Чтение онлайн

Впрочем, Игорь мог и сам счесть, что вдаваться в подробности лишнее.

Тем не менее у двери своей квартиры – точнее, уже с год как своего офиса – Алексей принял решение не открывать ее своим ключом, а позвонить. Просто для того чтобы разъединить двух молодых людей, вынудив одного пойти открывать дверь, а второго остаться в кабинете.

В том, что Роман не пойдет открывать вместе с Игорем дверь, он был уверен.

– Добрый вечер, Алексей Андреевич!

Игорь, как всегда, невозмутим и воплощенная любезность.

– Посетитель ждет вас в кабинете.

Игорь говорит громко, чуть громче обычного. И это неспроста, мгновенно понял Кис.

И тут же ощутил, как его ладони коснулась бумажка. Он ее принял незаметно.

Дело плохо, коли такие предосторожности…

– Хотите кофе? Или поесть? Принести вам в кабинет? – вел Игорь светскую беседу, а его глаза косили на бумажку, зажатую в ладони Алексея.

– Спасибо, Игорь, ничего не хочу. Только в туалет зайду. Попроси моего посетителя подождать две минуты! – Алексей тоже говорил громче обычного: он понимал, что Роман, затаившийся в кабинете, вслушивается в их диалог с секретарем…

Алексей зашел в туалет, развернул кусочек бумаги, прочитал: «Он вооружен. Пистолет. Нервничает. В оружии новичок, по-моему. О цели визита не сказал. Постараюсь вызвать С. Громова».

Спустил воду, помыл руки и направился в кабинет.

Переступая его порог, он не знал, что скажет и как себя поведет. Пистолет менял дело.

Вошел. Увидел, как краска отхлынула от лица его сына. Только глаза, немного разные по цвету, как у него самого, горели на побелевшем лице.

– Добрый вечер, – сказал Алексей и прошел за свой стол. Сел в кресло. – Игорь! – крикнул он. – Пожалуй, я все-таки кофе выпью!

Он откинулся на спинку кожаного кресла. Пистолета не видно – должно быть, парень сунул его в карман.

– Роман, – произнес Алексей, – может, ты тоже хочешь кофе?

…Кажется, этой фразой он его убил. Алексей лишил его сюрприза – он внятно дал понять, что знает, кто здесь его поджидает! Киндер-сюрприз, ишь ты…

Мальчишка встрепенулся, дернулся – конечно, не на вопрос о кофе… И застыл.

В полной тишине протекло несколько минут. Алексей смотрел на своего сына. Он похож на Асю… Такие же тонкие черты лица, светлые волосы, как у нее… Только глаза его, Киса, и еще подбородок да очертания губ. Даже не форма губ, а манера их складывать: крепко и упрямо.

– Так ты хочешь кофе?

Роман молчал. О чем он, его отец?! Он пришел к нему, чтобы… чтобы…

Игорь вошел, принес чашку Алексею. Мимолетно и едва слышно шепнул: «Я вызвал Петровку».

«Петровку» – это значит Серегу. Что ж, раз этот балбес вооружен, то Игорь правильно решил… Хотя Алексей предпочел бы обойтись без Петровича, как условно назывался иногда Серега – не по отчеству, а по месту работы.

– Спасибо, Игорь. Оставь нас, пожалуйста. У нас конфиденциальная беседа.

Игорь все прекрасно понял, Кис был уверен.

Он не ошибся. Игорь, метнув на него взгляд, означавший «Я тут, на стреме!», вышел и прикрыл за собой дверь.

– Ну что ж, Роман. Давай беседовать. Ты ведь для этого пришел? – спросил он спокойно.

По правде говоря, Алексей уже не знал, для чего пришел к нему сын. Он вооружен! И зачем, спрашивается?

Глупый вопрос. Если человек приобретает пистолет, то для того, чтобы из него стрелять! И это меняло все.

Значит, Александра права, он действительно крался и у него были дурные намерения. Она их почувствовала, потому и испугалась!

…Как легко строятся версии! Как убедительно выглядят они, каждая по отдельности, услужливо и неопровержимо выстроенные логикой и психологией (психологикой, так называл иногда это содружество Кис)! Беда одна: вдвоем эти версии существовать не могут. Одна напрочь отрицает другую. Стало быть, одна из них насквозь ложная. Точно так же убедительно и красиво выстроенная, как и правильная.

Сколько раз он сталкивался с предательством логики, как хорошо он знал ее коварство! Но всегда в последний момент ему удавалось ухватить какой-то элемент в деле, который помогал ему опознать обманчивую версию-самозванку!

А сейчас он решительно не знал, за что ухватиться. Может, оттого, что на этот раз у него таких спасительных элементов не имелось: он видел Романа впервые, он мало знал о нем, он выстраивал его характер и намерения заочно. За-очно, за очами, – то есть не видя…

А может, оттого, что в мозгу его, нарушая обычный ясный и стремительный ход мысли, билось колоколом: это-мой-сын, это-мой-сын, это-мой-сын, бум-бум-бум, блин-блин-блин…

Роман молчал. Никак не решится вытащить пистолет?

Кис бросил на него короткий, но цепкий взгляд: если судить по оттянутой форме левого кармана куртки, то оружие находилось именно там. Он левша? Кажется, Ася была левшой…

Игорь написал, что Роман «новичок», – так оно наверняка и есть. Быстрых и точных движений, равно как и особой меткости, можно не опасаться. Стало быть, у Алексея будет несколько секунд, как только рука Романа двинется в карман за пистолетом.

Он быстро прикинул, как действовать: упасть под стол и из-под него дернуть «засранца» за ноги. Тот не успеет и очухаться, как окажется на полу и без оружия.

…Роман молчал и не двигался. И глаза закрыл. О чем он думает, интересно?

Алексей тоже молчал. Ждал, что скажет – или что сделает – столь новоявленный и столь плохо обставивший свое появление в его жизни сын…

И молчание это затянулось.

Оно изнуряло.

Но Кис сказал себе, что не нарушит его первым. На что Роман надеется? Что Алексей размажет сопли по щекам, кинется к нему с отеческими поцелуями и вскричит: «Как я счастлив, что ты нашелся, сыночек»?

Не дождется!