Чтение онлайн

В любом случае, нужно взглянуть на протокол допроса помощницы. К сожалению, провели только первичный.

— Я в Управление, — сухо сообщил Брагоньер. – Куда тебя подвести?

Эллина пожала плечами.

— Давай к Анабель. Дома я с ума сойду.

— Деньги? – соэр вопросительно приподнял бровь.

— Если потребуется, запишу на твой счет. Ольер, — покусывая губы, гоэта встала и положила ладони мужу на плечи, — опять неприятности?

— Будни, — лаконично возразил Брагоньер.

Мысли его витали далеко от реки, в душных кабинетах Следственного управления.

Понимая, мужу сейчас не до таких мелочей, Эллина собрала все в корзинку для пикника и бросила тоскливый взгляд на реку. Она надеялась провести на природе пару тихих, умиротворенных часов, однако Ольер ли Брагоньер и романтика – вещи несовместимые.

— Хочешь остаться? – Соэр перехватил ее взгляд.

— Нет, — солгала гоэта.

Она сознавала, муж одну не оставить, а терпеть охрану – увольте? Ничего, они с Анабель неплохо проведут время. Странно, что Брагоньер разрешает общаться с подругой. Соэр считал бывшую гоэту и постаревшую любовницу первого префекта. Граф Алешанский давно нашел новую пассию: молодую, симпатичную. Анабель официально не дали отставку, но любовник поддерживал с ней лишь формальные отношения, давал деньги и только. Постаревшая красавица предполагала, вскоре префект и вовсе ее бросит, и готовилась отстаивать свой особняк.

Брагоньер презирал Анабель. Она для него не отличалась от дешевых содержанок— дам полусвета. Общение с ней бросало тень на аристократа, но Эллина привязалась к подруге, и соэр не препятствовал общению. Разумеется, строго дозированному. Они неизменно встречались вне особняка Брагоньеров, обычно ходили по магазинам или обедали вместе.

В Сатию возвращались в полном молчании. Соэр погрузился в свои мысли, жена ему не мешала.

Как и условились, супруги распрощались у дома Анабель Меда. Эллина мысленно усмехнулась: мужа не исправит даже могила. Похоже, ужинать придется в одиночестве.

— Ну? – Брагоньер чуть ли не с ноги открыл дверь следователя, занимавшегося делом господина Женда.

Бедняга вздрогнул и спрятал в ящик недоеденный бутерброд. Похоже, об обеденном перерыве надлежит забыть. И о том, чтобы уйти вовремя, тоже. Королевский прокурор не отцепится.

— О чем вы, благородный сеньор? – Несчастный выбрал самую почтительную форму обращения, хотя мог ограничиться профессиональным «господин соэр».

— О следствии, разумеется. – Брагоньер швырнул на стол смятую «Жизнь Сатии».

Следователь осторожно поднял газету, развернул и вздохнул. Быстро же распространяются новости!

— Так как? – Соэр нависал над низеньким мужчиной, как меч правосудия.

Дознаватель обреченно кивнул и окончательно похоронил вечер.

— Благородный сеньор, — несчастный лихорадочно думал и тянул время, — вы понимаете, писакам верить нельзя…

Не признаваться же, что ему ничего неизвестно о темных магах? Молодую женщину действительно убили – жуткая неприятность, — но по всему выходило, убийство – обычный грабеж. Осмотр показал, у жертвы пропали кошелек и ценные вещи. Она жила в ничем не примечательном квартале, где, к сожалению, подобные преступления не редкость. Рядом питейное заведение – вероятно, кому-то не хватило денег на выпивку. В любом случае, следователь пока не видел иных мотивов. Он просмотрел показания убитой – ничего особенного. Она ничего не знала о втором журнале, не видела никаких подозрительных личностей, преступника описывала путанно. То ли врала, то ли покойный врач действительно тщательно хранил свои тайны, теперь не проверишь.

— Протокол допроса госпожи Элии Медиры!

Не спрашивая разрешения, Брагоньер занял стул следователя, мельком глянул на бумаги и смел их к краю стола. Дознаватель поспешил убрать документы и услужливо протянул соэру папку.

— Тут все материалы по делу.

— Сходите к господину Нойсу и заберите материалы по Ройсу ли Трувелю. Если вы не умеете работать, придется вас учить.

Глядя на сосредоточенного Ольера ли Брагоньера, сложно было поверить, что тот же мужчина парой часов ранее нежился на солнышке рядом с женой на берегу реки, пил вино и занимался легкомысленными вещами.

Пальцы шуршали прошнурованными и проштампованными листами. Глаза порхали по строчкам, выискивая зацепки.

Интуиция шептала: два дела надлежит объединить в одно.

Господин Женд – преступник, вел подпольную врачебную деятельность. То есть либо делал аборты, либо торговал наркотиками. Вряд ли его стали бы убивать за запись вне очереди и обычные процедуры. Положим, некоторые в безумии горя винят в смерти близких врача, но они не вырывают страницы из журнала, не торопятся их уничтожить. Нет, преступник не желал, чтобы его имя узнали. И оно там, среди сожженных записей.

Смерть ученика Женда лишь подливала масла в огонь. Эллина говорила, учитель нервничал, стоило упомянуть Мелвила Тога. Вряд ли от переизбытка чувств. Господин Женд по описанию свидетелей не страдал сентиментальностью, наоборот, был крайне скуп на эмоции, зато любил деньги. Он жил на широкую ногу, а примерно год назад начал коллекционировать антиквариат. Ездил по аукционам, выискивал драгоценности – прагматичный подход. Камни легко перепродать в отличие от тех же стульев. Проблема в том, что ожерелья и кольца стоили баснословно дорого. Практика приносила господину Женду неплохой доход, он не бедствовал, но Брагоньер не верил в совпадения. Никогда не интересовался – и тут начал покупать, не урезая себя в иных тратах.

Супруга покойного драгоценностей не видела, только слышала от супруга. Тот хранил их в банке и никому не сообщал шифра от сейфа.

В отличие от учителя, Мелвил Тог жил скромно, много работал. Здоровый мужчина, которому неожиданно стало плохо за столом. Сердечный приступ после десерта. Как раз в тот день, когда господин Тог нанес визит господину Женду. Тоже совпадение? Отнюдь.

Брагоньер был хорошо знаком с ядами. Он принимал их в профилактических целях и мог похвастаться не одной попыткой отравления, которую удачно пережил благодаря своей предусмотрительности. Последняя, правда, едва не закончилась летальным исходом. Если бы не мастерство магов из университета, соэр покоился бы на кладбище вместе с будущей супругой: их на пару отравили «дружеским» посланием от Гланера Ашерина – метаморфа-шпиона, планировавшего покушение на верхушку Тордехеша. По иронии судьбы именно он познакомил Брагоньера с Эллиной. Давний друг гоэты, Гланер без зазрения совести, как всякий темный, подставил ее под обвинение в убийстве.

Так вот, изучив детали, Брагоньер пришел к выводу, что Мелвила Тога отравили. Раз домочадцы не жаловались на рези и боли, то преступник знал вкусовые пристрастия семейства и позаботился о том, чтобы невинные люди не попробовали яд. Мелвил любил безе. Сердечный приступ случился именно за чаем. К сожалению, лакомство давно выбросили, эксперты Следственного управления не могли его изучить, зато соэр распорядился провести вскрытие тела. Оно принесло занятные результаты. Брагоньер не спешил их обнародовать, но мысленно хвалил себя. Не притупила кабинетная работа хватки!