Чтение онлайн

— Есть, Иванушка, один есть! — заорал на радостях Петров. — Только б не сошёл!

— Где, где?! — у внука глаз, конечно, молодой, острый, но пока ещё не намётан.

— Да вон, вон, гляди — ныряет!

— Вижу! — внук от волнения безудержно хохочет, бывает и такая реакция. — Греби скорей!

— И так гребу. Не беспокойся, если хорошо сел, никуда не денется. А если плохо, то от нас не зависит…

А всё же гребёт Петров энергичней, чем давеча, давненько, небось, не было у него настоящей удачи. Гребёт, по ходу инструктируя внука, как обращаться с подсаком. Ему б, конечно, сподручней всё проделать самому, но даже в момент сильного волнения он понимает, что внуку более всего сейчас хочется полноценно участвовать. В этом же весь смысл, в конце концов.

И после непродолжительной борьбы зеркальный красавец сдаётся. Снасть не подвела, дед с внуком не оплошали. Хотя внук при этом так хохотал на нервной почве, что чуть из лодки не вывалился вместе с подсаком и рыбой. Впрочем, красавец не особо велик, Петров на глаз прикинул — килограмма три. Потом на берегу взвесили — так и есть. Не забыл глаз-то, хотя уже года два настоящей добычи не видал.

— Иванушка, даже если больше ничего не поймаем, расстраиваться не будем, ага?

— Ага, — немногословен у деда внук. Не в него пошёл. Хотя повседневное влияние всё же сказывается иногда.

— Рыбный пирог уже обеспечен, ага?

— Ага. Давай, звони бабе, чтобы тесто покупала.

— Точно. Щас…

Великое всё же изобретение — сотовый телефон. Как мы без него ещё недавно жили?

— Одного взяли, баба Ирина. Три кило. Так что рано не ждите нас — будем до позднего вечера промышлять. Вдруг повезёт ещё… Ну да, тесто… Привет от Иванушки. Пока…

А потом, поместив карпа в мешок и притопив среди зарослей ивняка, они наскоро, не ощущая вкуса, поедали взятые из дома припасы, а сами до боли в глазах всё вглядывались вдаль, пытаясь различить среди бликующих волн нечто такое, отчего бы, как давеча, прыгнуло в груди сердце да и зависло в невесомости. Но ничего с полной определённостью на таком расстоянии различить было невозможно.

— Дед, отчего ты не купишь бинокль?

— Так нет в нём, Иванушка, особой нужды. А купишь — да утопишь. Или украдут. Жалко будет. Он же дорогой.

— Я папе скажу, может, вы с ним сложитесь.

— Да не, зачем ему-то.

— С балкона будет смотреть. На окрестности. А ночью — на звёзды.

— Нужны ему звёзды…

— Ну, что ты, звёзды всем нужны!

— Да? Ты впрямь так считаешь?

— Конечно.

— Тогда… Тогда, Иванушка, я с ближайшей получки вам с папой бинокль подарю. И ты будешь брать его на рыбалку.

— Точно?

— Слово джентльмена…

Во второй раз они привезли аж четыре рыбины! Да две ушли, поломав крючки-двойники. Их, по идее, желательно бы каждый год менять — они, постоянно воткнутые в пенопласт, очень быстро ржавеют и теряют первоначальную прочность. Так что готовиться к рыбалке всё-таки желательно получше. Все четыре экземпляра явно превосходили предыдущий. Правда, зеркальных на сей раз не попалось. Одного даже взвесить не смогли — шестикилограммовый динамометр зашкалил. Решили, что где-то — семь с половиной. Или восемь. Пришлось ещё раз бабушке звонить — пусть тоже обрадуется.

В третий раз привезли одного. Тоже хорошего. Да один оборвал леску — это уж Петров оплошал. И на старуху бывает проруха. А потом, слегка передохнув, поплыли собирать снасти, надеясь ещё что-нибудь выловить напоследок. И дед уже оставил на берегу маленькую подушечку, на которой сидел. Потому что она, выскользнув из-под него, давно промокла. В лодке ведь всегда есть немного воды.

И действительно, поймали напоследок ещё карпа. В итоге вышло семь штук, а по весу — больше двух пудов, пожалуй. Едва разогнулся Петров, кряхтя вылезая на берег и радуясь, что всё так удачно вышло и, наконец, закончилось. Только теперь он почувствовал, как натрудил с непривычки спину, поясницу и руки. Пожалуй, несколько дней тело будет болеть, как избитое. Иванушка маловато ему помог — грести, тем более на резиновой посудине — дело весьма непростое. Довольно долго тренироваться надо. А зато — вот уж чудо, так чудо — почти совсем исчезла боль, которая терзала уже не один месяц, порождая самые чёрные мысли. Неужели ещё удастся какое-то время по-человечески пожить, радуясь разным приятным мелочам? Тьфу, тьфу, тьфу!..

Помыли лодку, подсушили её слегка — августовское солнце стремительно катилось к закату и уже плохо грело — погрузились, тяжеленный мешок с рыбой Петров кое-как завалил в специально взятую для этого пластиковую ванну. Чтоб в машине не напачкать. И — домой. Предварительно, само собой, по мобильнику предуведомив: готовьтесь-де. Работа предстоит нешуточная.

А едва вырулили на тракт, внук, вероятно, уже давно мучимый существенным, как ни крути, вопросом, поинтересовался-таки:

— Дед, а ты сколько мне рыбы дашь?

— Как сколько? — дед недоумённо пожал плечами, мол, какие могут быть сомнения. — Мы ж с тобой, Иванушка, артельщики, стало быть, всё — поровну.

— Да?! — явно обрадовался самый верный дедов напарник.

— Конечно. А ты разве иначе думал?

— Нет, но… Нет.

И после непродолжительной паузы:

— Дед, а сколько мы с тобой сегодня заработали, если — в деньгах?

— Ну, в магазинах свежий карп нынче по… В общем, поболе двух тыщ, пожалуй…

— Так погнали завтра снова, дед! Наловим, продадим — «штуку» тебе, «штуку» мне. Плохо, что ли?

— Хм-м-м… Не плохо, конечно. Да только торговать — это, Ваня, совсем отдельная работа. Не так оно просто. А кроме того, видишь ли, я всю жизнь рыбалкой увлекаюсь, однако подобных удач на моём веку было не шибко много. Я их все до одной помню, между прочим. Со всеми подробностями.

— Значит, это мне так повезло?

— И мне, внучек. Мне даже больше. Знаешь, как я рад, что всё-таки успел показать тебе настоящую рыбалку. Уж не надеялся. И ты теперь убедился, что твой дед тоже — пацан реальный. И когда-нибудь ты скажешь своемувнуку: «А таких рыб, каких мы с моимдедом ловили, я больше никогда в жизни не ловил!»

— Почему?

— По кочану!.. Пошутил я, Иванушка, всё у тебя ещё впереди. Всё…

Когда подъезжали к дому, внук снова поинтересовался:

— Так как — завтра?

— Никак. Я сегодня свой ресурс выработал дня на три вперёд. Так что уж — потерпеть придётся.

— А может — всё-таки?

— Ванька, ты хочешь, чтоб я прямо на рыбалке помер?!

— Ну, тогда через три дня обязательно.

— Обязательно. Если погода позволит…

Погода позволила. И ещё несколько раз позволяла, хотя столько рыбы больше ни разу не удалось наловить. Зато один экземпляр аж на девять с половиной килограммов потянул. Его Иванушкин отец прямо в ванне часа полтора разделывал. Кровищи — как от поросёнка было.