Чтение онлайн

Эти бронзовые статуи раньше принадлежали одному графу, который приказал их слепить и установить у входа в склеп. Они должны были охранять покой его супруги после ее смерти. Львы простояли у склепа до тех пор, пока их не похитили местные мародеры. Так они оказались на аукционе, где и приобрел их сэр Шарон. Не зная их истинной истории, он обрек себя и свою семью на те несчастья, которые с ними приключились.

В свою очередь, я бы настойчиво вам рекомендовал избавиться от этих бронзовых статуй. Уверен, что после этого в особняк вернутся жизнь и свет.

С уважением, Ланс Франсер».

Сложив письмо, Ланс растопил над свечой воск и скрепил именной печатью его края. Тем же днем оно было отправлено Томасу Дыманту курьером.

Ровно в семь часов вечера на первый этаж гостиницы «Красный сокол» в холл вошел высокий светловолосый мужчина лет тридцати. В черном плаще и шляпе.

При виде Ланса он снял шляпу и плащ и тотчас направился к его дивану в углу.

– Добрый вечер. Надеюсь, я не опоздал?

– Вы вовремя. Полагаю, вы и есть сэр Гоман?

Мужчина протянул руку для рукопожатия:

– Меня зовут Марк.

Ланс пожал ее в ответ. Марк занял кресло напротив, Франсер продолжил:

– Итак, вы сообщили, что желаете встретиться со мной как можно скорей. Прошу уточнить причину такой спешки.

Марк быстро кивнул и тотчас ответил:

– Причина весомая, и вы сейчас в этом удостоверитесь. Прежде всего, едва я узнал, что вы в нашем городке всего на несколько дней, бросил все и решил назначить встречу. У меня пропала племянница. Агния. Вот уже как месяц ее никто не может найти. Девушке всего семнадцать лет. Никого, кроме меня, у нее не осталось. Я боюсь предположить самое худшее.

– Хорошо, хорошо. Давайте по порядку. Племянница до момента пропажи жила с вами.

– Да.

– Она сирота с рождения?

– Нет. Ее воспитывали мать и отец, с которыми она жила в деревне на севере страны.

– Опишите самое главное из ее детства. То, что может мне помочь в ее поиске.

Марк задумался всего на секунду, затем выпалил:

– Дом, в котором жила Агния со своими близкими, был расположен у самого леса. Мать часто болела. Поэтому из дома никуда не уходила. Боялась, что станет еще хуже. Отец зарабатывал на жизнь тем, что рубил в лесу деревья. Привозил домой на телеге дрова. Вот, как-то раз зимой случился с ним один случай.

Поехал он в лес за дровами. Прихватил с собой цепного пса. Пес был крупным, большим. Хозяина и имущество охранял исправно. Мужик взял его, чтоб знак подал, если зверь какой приблизится. В лесу, как и задумывал, нарубил деревьев и сложил в сани. Сам сел сверху и пса усадил рядом.

Начал выдвигаться из леса, и тут на него кинулась стая волков. Мужик ударил лошадь кнутом и та ускорила бег. Стая не отставала. От них не было никакой надежды оторваться. Времени было мало и мужик рассудил так. Лошадь-кормилицу терять никак нельзя. Все-таки единственная. Самого себя тоже жалко. И тогда сбросил с саней своего верного пса на растерзание волкам. Только тогда ему удалось оторваться от волков.

Когда приехал до дома, то въехал во двор и запер на засов ворота. Жене рассказал, как дело было. Поужинал и лег спать.

Ночью кто-то стал скрестись в ворота. Домочадцы переполошились все. Мужик накинул тулуп и вышел во двор. Жена и племянница к окну, смотреть, кто явился в такой час.

Он ворота распахнул, а на него кинулся израненный пес. Загрыз мужика на месте за подлое предательство. Оказалось, что порода того пса – волкодав. Он всю стаю волков раскидал. После этого убежал в лес к лесничему, и тот оставил его у себя. Однако жена и дочь покойного видели, как пес убил их кормильца. Все случилось на их глазах. Видимо, это произвело сильное впечатление на мою племянницу.

Она стала замкнутой и неразговорчивой. Я бы даже сказал, тронулась умом. После смерти матери, то есть моей сестры, я забрал ее к себе. Агния стала жить здесь, в Урилле, в моем просторном доме. Конечно, я познакомил ее со своей семьей, и ее приняли как собственную дочку.

Агния могла бы посещать женскую гимназию вместе с другими моими дочерьми. Однако она была странной девушкой. Замкнутой и молчаливой. Насколько мне известно, друзей у нее не было. Мы решили обучать ее на дому. Учителя сами приходили к ней. Иногда она прогуливалась по парку в сопровождении нянечки. Иногда она гуляла одна у дома. Любила одиночество. Так продолжалось, пока вдруг не исчезла.

Марк рассказывал историю девочки так живописно, что Ланс представил ее яркими красками. Словно это происходило здесь и сейчас.

– Может быть, ей не понравилось у вас и она просто-напросто сбежала?

– Не думаю. Ведь ее семья еле сводила концы с концами. А у меня дом – полная чаша. Мы Агнию привели в порядок. Навели внешний лоск, полностью обновили гардероб, выделили собственные комнаты и слуг. Поверьте. Я по ее глазам видел, что она счастлива с нами, тем более моя жена к ней относилась как к собственной дочери. У нее не было повода сбегать от нас.

Ланс в глубокой задумчивости потер подбородок.

– Странно. Возможно ли, что Агнию похитили ради выкупа?

– Я думал об этом, однако с момента ее пропажи никто так и не заявил о себе. Не потребовал вознаграждения за ее жизнь. Хотя, конечно, все может измениться, и я получу письмо от негодяев. Однако что-то мне подсказывает, что это не похищение.

Ланс поднялся с дивана, неспешно обошел его кругом и посмотрел в окно.

– Скажите, Марк, насколько Агния была странной? Что в ней было такого, что вас смущало?

Марк посмотрел на его спину.

– Я могу быть с вами откровенен?

– Предельно.

– В таком случае, я расскажу все, что мне известно, – Марк откашлялся и, осторожно подбирая слова, продолжил, – тот случай с ее отцом, когда волкодав загрыз его, произвел на Агнию сильное впечатление. Несколько дней после этого она молчала. Не проронила ни слова. Первый раз заговорила на похоронах своей матери. Сказала что-то вроде: «Все там будем». На следующий день я увез ее оттуда. Когда я привез ее в свой дом, то она молча оглядела всех домочадцев и, не проронив ни слова, закрыв лицо ладонями, горько заплакала. Мне показалось это странным. Хотя ее можно понять, конечно.