Чтение онлайн

Он крикнул: «Ау?» Отрывистый звук напомнил ей именно это слово. Он был где-то за углом — на той узкой улочке, как надеялась Вайолет, а вовсе не по ту сторону забора. Подбежав к повороту, она окинула улицу взглядом. Почему-то тут стало намного темнее. Хоть солнце уже почти село, сумерки еще не должны были так сгуститься. Впрочем, Вайолет сумела разглядеть, что на улочке никого нет.

— Лоуренс! — вновь позвала она. — Скажи мне, где ты?

Ее голос эхом отразился от возвышавшихся с двух сторон от улочки заборов, сменившись столь густой тишиной, словно она и не говорила ничего. Что за детские игры затеял Лоуренс? Даже если он хотел устроить сюрприз, который, как он полагал, придется Вайолет по душе, ей не нравилось его поведение.

— Лоуренс! — Она кричала все громче. — Лоуренс!

Вайолет двинулась обратно по улице, высматривая другую дыру в заборе, хотя бы небольшую щелочку. Она все еще искала мужа, в отчаянии вслушиваясь в эту гнетущую тишину, когда дошла до поворота. Забор — без единого изъяна — тянулся сколько хватало взора. Наверное, он все-таки шел по краю скалы. В столь внезапно сгустившихся сумерках Вайолет обратила внимание на то, что тут не было уличных фонарей. Наверное, подумалось ей, те, кто построил это селение, не собирались транжирить электричество на незваных гостей. Впрочем, улица все еще хорошо просматривалась — пустые окна бунгало смотрелись в столь же темные фасады домов напротив. Запустение. Ни единой живой души. Вайолет как раз собиралась в очередной раз позвать Лоуренса, когда ее отвлек дорожный указатель. Плакат, раньше скрывавший первый слог указателя, отвалился, будто за ненадобностью, и слова на табличке почему-то вдруг показались женщине намного короче, чем раньше.

Плакат подхватило холодным ветром и бросило на сухие плиты мостовой к ее ногам. На этом объявлении хулиган не только закрасил мордочку пропавшего пса, но и нарисовал на ее месте карикатурное изображение человеческого лица — при этом рисовал он с таким нажимом, что плакат порвался. Можно было даже вообразить, что хулиган не нарисовал картинку, а напротив — обнажил личину, скрывавшуюся под мордой животного. Но почему она не могла разобрать слова, написанные под кличкой Ловца? Даже если возникла какая-то проблема с файлом при распечатке объявления и на бумаге вместо слов возникла череда каких-то непонятных символов, почему никто этого не заметил? Странно все это. Впрочем, этот плакат только отвлекал ее от поисков Лоуренса. Оставив объявление на мостовой, Вайолет позвала мужа и, оглянувшись, уловила какое-то движение.

Конечно, это был Лоуренс. Вайолет заметила движение у «шевроле», значит, он встретит ее там, а потом, наверное, отведет полюбоваться тем замечательным видом, который запомнился ему с детства. Ей показалось, что он манит ее рукой, — этот жест она могла проинтерпретировать только так. А потом он свернул в проход между двумя домами.

— Да погоди же ты! — крикнула Вайолет. — Куда ты так торопишься?

Вероятно, он опасался, что с заходом солнца изумительный вид в какой-то мере утратит свою красоту, и Вайолет поспешно последовала за мужем, чтобы не разочаровывать его. Но когда она дошла до улочки за домами, та оказалась пуста.

— Что за игры ты затеял, Лоуренс? Выходи, бога ради! — запыхавшись, позвала Вайолет, но дыхания не хватало и ее голос звучал слишком тихо.

Должно быть, он вернулся к той дыре в заборе — Вайолет показалось, что он свернул к домам, ссутулившись, точно готовясь проползти в проем. Но почему он не мог подождать ее на углу?

— Ну ладно, показывай…

Дойдя до поворота, она осеклась, точно утратив голос.

