Чтение онлайн

— Что дальше делать будем?

А, в самом деле, что? После секундного размышления лейтенант выдал вполне очевидное предложение.

— Послать в Аринбург гонца за помощью.

Катасонов вытряс из своей фляги последние капли.

— Воды принесите! Гонца-то пошлем, но раньше, чем через десять-двенадцать дней из Аринбурга помощи не будет.

— Так раньше и не надо! Гохарцев мы по пустыне разогнали, еще раз организованно атаковать они вряд ли смогут, а если и попытаются, авось, отобьемся. Через три четыре дня караван из Аринбурга придет, а там и помощь подоспеет. Надо только гонца быстрее послать, пока они опять к караван-сараю не сползлись. Без воды в пустыню мало кто рискнет уйти.

— Ладно, — согласился штаб-капитан, — готовьте своего гонца, я пока рапорт полковнику продиктую.

Караванщик выслушал лейтенанта с невозмутимым видом.

— Хорошо, я отвезу письмо полковнику так быстро, как только смогу.

— Запасного верблюда с собой возьмешь?

— Да, так будет быстрее.

— И предупреди о нападении идущий сюда караван, пусть будут готовы.

Спустя несколько минут ротный писарь принес пакет от Катасонова. К этому времени бурдюки уже были наполнены водой, подготовлен мешок с продовольствием. Спрятав под халатом опечатанный серый пакет, караванщик тронулся в путь.

— Возвращайся быстрее, Шохад, мы будем тебя ждать!

— Обязательно вернусь, офицер, — пообещал караванщик, — я ведь обещал тебе показать путь до самой Гохары.

Проводив гонца, лейтенант набросился на обоих унтеров.

— А вы чего встали, рты раззявили? Быстро всех собрать и на сбор трофеев. Винтовки, патроны, деньги, остальное не брать! А то ночью гохарцы все подберут. А ночка нам предстоит веселая.

На удачу, ночь выдалась лунная и безоблачная. Усиленные посты на стенах открывали огонь по малейшему движению, а то и звуку за стенами караван-сарая, благо, большой расход патронов никого не пугал. Несколько раз из пустыни тоже стреляли, но обошлось без потерь, а на атаку так никто и не решился.

Утром к воротам караван-сарая заявились парламентеры. Встречать их пришлось не выспавшемуся и злому лейтенанту Магу. Трое кочевников очень неприятно пованивали. Встав с наветренной стороны, офицер поинтересовался.

— С чем пожаловали?

Один из гохарцев на ломанном руоссийском потребовал воды.

— Да пошел ты!

Лейтенант развернулся с явным намерением уйти, но кочевники тут же внесли более конструктивное предложение.

— Если ты дашь нам воды, мы уйдем.

— Можете оставаться, песка в пустыне хватит на всех.

— Стой, офицер, мы больше не будем воевать с вами и отдадим вам свое оружие!

Отдадут они, как же! Сдадут несколько древних самопалов, два десятка луков и кучу паршивых клинков. Впрочем, не ему решать, для этого в караван-сарае есть офицер с более серьезными погонами.

— Хорошо, я передам ваше предложение своему начальнику, пусть он решает. А вы, здесь ждите.

Штаб-капитан Катасонов выслушал лейтенанта и задумался.

— Им можно доверять?

— Нет, конечно! Обманут, да еще и посмеются потом.

— Но, если кочевники уйдут, то это ослабит гохарцев, — выдвинул свой аргумент штаб-капитан.

— Кочевники те еще вояки, их уход ничего не решит, — возразил лейтенант. — Сейчас мы в выигрышном положении. Они двое суток без воды, и каждый час их все больше ослабляет. А если, мы дадим им воду, они смогут подкрепить свои силы чтобы напасть. Заметьте, продовольствие они не просят, а без него через пустыню также не пройти.

— Значит, не рекомендуете?

— Ни в коем случае, господин штаб-капитан!

— Ну, тогда гоните их в шею. Нападут — будем отбиваться.

Кочевникам пришлось убраться к своим без результата. Приблизительно через час караван-сарай обстреляли, с большого расстояния и вяленько так, видимо, с патронами у гохарцев было совсем небогато. Руоссийцы поначалу отвечали, потом Катасонов приказал прекратить огонь ввиду полной бесполезности расхода патронов. При первых выстрелах лейтенант Магу с винтовкой выскочил на стену, но затем, оценив обстановку, плюнул и ушел добирать то, что не удалось доспать ночью. А вскоре обстрел как-то сам собой затух.

Едва только Алексу удалось заснуть, как его вновь бесцеремонно растолкали, от Катасанова прибыл посыльный.

— Случилось чего?

— Так точно, господин лейтенант! Там опять эти оборванцы пришли.

Злой как черт лейтенант второй раз за день выбрался за ворота. На этот раз делегация была куда более многочисленной, а вместо кочевника ее возглавлял надменный гохарец в дорогом, но уже изрядно пропыленном халате. Заметно было, что последние дни для него и его хозяина выдались нелегкими.

Вместо того чтобы приветствовать гостей, Алекс поинтересовался.

— Что, патроны закончились?

Гохарец с трудом, но сдержался от ответного выпада. По руоссийски он изъяснялся очень даже прилично.

— Мы отдадим вам все оружие, что у нас есть и уйдем, только дайте нам воды.

Надо же, как заговорил! Похоже, даже гвардейцев уже настолько припекло, что уже и оружие бросить готовы.

— А гнева эмирского не боитесь?

— Я все равно расстанусь с головой, а на остальных его гнев падет в меньшей степени.

— А ты кто такой будешь?

— Я — командир восьмой сотни гвардии эмира гохарского.

Положение у сотника было незавидным, но заботился он не о своей судьбе, а о своих солдатах, что невольно внушало уважение к нему.

— Хорошо, я попробую уговорить своего командира.

На уговоры Катасанова пришлось потратить несколько минут.

— Даже, если гвардейцы и припрячут два-три десятка винтовок, то для нас они опасности представлять не будут, патронов у них и так уже почти нет. Верблюдов осталось мало, идти придется пешком, часть и так не дойдет.