Чтение онлайн

— Понятно. Тогда еще один вопрос, мистер Борден. Расскажите в двух словах, что включал в себя ваш сеанс? Он послушно кивнул:

— С удовольствием, если это вам поможет. Вначале я прочел всем собравшимся, а было их, если не ошибаюсь, восемь человек, небольшую лекцию. Так сказать, в качестве общего ознакомления с предметом. Туда входили и указания, которые они должны были выполнить прежде, чем я погружу их в транс. Затем я продемонстрировал им два-три удачных случая гипноза и перешел к демонстрации группового внушения.

Я перебил его:

— То есть вы хотите сказать, что попытались одновременно подвергнуть гипнозу восемь человек? — Он кивнул, и я продолжал:

— А что, если бы они, все восемь, погрузились в транс одновременно?

— При таком количестве людей, мистер Логан, это просто невозможно. — Он улыбнулся. — Но тем не менее мне удалось погрузить в глубокий транс сразу троих. При этом я пользовался разработанным еще Эндрю Салтером методом, так называемой «обратной связью». Он состоит в том, что от объекта требуется описывать вслух все, что он испытывает, а потом его собственные ощущения внушаются ему же при повторной попытке. Вот и получается так называемая «обратная связь» или, иначе говоря, своеобразная ответная реакция. Тогда мне впервые пришло в голову, что это довольно-таки значительный шаг вперед. — Он уставился в пол. — Если не ошибаюсь, этими тремя и были сам мистер Уэзер, его жена и еще одна девушка, довольно хорошенькая… Вот черт, не запомнил ее имени…

— Айла Вейчек, — подсказал я.

— Точно. Во всяком случае, я привел всех троих в состояние мгновенного гипноза, затем разбудил их и далее уже занимался с каждым в отдельности. Сделал я это для того, чтобы остальные семеро присутствующих на сеансе смогли в полной мере оценить феномен транса.

— Одну минуту, прошу вас. А что вы имеете в виду, говоря «мгновенный гипноз»?

— О, это довольно обычное явление. Пока пациент погружен в глубокий транс, ему можно передать любое внушение. К примеру, он должен мгновенно уснуть, когда будет сделан какой-то определенный знак или произнесено определенное слово или даже целая фраза. Вот смотрите. Предположим, какой-то человек, назовем его А, подвергается внушению. Я говорю ему, что он должен погрузиться в глубокий сон, как только я Щелкну пальцами и скажу: «Усни!» Потом я привожу его в себя, через некоторое время щелкаю пальцами, говорю: «Усни!» — и пациент моментально погружается в сон.

Я покачал головой:

— Насколько я понял, вы утверждаете, что можете хоть сейчас отправиться к мистеру Уэзеру или Айле Вейчек и заставить их уснуть у всех на глазах?!

— Совсем нет. Я же сказал, мистер Логан, что, прежде чем уйти, я стер в их памяти все следы внушения. И не забывайте, пять человек не подвергались одновременному внушению. Пятеро, не считая меня, мистер Логан. И чтобы повторить все это снова, мне потребовалось бы получить их согласие.

— Угу, — пробормотал я. — Все-таки мне чертовски трудно переварить все эти ваши дела. Огромное вам спасибо за информацию, мистер Борден. Это, наверное, все, что я хотел узнать.

Я украдкой бросил взгляд на часы. Семнадцать минут десятого. Я с опаской покосился на Бордена — в голове у меня все еще не укладывалось, как это обыкновенный человек может обладать подобной властью над людьми?! Проклятый попугай тоже не давал мне покоя.

— Чем больше узнаешь о гипнозе, тем это интереснее, — хмыкнул я. — Кажется, достаточно щелкнуть пальцами, скомандовать «Спи! Усни!», и — ба-бах! — все спят!

— Ну, не все так просто, как кажется, мистер Логан. — Он весело расхохотался. — У нас есть свои секреты… — Он помялся, и я заметил, что он слегка нахмурился. — Ну вот, к примеру… — произнес он, но фраза как бы повисла в воздухе.

Я следил, как он выбрался из кресла и направился в угол комнаты. Отодвинув стол от стены, он вытащил массивный проигрыватель и еще какой-то непонятный, ни на что не похожий предмет. Это было нечто напоминающее картонный диск диаметром не более шести дюймов. В центре его красовалась черная клякса, в разные стороны от нее тянулись прихотливо изгибающиеся черные и белые полосы. Они доходили до внешнего края диска, причем я заметил, что в самом начале они были до того тонки, что больше напоминали пунктирные линии, а у самого конца расширялись иногда до полудюйма.

Борден включил проигрыватель и ткнул пальцем в диск:

— Существует множество способов заставить пациента погрузиться в транс, заставив его сконцентрировать внимание на каком-либо предмете — хрустальном шаре, обычной точке на стене, ярком или на чем-то блестящем. Но вот это кажется мне куда более эффективным. — Он еще раз щелкнул выключателем, и диск со слабым шуршанием стал вращаться, черно-белые линии змеились, сливаясь в одну причудливую спираль, которая против моей воли приковала к себе взгляд.

— И заметьте, — продолжая незаконченный разговор, охотно проговорил Борден, — есть какое-то колдовское очарование, какая-то завораживающая прелесть в этом вращающемся диске. Я обычно использую его для того, чтобы мой пациент легче сконцентрировал внимание, отвлекся от посторонних впечатлений. А если добавить негромкую приятную мелодию, то эффект еще более усилится.

Он повернул какую-то ручку, и из проигрывателя полились звуки незнакомой, но очень приятной мелодии. Странное чувство непонятной расслабленности вдруг постепенно овладело мной.

— Вы сами можете убедиться, как это помогает, — донесся до меня голос Бордена. — Ваш взгляд устремлен на диск, а спокойная мелодия вместе с моим голосом оказывает дополнительное успокаивающее воздействие. Постепенно вы расслабляетесь, расслабляетесь, вы полностью расслабляетесь…

На этот счет он не ошибся. Медленно вращающийся перед моими глазами черно-белый полосатый диск и завораживающая музыка вполне могли усыпить меня и без его бормотания. Но голос его шуршал и струился, словно песок между пальцами, и мне показалось, что я медленно плыву куда-то очень далеко. И вот его голос уже доносится до меня из этой дали, становясь как бы более низким и звучным.

Он продолжал:

— Ваши руки все тяжелее, и ваши ноги все тяжелее. Сквозь дрему я удивился, до чего же мощно звучит его голос.

И я действительно чувствовал это! Я чувствовал, как мои руки и ноги наливаются свинцом. Я бы мог… Дьявольщина, да что такое со мной происходит?! Словно просыпаясь от тяжелого сна, я быстро помотал головой из стороны в сторону, чтобы все винтики встали на место, оторвал руки от подлокотников и вскочил на ноги.

— Чертовски увлекательно! — хмыкнул я.

— Согласен, мистер Логан. — Он улыбнулся. — Теперь вы и сами убедились, что настоящий гипноз — это совсем не обязательно просто погружение в сон, как это считают многие.