Чтение онлайн

Я человек вообще-то спокойный и уравновешенный, но тут мне отчаянно захотелось двинуть ему по наглой мордуленции так, чтоб он впредь обходил меня по кривой за несколько километров. Остановила меня только мысль о Михаиле, здорово от этого типа зависевшем. Приходилось терпеть его скабрезности с застывшей улыбочкой, больше похожей на оскал. Хорошо, что он меня не узнал, а то как потом мне с ним разговаривать в деловой обстановке? Конечно, краснеть я не буду, но тем не менее…

Внешне он был весьма даже ничего, высокий, мускулистый, уверенный в себе. Правда, этого последнего в нем было явно с избытком. Хотя, возможно, во мне говорила излишне эмансипированная девица, и мужчины в самом деле должны быть уверенными и даже настырными? Разве это не свойство настоящих мачо?

Хозяева постарались на славу. На открытых мангалах жарились шашлыки, на барбекю томились пряные ребрышки под маринадом. Под старой яблоней за заставленным спиртным и закусками столом сидели гости, периодически провозглашавшие заздравные тосты.

Было много незнакомых мне людей, на свое тридцатилетие Михаил пригласил целую уйму разного народа. С нашей стороны родственников было немного. Но это и понятно, почти все они жили в Сибири, ехать далеко.

Погода стояла замечательная, солнышко мягко грело, звучала приятная негромкая музыка, в общем, все было комильфо, то есть так, как и подобало в юбилей небедного бизнесмена. Виталий, правда, омрачал мне этот сказочный денек своим нахальством, и я уже начала изобретать способы, как от него отделаться, когда ко мне подбежала Ирина, жена Михаила. Она была бледна и непривычно взволнована. Дрожащим голосом сообщила, что у них ЧП. Из спальни пропали все ее драгоценности и деньги, которые они приготовили, чтоб поехать в круиз вокруг Европы. Причем из сейфа!

Особо раздумывать было нечего. Ясно, это сделал кто-то из своих. Во всяком случае, тот, кто хорошо знает расположение комнат в доме.

Виталий, стоявший рядом, важно добавил про код от сейфа, который, по его мнению, мог знать только самый близкий человек. И многозначительно посмотрел на меня. Пришлось сжать кулаки, чтобы не двинуть его по наглой физиономии. Стиснув зубы, просветила, что у Михаила сейф столетний, никакого кода не нужно. Достаточно стетоскоп иметь. Виталий с подозрением посмотрел на меня и потребовал сообщить, откуда я знаю такие подробности из жизни медвежатников.

Очень хотелось сказать ему «от верблюда», но я сдержалась. Не удостоив его ответом, спросила у Ирины, всех ли гостей она знает. Та призналась, что далеко не всех. Миша пригласил кучу своих деловых знакомых. Добрую половину гостей она вообще видит впервые в жизни.

Стало ясно, что без Михаила не обойтись. Ирина вытащила мужа из-за стола и увела в дом. Военный совет мы устроили в подвале, возле монитора с камерами слежения. Виталий притащился за мной, и никакие намеки на то, что это сугубо семейное дело, его не остановили. Пришлось совещаться при нем.

Михаил не мог понять, как это могло случиться, и несколько раз переспросил у жены, не путает ли она чего. Ирина разозлилась. Неужели ее сверхмудрый муженек думает, что она стала бы поднимать такую бучу на пустом месте?

Виталий с интересом рассматривал людей, мелькающих перед камерами слежения. С привычным апломбом постановил, что выяснить, кто вор, трудностей не представляет. Достаточно прокрутить пленку назад и посмотреть, кто входил в спальню.

Михаил с явным неодобрением отринул эту ересь, заявив, что внутри дома камер нет. Зачем они? За самими собой следить?

Виталий немного подрастерял свою самоуверенность и признал, что задача усложняется. Может, вызвать полицию?

Михаил отказался. Чтобы испортить людям праздник? Да пусть уж лучше деньги пропадут!

Виталий чуть было не почесал в затылке, но вовремя сообразил, что это выглядело бы уж очень по-плебейски.

Михаил с Ириной вопросительно посмотрели на меня. Виталий тоже, но с недоумением. Похоже, его голову впервые посетила мысль, что я не такой уж пустозвонный мотылек, каким показалась ему поначалу.

Я предложила посмотреть, кто входил в дом. Только на ускоренной перемотке, а то нам до утра здесь сидеть придется. Перед нами мелькали входившие и выходившие люди, но ничего интересного не замечалось. Пока в дом не зашла высокая женщина с пышной прической.

Я попросила прокрутить этот фрагмент еще раз и помедленнее. Михаил запустил запись снова, уже в замедленном темпе. Мне тут же все стало ясно.

– Ничего не замечаете?

Троица переглянулась и дружно заявила:

– Нет!

Я подсказала:

– У нее волосатые ноги!

– И что?

– Разве вам это ничего не говорит?

Первым догадался Виталий.

– Это мужчина!

Я посмотрела на него с некоторым уважением.

– Конечно. Отсюда и некоторая корявость в движениях. И заметили, какое на ней, или, вернее, на нем, широкое платье? Все, что угодно, можно пронести. К тому же стетоскоп у тебя, Ирина, есть в аптечке. Если этот тип бывал в доме, он мог знать и такую мелочь. Вообще, мне кажется, поначалу он и не думал ничего брать. Возможно, этот маскарад задумывался как шутка. А потом уж как масть легла. Вспоминайте, кто из ваших знакомых или родственников мог пойти на такое?

Ирина с Михаилом призадумались. Виталий тоже, но по другому поводу. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел.

Ирина с Михаилом в один голос заявили, что никого не подозревают, и тогда я попросила увеличить картинку.

Псевдодамочка явно знала о наличии камер и старательно поворачивалась к ним боком. За распущенными волосами лица было не разглядеть. Но все же один раз она прокололась: порыв ветра разметал волосы. Лицо промелькнуло на мгновенье, но Михаил тем не менее успел нажал на кнопку «стоп».

Разглядывая немного размытую картинку, Ирина задумчиво признала, что кого-то он ей напоминает. Только вот кого? Подойдя к монитору, я закрыла ладонями длинные пряди и попросила ее представить это лицо с короткими волосами. Разве она не видит, какой приметный нос? Эта легкая горбинка ни о чем не говорит?

Ирина прижала ладони к загоревшимся щекам и признала, что это Санька, ее племянник! Но раньше за ним ничего подобного не замечалось.

Я пожала плечами. Ну, в жизни все когда-нибудь бывает впервые. Потребовала от Михаила, чтоб он позвонил этому Саньке. И не спрашивал, брал тот деньги или нет, а сразу обвинял.