— Пока ещё сомневаюсь, что соглашусь преломить с тобой хлеб, — хрипловато ответила женщина, оправляя одежду. Потом подошла к камину и задумчиво заглянула в огонь и в кофейник, стоящий на решётке. — И откуда здешним обитателям так хорошо известен наш язык?

— Магия, разумеется. Что ещё тут могло столь быстро и эффективно помочь?

— Магия? Как странно. Чем же именно магия помогает тебе в постижении столь тонких знаний?

— Это долгая история. К тому же мне не под силу объяснить принцип работы лингвистического заклинания, даже если бы было такое желание — я всего лишь пользователь. Ладно, если отказываешься со мной ужинать, тогда давай вместе попьём шоколада. Это же не хлеб. Это ведь можно.

— Общий напиток — тоже серьёзно.

— Как всё серьёзно. Ну ладно. А что нужно, чтоб ты согласилась есть?

Она вдруг улыбнулась и, оставив в покое очаг, повернулась уже меня самого разглядывать с большим интересом.

— Я ведь веду речь только о той пище, которую ты хочешь разделить за одним со мной столом. Хорошо, попробуем соблюсти формальности и преодолеть трудность. Для начала тебе недурно было бы представиться.

— Охотно. Если сперва представишься ты.