Чтение онлайн

— Как зовут тебя?

— Женька…

— Фамилия и московский адрес, — взялся за ручку лейтенант. И записав, спросил: — Сам расскажешь, с кем сдружился и что натворил?

Человек немного подумал:

— Сам скажу…

Женька участвовал в трех ограблениях. Назвал соучастников. Показал дома и квартиру, рассказал, как ограбили, что взяли, чем хотели заняться дальше.

— Нет, Быковых я не знаю. Не видел. И сталкиваться не приходилось. О других слышал, — ответил, не отводя глаз.

— Посмотри фотографии, может, узнаешь кого–нибудь из этих?

— Вот этого видел! — ткнул в фотографию Димки Быкова.

— Кто он? — спросил лейтенант.

— Я кликуху его знаю!

— Так какая она?

— Боксер! А второй, вот этот — Черный Барон.

— Ты с ними в делах?

— Нет. Вместе не пришлось. Дело одно хотели провернуть, но оно сорвалось.

— Какое дело? — поторопил внезапно умолкнувшего Женьку. Но тот съежился в комок.

— Не могу. Они достанут меня. И тогда… За себя, так черт со мной. Братанов достать могут. Они — не мы. Их не взять. Они любого скрутят.

— Ты их боишься?

— А вы с ними попробуйте сами…

— Где они прижились?

— Кому о том скажут? Они сами по себе промышляли. Они нас всех держали в кулаке последний год. Попробуй я их спросить, где живут? Они мне быстро определят, где мое жилье — на погосте. Им такое устроить, как два пальца обоссать. Они, как говорят, весь Афган насквозь прошли. С самого начала и до конца. Живодеры отпетые.

— Нигде они не воевали! Ни в Афгане, ни в Чечне! Это точно!

— Не может быть! Я в Чечне таких не видел! — проговорил Женька и, забывшись, пил чай, ел булку, придвинутую лейтенантом, и рассказывал: — Им угробить человека ничего не стоит. Мы бы вот так не смогли. Эти старика за ноги вздернули и башкой в выварку с кипятком. Чтоб сказал, где деньги прячет! Тот враз откинулся. Они за бабку. Схватили ее и давай шилом колоть. Каленым. Та воет, но молчит. Внучка не выдержала. Сказала. Они ее все равно грохнули, чтоб свидетелей не осталось.

— Где вы с ними должны были увидеться? — спросил лейтенант Женьку.

— Уже упущено время. Нас попутали. Они не станут ждать, сквозанут.

— Куда могут уйти?

— А черт их знает! Они — мокрушники. А мы против них — шпана. Из Орла не смывались.

— Чем вы были им обязаны? — спросил лейтенант.

— Положняк им давали. Они местные, а мы нет. Вот и обложили налогами. Когда башлями отмазывались, иногда на стрему брали кого–нибудь. Тогда мы долю не давали.

— А вам платили?

— Кто? Они дадут! Дай Бог живыми сорваться!

— Они говорили, где их найти в случае чего?

— Эти скажут! Они сами возникали! На кой нам надо было знать, где с ними встретиться? — ответил Женька.

Все остальные мало добавили к услышанному.

— Кого еще собирались ограбить Быковы? На кого напасть?

— Они нам не говорили. Боялись, что опередим или предупредим за навар. Да и знали мы о них мало. Лишь то, что видели своими глазами. Слышать про них приходилось больше…

Все пятеро указали, где и кого они обокрали. Что и когда взяли. Где сбыли ворованное и за сколько.

Все дни, покуда шайка Крутого находилась в камере предварительного заключения, милиция не бездельничала. Патрулирования и облавы, засады и проверки случались каждый день. Но никто из сотрудников не мог высчитать, предугадать намерения Быковых. И милиция зачастую либо опережала события, либо опаздывала.

Вот так получилось и в морге.

Савва, имевший разрешение на ношение оружия, не расставался с пистолетом. И был уверен, что в случае появления Быковых сумеет прострелить ноги обоим. А уж потом, связав, сам доставит их в прокуратуру. Обоих. И все выскажет прокурору в лицо!

Милиция тоже присматривала за моргом, зная о слухах, наводнивших город.

— Нет, не придут они за трупом матери. Коль живую бросили, так что о мертвых заботиться! Зряшная затея! — говорил начальник управления. И после этих слов от морга убрали сотрудников милиции. Сняли засаду.

На следующий день, когда в морг на вскрытие привезли очередного покойника, и машина, доставившая мертвеца, ушла в город, а Савва, взявшись за скальпель, приготовился к вскрытию, дверь морга распахнулась. На пороге стояли братья Быковы.

Савва хотел достать пистолет из пиджака, висевшего на вешалке, но его опередил Димка. И, направив наган в голову Саввы, коротко приказал:

— Не дергайся, падла!

— Ну что, соперник, встретились? — подошел Кешка. Савва неожиданно понял, что он безнадежно проиграл. Его застали врасплох. Но ждать, когда его пристрелят, как зверя, не хотелось.

Савва сделал шаг к пиджаку. И опять Димка опередил его. Ударил в висок то ли кулаком, то ли наганом.

Патологоанатом упал под стол, на каком собирался вскрывать покойного. В глазах потемнело. Скальпель валялся далеко в углу. До него не дотянуться. Да и что он в сравнении с наганом — детская игрушка… Савва хотел подтянуться за ножку стола. Ухватился обеими руками. Димка заметил.

— Куда прешь? — ткнул носком ботинка в лицо.

— Глянь жмуров! — сказал Кешке.

— Уже! Нет ее тут! — ответил тот.

— Слышь, ты! Нашу бабку к тебе привозили? — спросил один из братьев.

— Уже закопали ее! Три дня назад, — прохрипел Савва, решившись хоть так досадить Быковым.

— Опоздали! Ладно, сыщем!

— А ты не темнишь? — нагнулся Димка, заглянув под стол. Савва понял: сейчас нельзя спешить, торопливость может стоить жизни. Ждал, когда Быковы выйдут из морга.