Чтение онлайн

Калли напряглась, женским нутром почувствовав, что он опять отодвинулся. И действительно, когда он заговорил, она убедилась, что он забился в противоположный угол.

– Повторяю, – строго сказал он, – все дальнейшее будет происходить исключительно по твоему желанию. Ну, что же ты молчишь? Скажи, что ты думаешь об этом! Пока что я слышу только невнятные звуки, говорящие о твоем нетерпении.

Калли даже не заметила, что издала необычные звуки, поэтому его слова повергли ее в замешательство. Неужели этот мужчина действительно обладает чутьем опасного ночного хищника? Может быть, и другие его физиологические возможности близки к звериным? Платье прилипло к ее вспотевшему телу, покалывание в сосках сменилось болезненным жжением, а тягостное томление в промежности пополнилось пульсацией где-то в основании лобка. Только активный проникающий массаж мог бы смягчить ее страдания.

– Я не сильна в подобных играх, – промолвила она с придыханием. – Поэтому готова передать инициативу вам как более опытному в искусстве соблазнения.

– Я не намерен играть с тобой, Калли! – воскликнул он с обидой в голосе. – У меня вполне серьезные намерения!

– Все отношения между мужчиной и женщиной – сплошное притворство! – рассмеявшись, возразила она, явно кокетничая.

– И кто же из нас, спрашивается, больший притворщик? – умиленный ее непосредственностью, парировал Доминик.

– Я готова быть вашей покорной ученицей, – пролепетала Калли с дрожью в голосе, не осмеливаясь даже представить, какое удовольствие доставит ей этот урок, из опасения, что тотчас же придет в невероятный экстаз.

Воздух в кабине снова наэлектризовался. Калли сильнее сжала сцепленные за спиной пальцы и еще больше выпятила бюст, подсознательно умоляя Доминика поскорее уделить ему должное внимание. О том, что трусики на ней промокли насквозь, она старалась не вспоминать, чтобы не потерять сознание. Любопытно, подумалось ей, с чего он начнет?

Доминик пощекотал ей ступню и произнес:

– А почему бы тебе не проверить свои педагогические способности? По-моему, из тебя может получиться хорошая учительница.

Сказав это, он глубже забился в угол, о чем она догадалась по шуршанию ткани костюма. Калли колебалась всего несколько секунд, отчаянно пытаясь оценить возможные риски, но в конце концов бросила эту затею, чтобы сохранить хотя бы те жалкие крохи самообладания, которые она еще не успела растерять. Отказаться от роли опытной искусительницы означало бы испортить самый грандиозный кайф всей своей жизни. А вот уж этого она позволить себе никак не могла, тем более после многих томительных месяцев монашества.

Сделав глубокий вздох, она приказала ему:

– Снимите пиджак!

Поколебавшись, Доминик снял пиджак и швырнул его ей на колени, как бы подтверждая этим свою готовность исполнять и все дальнейшие ее приказы. В этот миг Калли вдруг осознала всю нелепую двойственность своего поведения: отдавая приказы, она продолжала держать руки за спиной.

– А теперь галстук, – сказала она, стряхнув оторопь опасных меланхолических сомнений.

– Ты намерена раздеть меня до трусов? – вкрадчиво спросил Доминик.

– А разве я не вправе так поступить? – надменно возразила Калли и самодовольно улыбнулась, догадавшись по его сопению, что он обескуражен. – Не я затеяла эту игру! Или вы хотите пойти на попятную?

– Отнюдь нет, продолжим, – хрипло произнес Доминик и вновь зашуршал шелком.

Все чувства Калли обострились до предела.

Стянув с себя галстук, Доминик принялся водить им по ее коленям и бедрам. С трудом поборов сладострастный стон, она воскликнула:

– Прекратите! Я вам этого не позволяла!

Прикосновения шелка к ее коже доставляли ей неописуемое удовольствие, но интуиция подсказывала ей, что нельзя упускать инициативу, иначе ничего нового она для себя не откроет. А ей дьявольски хотелось проверить, способна ли она повлиять на партнера одним своим убеждением. Но пока еще она была к этому не готова.

– Тебе не доставляет удовольствие то, что я делаю? – спросил Доминик, перестав водить галстуком по ее ноге, но не убрав его, однако, с ее колена.

– Этого я не говорила, – возразила она, пытаясь сдержать нервную дрожь.

– Угу, – промычал он и убрал с ее ноги галстук.

Калли с трудом подавила жалобный вздох, сосредоточилась и попросила:

– Снимите с меня вторую туфельку! И сделайте мне еще раз массаж ступней. У вас это прекрасно получается!

Доминик тотчас же начал разминать ее стопу своими длинными пальцами. На сей раз Калли не смогла сдержать вздох. Он продолжал массировать ей ноги: сначала одну стопу, потом другую, – у нее возникло желание лечь спиной на пол и раздвинуть ноги. Но когда терпение ее было почти на исходе, Доминик почувствовал это и, прекратив массаж, погрузился в загадочное молчание.

– Я… Вы… Не могли бы вы… – пробормотала Калли, проклиная себя за неуместную нерешительность, и тоже замолчала.

– Ну же, договаривай! – подбодрил он ее.

Калли облизнула губы и прохрипела:

– Это относится к вашему рту…

– Каким же образом? Нельзя ли уточнить? – спокойно спросил он.

– У вас такие замечательные руки! – выпалила она. – И я подозреваю, что прикосновение вашего рта будет столь же приятным! – Сердце ее при этом едва не выскочило из груди.

Спустя мгновение она почувствовала прикосновение кончика его языка к ее щиколотке и замерла. Доминик стал подниматься все выше и выше по ее икре, но Калли его не остановила.

– У тебя великолепная кожа, бархатистая и сладкая, – промурлыкал он, подбираясь к ее подколенным впадинам.

Она раздвинула ноги. Он изменил положение тела, чтобы ему было удобнее терзать ее обмякшее тело. Калли стала посылать ему мысленные приказы пошире раздвинуть ей ноги. Он принялся покрывать жаркими поцелуями внутренние стороны ее бедер. Она задрожала и выдохнула:

– Пожалуйста, не надо!

– Что именно?

– Не надо целовать меня там, лучше поцелуйте меня чуточку повыше… – Она, конечно же, имела в виду, чтобы он поцеловал ей лицо и шею. Но к ее полному ужасу, он понял все иначе: раздвинул ей пошире ноги, встал на колени и произнес: