Ради тебя
Шрифт:
«Черт» — подумал он и выбежал из комнаты.
Ноги понесли его к выходу из школы. Он уже знал, что сделает.
«Только бы успеть!»
Он не должен опоздать. Не должен.
Добежав до выхода, он, не прерывая движения, крикнул:
— Акцио, метла!
Долетев до пещеры, Ник отбросил метлу в сторону. Он помешает ей! Помешает!
«Она не может умереть! Только не она!»
Увиденное заставило Ника замереть. Гермиона… Неужели он опоздал?
Девушка находилась в круге и парила над землей. Неведомая Нику магия, витала в воздухе. Он был весь пропитан ей так сильно, что было трудно дышать.
Гермиона выгнулась и вскрикнула от боли, пронзающей ее. Сердце парня колотилось, как сумасшедшее, намереваясь вырваться из груди.
Она умирала. А он смотрел на это и не мог ничего сделать. Или мог?
Да. Он мог.
«Она должна жить…» — решительно подумал Ник.
Подойдя ближе к девушке, он с нежностью схватил ее руку. Такую знакомую, такую мягкую, такую чужую…
Она не его. Теперь нет. И в этом виноват лишь он сам.
Гермиона обернулась. Ужас застыл в ее глазах.
«Что он тут делает?»
— Ник… — попыталась проговорить она, но из ее горла вырвался какой-то сдавленный хрип. Струйка крови покатилась вниз по горлу, и девушка закашлялась.
Парень погладил ее по руке. Нежность, с которой он держал ее руку, гладил по коже, успокаивали ее, будто убаюкивали. А может она уже умирала, и так действует смерть? Гермиона не знала ответа на этот вопрос. Она закрыла глаза и представила, что сейчас уснет. Навечно.
«Не волнуйся, это просто сон. Вечный сон…»
Вдруг ее что-то дернуло, заставляя вырваться из круга. Тепло, окутывающее ее, вмиг исчезло. Она оказалась лежащей на холодной земле. Голова все еще кружилась, сознание было затуманено, а в глазах была пелена, не позволяющая рассмотреть, что произошло.
«Что?» — ошарашено думала она.
Ник зашел в круг. В его сердце не было ни капли сомнения или неуверенности в поступке, который он хочет совершить. Он делал все правильно, все верно. Так и должно быть. Он должен умереть, но не она.
Магия подхватила его, окутала собой все его тело. Он приподнял голову и взглянул вверх. Закрыв глаза, он улыбнулся сам себе. Засохшими губами, он прошептал:
— В этой жизни я отдаю тебя ему. Но я не сдамся. В следующей жизни ты будешь моей.
— Ник, что ты делаешь? — кричала Гермиона.
Рунное вращение ускорилось до состояния торнадо. Гермиона пыталась прорваться внутрь, в надежде вытащить его.
Но руны вступили в последнюю стадию вращения, запечатав круг. Теперь не было не выхода ни входа. Гермиона с ужасом наблюдала, как ветряные вьюны разводят руки Ника в стороны.
«Нет! Все должно быть не так! Только не ценой его жизни!»
Парень повернул голову в сторону девушки. Чувствуя, что душа покидает его, он проговорил:
— Это ради тебя, Гермиона. Я люблю тебя…
Он выдавил из себя подобие улыбки и снова закрыл глаза.
Камни засветились ярче, разрывая яркими всполохами полутемную пещеру.
Разноцветные разряды змеями поползли к потолку, объединяясь в яркую сферу.
Гермиона закричала, понимая, что сейчас произойдет:
— Ник, что ты наделал? Ник! Ни-и-ик!!!
Он умирал, но страха не было. В темноте он увидел руку, тянувшеюся к нему. Такая хрупкая… Он протянул руку на встречу и их пальцы переплелись.
Незнакомка шагнула ближе и обняла парня.
— Не бойся любимый, я с тобой, — шептала она.
«Луиза…»
— Ты поступил правильно. За это я всегда буду любить тебя.
Ник сжал девушку в объятиях. Возможно, ради этого и стоило умереть.
«Прощай, Гермиона…»
Сфера под потолком ударила разрядом молнии, попадая прямо в грудь Ника. Словно черная дыра образовалась там, и тонкая серебристая струйка выскользнула изнутри, ниточкой протягиваясь в сторону Малфоя, резким ударом проходя в грудь Драко.
На секунду все затихло, Малфой ловил ртом воздух, было ощущение, словно резко ударили в грудь, но через секунду он ощутил тепло, растекающееся внутри.
На устах Ника все еще мелькала улыбка.
Руны остановились, медленно угасая, ветер утих. Тело парня опустилось на каменный пол пещеры.
Огни погасли. Осталась лишь темнота. Гермиона, словно ощущала ее кожей. По телу пронеслась стая мурашек.
Гермиона бросилась к нему.
— Ник! Прошу открой глаза!
Девушка упала на колени, ее руки судорожно пытались нащупать пульс, но его не было. Гермиона гладила его по волосам, вороные пряди путались в ее пальцах, а его потрясающие изумрудные глаза навеки погасли.
— Ник, ну почему?
«Ради тебя…» — вспомнила его слова, Гермиона.
Роняя слезы на его тело, она в ярости ударила его в грудь.
— Очнись! Я знаю, что все это неправда! Вставай!
Она наносила, удар за ударом надрывно рыдая.
На плечи легли руки. Такие родные, такие любимые.
Драко подошел к ней, пытаясь поднять ее с пола, но Гермиона вырывалась. Ее голос охрипший от крика, разрывал сердце Драко. Он терпеть не мог Хардмана, но сейчас он осознал всю ценность его поступка. Он сохранил жизнь Гермионы.
Глаза девушки загорелись, она словно сумасшедшая быстро заговорила:
— Мы должны доставить его к профессору Дамблдору, он все может! Он вернет Ника к жизни.
Малфой с усилием рванул Гермиону вверх, крепко прижимая к себе.
— Успокойся. Мы уже не сможем ему помочь.
— Это ложь! Мы успеем, нужно постараться.
— Гермиона, он мертв! — Драко повысил голос, пытаясь вернуть ее к реальности.
— Это из-за меня. Это все из-за меня. Я во всем виновата.
Девушка всхлипнула, внутри все разорвалось, от осознания смерти Ника. Она никогда уже не станет прежней. Гермиона заплакала, сильнее вжимаясь в объятия Драко. Он обнял ее крепче, гладя по волосам. Он не знал, что сказать, да и какие могут быть слова, когда погиб человек.