Чтение онлайн

– Это, наверное, больно, – скажет, может быть, лидер.

– Да, – ответила бы Софи. – И мне приходится сидеть там целых два часа с иголкой в руке.

Она, вероятно, покажет лидеру маленький след на запястье – место последней инъекции.

– Ну, – лукаво скажет лидер, – почему бы тебе не пропустить прием Гербалины завтра? Как насчет такого поворота событий? – Она посмотрит на вторую маленькую девочку. – Что ты скажешь по поводу того, чтобы похитить Софи и отвезти ее на пару дней в Кингс Доминион?

Лукас вздохнул. Он опять включил ножницы и прошелся ими по одной из сторон самшита. Фантазия не работала. Ни один из лидеров скаутов не мог быть настолько безответственным.

Услышав звук закрывающейся двери, он повернул голову и увидел, как Донна Снайдер идет по дорожке к гаражу. Выключив опять ножницы, он положил их на землю и быстро пошел в ее направлении.

– Миссис Снайдер! – позвал он.

Она остановилась и посмотрела на него. Она была красивой женщиной, лет под шестьдесят; ее светлые волосы были собраны заколкой на затылке. Он с легкостью мог представить себе ее на уроке истории, стоящую перед классом в школе. Впрочем, она, вероятно, была нетерпеливой учительницей. Даже сейчас она не могла скрыть раздражения из-за того, что он ее задержал.

– Есть какие-нибудь новости о Софи? – спросил он.

– Нет, – ответила она. – Жаннин и ее муж сейчас ищут ее.

Ее бывший муж, захотелось ему поправить. Жаннин сказала ему, что родители никогда по-настоящему не признавали ее развод с Джо.

– У них есть какие-нибудь новые идеи… или новые теории того, что могло…

– Нет. Кажется, ни у кого нет никакой зацепки.

Она нажала кнопку на пульте управления, и одна из дверей гаража начала подниматься. Солнечные лучи коснулись ее глаз. Они были красными от слез и бессонной ночи, и Лукас почувствовал приступ сочувствия к ней.

– Вам, должно быть, очень страшно, – сказал он.

На какое-то мгновение его сочувствие, казалось, изменило ее поведение, и она утратила свою бдительность.

– Хотела бы я, чтобы полиция делала больше. Они недостаточно… – покачала она головой. – Я полагаю, они тоже не знают, что делать. Что делают, когда какой-то ребенок исчезает? – Она сделала шаг к открытому гаражу. – А сейчас мне надо спешить в магазин, потому что в доме ничего нет. Мне так не хочется быть вдали от телефона.

– Позвольте мне съездить за вас, – вызвался он и понял по выражению ее лица, что она посчитала его предложение очень странным. – На самом деле, – сказал он, – я хотел бы как-то помочь.

– Зачем? – спросила она. – Это не ваша семья и не ваша проблема.

Он подумал было о том, чтобы сказать ей, что беспокоится о Софи, но понял, что этим только усугубит ее недоверие к нему.

– Я просто хочу помочь, – повторил он.

– Нет, в этом нет необходимости. – Она потянулась в сумочку за ключами. – Убедитесь, что самшит у главного въезда подстрижен, – сухо добавила она.

– Да, конечно, – сказал он. – И я надеюсь, что они очень скоро ее найдут.

Он как раз сгребал обрезки самшита, когда Джо и Жаннин въехали на территорию имения. Было уже шесть часов, и он чувствовал ожоги на лице и сзади на шее. Он обычно не работал так долго на открытом солнце и понимал, что последствия не заставят себя ждать.

Жаннин вышла из машины с водительской стороны, и даже с того места, где он стоял, ему было видно изнеможение на ее лице. Джо вышел из машины и направился по дорожке к особняку, глядя прямо сквозь Лукаса, как будто его там не было, но Жаннин помахала рукой. Она остановилась в нерешительности на полпути к особняку, и он понял, что она хочет подойти к нему, но Джо повернулся к ней, взял за руку и повел к дому.

– Какие-нибудь новости? – выкрикнул Лукас.

Жаннин покачала головой, позволяя завести себя в дом.

Прошло уже более суток, подумал Лукас. Это время было значительным, и он знал, что оно не означало ничего хорошего.

Закончив собирать обрезки в мешок, он упаковал свои инструменты и поехал домой. В кухне четырехкомнатного дома, обвитого зеленью, он взял яблоко из вазы с фруктами и приготовленную куриную грудку из холодильника, затем направился в заросли за домом.

Сидя в кабинете в домике на дереве, он задумчиво смотрел на украшенные тенями заросли. Он слишком усердно работал сегодня: к обгоревшей на солнце коже нельзя было дотронуться. Его тошнило, а рука дрожала, когда он принялся есть яблоко. Ему хотелось позвонить Жаннин, но он подумал, что лучше подождать, когда она сама позвонит ему.

Включив компьютер, он попытался сосредоточиться на своей электронной почте, но тщетно. Воспоминания, с которыми он боролся, снова и снова всплывали у него в голове. «Зачем сопротивляться?» – подумал он. Настоящее начинало казаться таким же безрадостным, как и прошлое.

Появится ли коп еще раз или он был им больше не интересен? Он молился, чтобы именно так и было. По-прежнему ли Джо и Снайдеры думали, что он имеет какое-то отношение ко всему происходящему? Было бы лучше, если бы они прямо его спросили. Он мог бы честно сказать им, что не имеет никакого отношения к исчезновению Софи.

Но это было бы единственной правдой о нем.

Внутри особняка было жарко и влажно. В интересах соблюдения исторической достоверности здесь так и не установили кондиционер, и июньская сырость буквально пропитала весь дом. Жаннин, которая не разделяла страсти своих родителей ко всему историческому, особенно принимая во внимание то, что большинство комнат особняка никогда не открывались для общественности, чувствовала себя так, будто воздух в гостиной ее душил.

Донна сидела на одном из обитых стульев и смотрела в окно. Время от времени она произносила негромко вслух: «Где моя малышка?» Это звучало так, будто именно она родила Софи, именно она сидела у ее кровати в больнице, когда та лежала безнадежно больная, и именно она читала ей по ночам в маленьком коттедже, когда девочке было плохо и страшно. Это заставило Жаннин почувствовать себя еще более виноватой в исчезновении Софи, как будто она украла что-то у своей матери, а также у себя самой.