Она не видела не только Лоуренса. Дыры в заборе тут не было. При виде этого у Вайолет пересохло во рту, а мысли в голове точно замерли, лишив ее способности думать. Метнувшись к участку забора, где, как она была уверена, раньше зияла дыра, она оперлась о доски, чувствуя, как подгибаются ноги. Она надеялась, что доски поддадутся под нажимом, окажутся все такими же ветхими, она даже принялась колотить в них кулаками, но лишь ушибла руки — дерево было прочным, новым и ничуть не отличалось от остального забора. Ошеломленная, она даже подумала на мгновение, мог ли кто-то починить этот забор, пока она искала Лоуренса. Потом ей пришла в голову столь же неприятная мысль: должно быть, она что-то перепутала, и дыра находится на другом конце улицы. Наверное, это старческое. Мозг начал подводить ее. Но ничего, она справится, главное — найти Лоуренса. Может быть, поддерживать друг друга в такие моменты — это часть старения? Нет ничего постыдного в том, чтобы заблудиться и признать это. В конце концов, разве не Лоуренс виноват во всей этой ситуации? Неважно, вот она найдет его — тогда и подумает, насколько он провинился и сколько она будет на него за это дуться. Думая об этом, Вайолет заставила себя дойти до другого конца улицы. Но бессмысленно было отрицать очевидное. В заборе не было ни трещинки.

Пошатываясь, Вайолет вернулась к дорожному знаку на улице. Ветер теребил валявшийся на мостовой плакат, приподняв край листа с закрашенной мордочкой пса.

— Лоуренс! — крикнула Вайолет.

Она как раз подходила к машине, когда кто-то выглянул из-за соседнего дома, стоявшего рядом с давней тропинкой, — и спрятался. Женщина была уверена, что это Лоуренс, но как он мог себя так вести? Неужели он всего за один вечер впал в старческий маразм? Она снова и снова звала его, но ее голос постепенно слабел. Вайолет устремилась к тропинке.

Между домами было безлюдно, как и на узкой улочке за ними. Вайолет чуть не вскрикнула от разочарования — или чувство, охватившее ее, было другим? Она поспешно принялась оглядываться, словно отчаяние могло каким-то образом вернуть ей Лоуренса. В этот момент она заметила какое-то движение в окне, которое раньше мыла столь неприветливая женщина. Теперь окно закрывали плотные шторы, но Вайолет больше не к кому было обратиться. Пройдя по тропинке, она обогнула дом и подошла к входной двери.

— Есть кто? — не сдержалась она, едва нажав на кнопку звонка.

Вайолет не слышала ни звука — но вдруг за матовым стеклом двери возник какой-то силуэт. Очертания стоявшей там женщины казались искаженными из-за витиеватых узоров на стекле, на месте лица — бледное размытое пятно.

— Вы чего тут расшумелись? — едва слышно осведомилась женщина, не открывая дверь. — Да кем вы себя возомнили?!

— Никем я себя не возомнила! — отрезала Вайолет, но потом, спохватившись, решила, что так делу не поможешь. — Вы видели меня за вашим домом. Вы со мной говорили.

— Ну, считайте, вам повезло. Больше мне вам сказать нечего.

— Я ищу своего мужа.

— Тут вы его не найдете.

— Но вы ведь тоже его видели. — И тут в Вайолет вспыхнула искорка надежды. — Вы ведь следили за ним, верно? Вы не видели, куда он пошел?

— Далеко ему не уйти.

— Это верно, но он может заблудиться. — Эта мысль казалась Вайолет все более вероятной. — Я уверена, постороннему человеку тут легко заблудиться.

— Он недолго будет блуждать тут.

Вайолет и сама не знала, почему эти слова прозвучали зловеще. Наверное, так на нее влияла мысль о том, что она может потерять Лоуренса. Пустая улица, темная, как и дом внутри, искаженная стеклом фигура за дверью…

— Я могу воспользоваться вашим телефоном? — выдохнула Вайолет.

— Ни в коем случае.

Вайолет решила, что эти слова ей просто послышались. В конце концов, женщина за дверью говорила очень тихо.

— Мне нужно поговорить с мужем. У меня телефон сел.

— Они тут не приветствуются.

Вайолет так и не поняла, что же эта женщина имела в виду — телефоны, таких людей, как Лоуренс, или что-то большее.

— Просто помогите мне его найти! — взмолилась Вайолет. — И мы оставим вас в покое.