Чтение онлайн

— Милость великого Митры способствовала одолению врагов государства и возведению на престол Аквилонии величайшего из королей, — сказал он. — И чтобы впредь благоволение нашего небесного покровителя не оставило смертных, нам надлежит не забывать в дни благополучия отдавать ему должное.

— Несомненно, — кивнул Конан.

Благостный Митра никогда им особо не почитался, суровый киммериец превыше всех богов почитал Крома.

Но королевский трон не лучшее место для религиозных диспутов. Митра вполне подходящий бог. Вот темным богам киммериец не стал бы совершать предписанные обряды.

— Через два дня в главном храме столицы будет проходить обряд, посвященный Великому Митре, — продолжал тем временем жрец. — Вашему величеству надлежит принять в нем участие, чтобы народ мог убедиться в божественной поддержке избранного повелителя Аквилонии. Для этого я прошу посетить храм накануне, чтобы служители храма объяснили все подробности обряда.

— Я обязательно буду, — ответил Конан.

— Хорошим предзнаменованиям весьма способствуют богатые подарки храму, — продолжал Матиатид. — Подарки, которые должны быть воистину достойны короля Аквилонии.

— Подожди, почтеннейший, — нахмурился киммериец. — Я вовсе не против подарков храму, но на престоле Аквилонии мне достались не сундуки, полные сокровищ, а многочисленные проблемы, для решения которых нужны время и деньги. Много денег! Мне важнее укрепить безопасность страны, чем украсить храм!

— Красота и величие храма — это не пустая роскошь, — твердо возразил жрец. — Ничто так разрушающе не действует на умы людей, как прозябание священнослужителей и упадок храмов. И ничто так не воодушевляет их, как величие образов, которые открываются им пред ликом Великого Митры. Если люди заботятся только о своих телесных потребностях, то они превращаются в бессмысленных скотов. Люди не свиньи, чтобы знать только свою кормушку, им необходимо видеть звездное небо над головой и величие храмов своих богов. Тогда они готовы работать и сражаться, тогда страна становится великой и непобедимой.

— До тех лишь пор, пока люди и в самом деле верят в силу обрядов. Когда их выполнение превращается в обязательный ритуал, вера умирает, не так ли?

— Так вот мы и делаем все возможное, чтобы не слабела вера в сердцах людей!

— И что-нибудь получается?

— А кто может это определить? Мы просто смиренные служители Митры и делаем лишь то, что в наших силах.

— Ну, хорошо. Так что же все-таки с подарками храму? Я не могу отдать деньги, предназначенные для оплаты неотложных надобностей государства.

— Храм не настаивает на том, чтобы получить деньги или драгоценности. Король может пожаловать храму часть земель короны. Доходы пойдут храму постепенно.

— Нет! — твердо ответил Конан. — Доход ведь дает не земля сама по себе, а люди, которые работают на ней. Я не буду отдавать людей в зависимость кому бы то ни было. Вот что, часть коронных драгоценностей мне все же досталась. Я передам их храму при условии, что они останутся в нем и впоследствии будут выкуплены обратно. Хорошо?

— Пусть будет так, — склонился в поклоне Матиатид. Он был разочарован, но умело скрывал это.

— У тебя есть еще какие-нибудь пожелания или известия?

— Да. В последнее время служители Митры чувствуют ослабление веры и уход людей к проповедникам других религий. Мы просим короля Аквилонии принять меры к тому, чтобы оградить страну от вредоносного влияния извне.

— А сами вы не в состоянии убедить людей, что лучше поклоняться Митре, чем чужим богам? — нахмурился Конан. — Трудно людей заставить во что-то верить!

— Речь не о том, — поправился жрец, — Мы говорим о последователях темных культов, которые обещают своим людям магическую поддержку и покровительство. Они обманывают простаков, обещая им немереное могущество, умалчивая при этом, чем им придется расплачиваться за исполнение обещанного. И злое колдовство отдает людей во власть темных сил.

— Ты можешь сказать, кто этим занимается? — грозно спросил король.

— Да. Недавно мы застали недалеко от столицы стигийских магов, которые приносили в жертвы демонам преисподней людей. Покупали рабов и убивали их во исполнение черных обрядов. Мы сорвали им ритуал и разогнали их, но у нас не было воинов, чтобы схватить нечестивцев на месте.

— Ты слышишь? — обратился Конан к капитану. — Вот тебе достойная цель. Пусть твои люди выслеживают этих магов и ведут на мой суд. Я не потерплю, чтобы в Аквилонии приносились человеческие жертвы!

— Будет исполнено, повелитель, — склонился в поклоне Мольес. Вот и появился у него шанс проявить себя перед королем.

— Кстати, — обратился Конан к жрецу, — вы в храме тоже, наверное, магией занимаетесь?

Матиатид замялся. Ненависть короля к магам была общеизвестна и признавать занятия магией было рискованно. Но отрицать это было бы просто глупо. Киммериец, без сомнений, поймет, что его обманывают, и только укрепится в своих подозрениях.

— Наша магия берет силу от обращения к светлым богам, — осторожно сказал жрец.

— Я тебе, конечно, верю, — мягко сказал Конан. — Но передай всем заинтересованным людям — я не собираюсь запрещать занятия магией всем подряд. Пока маг помогает людям бороться с порождениями зла, пусть будет спокоен. А вот если он вздумает искать силы и могущества в привлечении сверхъестественных сил, я его уничтожу. Никогда из этого не выходило ничего, кроме смерти и бедствий для людей. Так что пусть даже и не пытаются.

— Мудрость повелителя безгранична, — Матиатид с облегчением склонился в глубоком поклоне.

— Если у тебя все, то можешь быть свободен.

Ранним солнечным утром отряд всадников выехал из главных ворот Тарантии и скорой рысью отправился на восток. Два десятка воинов в полном боевом снаряжении сопровождали короля Конана Аквилонского и нескольких его спутников, среди которых было два чиновника из людей канцлера Публио, пара жрецов из храма Митры — грамотеи и любознатцы, и посланец, который доставил в столицу сообщение о том, что с неба на землю Аквилонии опустился неведомый объект.