Расправить крылья

Жажда измучила окончательно. Но позвать кого-то даже в голову не пришло. Донесут отцу, что мне еще не лучше, и будет скандал. Проходили, знаем.

Что-то в этот раз регенерация не торопится, и действует только верхняя часть тела. Даже пальцы на ногах не чувствую. Что за напасть! И ведь спрыгнула всего лишь со второго этажа! Но очень неудачно. Почему Даррен и с четвертого прыгает без проблем, а мне не повезло? Предметы у меня летают! Стихия воздуха проявилась, высоту люблю! Несправедливо!

Я ударила кулаком по кровати, но легче не стало. Сколько мне еще тут лежать? Со вчерашнего дня мучаюсь.

В дверь осторожно постучались, и я поспешила накрыть ноги одеялом. Сделаю вид, что чувствую себя прекрасно. Нотаций от любимого папочки совсем не хочется.

А вот и он сам. Мысленно застонала, а на лице изобразила радостную улыбку. Авось ничего не заметит.

Король, коим являлся любимый папуля, был высок и широкоплеч. Даже моя, в общем-то, немаленькая спальня, сразу показалась крошечной, когда в нее вошел Питер. А уж когда он руки раскинул…

— Почему моя любимая дочурка не запрыгивает на отца, как обычно?

Ах, да, забыла упомянуть, что он еще и умный.

— Я только проснулась, — бодро соврала и даже глазом не моргнула.

— Ничего, я подожду, — ехидно продолжил король, не опуская рук.

— Так ты здесь подожди, — я похлопала по кровати рядом с собой. Номер не прошел, и отец нахмурился. Началось.

— Альяна, я тебя к этой самой кровати привяжу когда-нибудь. Чтобы дурью не маялась!

У меня глаза на лоб полезли:

— Почему ты считаешь, что использовать стихию — это дурость?

Питер вышел из себя:

— Потому что ты наяна! И всего лишь наполовину метаморф! Кто знает, как у тебя проявятся магические способности?!

Я надулась:

— Даррен и Ронан тоже наполовину…

— Они — мужчины. И от матери-наяны Ронану не досталось ничего. Радуйся, что как у сестер, у тебя хоть какая-то магия есть, кроме родовой. Но это не повод издеваться над своей наянской природой. О чем ты думала, когда ты из окна прыгала?! Почему нельзя было со стола?

— Можно, — вздохнула я, — но не интересно. И с полом встречусь быстрее, нежели отзовется стихия.

— Альяна! Я запрещаю тебе впредь это делать!

Так, имею счастье лицезреть образ "Я грозный король и всех покараю". Похлопала длинными ресницами, как назло, актерские способности отказали напрочь, слеза никак не хотела скатываться. И отец это заметил.

— Не мучайся, Альяна, тебе меня не разжалобить. Впрочем, я по делу пришел, — тон тут же сменился на официальный, и я удивленно уставилась на родителя. Что-то новенькое.

Король присел на мою постель и, кажется, смутился. У меня глаза едва из орбит не вылезли. Ну-ка, ну-ка.

Похоже, отец собирал всю свою решимость. Однако долго раздумывать и тянуть было не в его правилах, поэтому он выпалил:

— Я решил выдать тебя замуж.

В этот момент, наконец-то, сработала родовая магия, регенерация завершила свое дело, и я подпрыгнула на кровати. У меня было так много всего, что хотелось сказать, но решила поступить по-другому. Наглядно продемонстрировать всю абсурдность его слов. Сунув руку под подушку, выудила немного помятый документ и помахала перед носом у любимого папочки.

— Не имеешь права! Закон о свободе наян, мой личный экземпляр!

У короля глаза на лоб полезли:

— Откуда он у тебя?

— В Гильдии выдали, — ехидно ответила я. — Перечитываю перед сном и наслаждаюсь.

— Альяна…

— Я не пойду замуж!

— Аль…

— Не пойду, я сказала! Это самое важное, что сделала мама перед твоей коронацией! И отменить ты его не можешь!

— Да успокойся уже! — раздраженно прикрикнул Питер. — Никто не собирается тебя принуждать, ты даже не спросила за кого.

— Я все равно против! И за кого же?

Отец улыбнулся:

— Другой разговор. Милая, ты же понимаешь, что особенная? Я не предлагал бы тебе кого-то недостойного.

Прищурилась:

— Пап, ты не перед народом выступаешь. Давай ближе к делу.

Он покачал головой:

— И в кого ты такая уродилась? Ах да, в бабушку.

Он даже по имени ее не назвал. До сих пор враждуют, даже несмотря на то, что помогли друг другу. Интересно, что же произошло много лет назад?

Отец замолчал, а я решила не мешать ему собираться с мыслями.

— За наследника Японии, — наконец, выдал он.

Вот это неожиданность!

— За Рэма? — обалдела я. — А что, младшая сестра Ронана его уже не интересует?

Питер фыркнул:

— Кому нужна наяна без способностей, когда есть принцесса соседнего королевства с полным набором талантов?

— Ух ты! — поразилась я. — Чувствую себя главным призом и племенной лошадью одновременно. Кого они в качестве наследников хотят — наян или метаморфиков? Или два в одном? Я, конечно, все понимаю, но это уже слишком!

— Аль…

— Папа! Меня бесконечно раздражает, когда все смотрят на меня, как на диковинку! И в качестве этой самой диковинки замуж не хочу! Тем более за Рэма, ну не нравится он мне!

— А кто нравится? — прищурился отец.

— Никто! Я вообще учиться собиралась, забыл?

— Помню, а как же! — вскинулся Питер. — Бедная Академия…

— Ничего не бедная! Я буду хорошо учиться!

— Верю, — хмыкнул король. — Значит, отказываешься? Альяна, поверь, я много от чего отказываюсь в жизни, только потому, что управляю этой страной. А ты — ее единственная незамужняя принцесса. Если бы ты любила кого-то — другой разговор, а так…