Рассказы
Шрифт:
А яблоки…
Там вообще хохма. Дядя Миша этих яблочек отведал…
Теперь его жена из дома выгнала за шашни с соседкой, соседка с ним не разговаривает, потому что он с продавщицей из ликеро-водочного закрутил, а продавщица его послала после того, как он в ее подсобке покупательницу…
А вчера утром ко мне двое пришли.
Близнецы: два метра ростом, лысые и глаза у них такие "добрые-добрые".
Смотрят на меня, доброту излучая, и ласково так говорят:
— Ты, братан, не боись. Мы к тебе завтра пять оленей приведем. Они у тебя поживут с пару дней, потом мультик посмотрят с тобой и мы с ними уйдем.
Я сначала не понял. Какие олени? У меня в квартире олени?
— Ага, — говорят, — у тебя. Мультик надо один посмотреть. Мы за него в центральное телевидение столько денег зарядили, что обратной дороги у нас нет.
Какой мультик, спрашиваю. А сам уже нервничать начинаю.
— Да ты не переживай так сильно, — советуют мне.
И успокоительное показывают. Калибра шесть и семь десятых.
Я сразу успокоился.
А они объясняют:
— Мультик про оленя. Он копытом бьет и золото сыпется.
Погодите, говорю, да там же вроде лань была.
— Правильно. В мультике лань и золото. А у нас олени и рубли. Если получится, мы к тебе косулю из США привезем. На повтор мультика. Чтоб и валюту твердую давало.
Теперь сижу на диване, смотрю, как олени меланхолично герань доедают, пока их хозяева с моей южно-американкой пытаются объясниться и думаю: а если завтра такие вот уроды с обезьянкой ко мне пожалуют? На мультфильм про Кинг-Конга?
И что самое обидное, ни одного мультфильма про Илью Муромца.
Чубарьян Александр , 2002
Свидетельство о публикации № 2201150016
Плагиат
Я его, наверное, сто лет не видел, а он совсем не зменился со времени нашей последней встречи. Тот же самый ежик волос на голове, небольшая щетина двух или трех дней отроду придавала ему некий шарм так же, как и в те давние времена, когда мы с ним виделись почти каждый день. Даже светлозеленый свитер, который сейчас был на нем, я видел и раньше.
Мы крепко обнялись, затем чуть отступили в разные стороны и посмотрели друг на друга.
— Ну как ты, Митя? — первым спросил я и Митя довольно улыбнулся.
— Нормально. Сейчас уже все хорошо. Вот, переехал сюда. — он кивнул на пятиэтажное здание, видневшееся из-за деревьев парка.
— Молодец! — обрадовался я. — Митя, я же тут рядом, мой дом с твоим по соседству. Вон, видишь? Второй этаж, квартира семь. Так что, мы соседи.
— Я так и понял. Как тебя увидел, сразу понял, что мы опять вместе будем.
Митя присел на лавочку, я последовал его примеру.
— А ты давно здесь живешь? — спросил меня Митя.
— Уже три года. Здесь очень хорошо. Свежий воздух, поблизости никаких заводов, трасса далеко, вобщем, тишина и покой… И люди здесь добрые, отзывчивые…
— Знаю. — Митя не переставал улыбаться. — Володя Жмыхин рассказывал, он же здесь раньше жил…
— Володя?! Да ты что?! Когда ты его видел? — удивился я.
— Да вот, пару недель назад. Он сейчас возле Малых Сопок обитает.
— И как он?
— О-о-о-о… — протянул уважительно Митя. — Вовка теперь большой человек у нас. К нему просто так не подойдешь. Генерал.
— Генерал? — поразился я. — Как же это он…
— Да, генерал. — Митя сказал это с такой гордостью, будто он сам, а не наш общий старый товарищ стал генералом. — Суров, правда. К нему просто так не попадешь, допуск специальный нужен. Жмых у нас Суворов и Наполеон в одном
лице.
— Ну дает! — я искренне порадовался за Жмыха и тут же спросил. — А Петьку не видел, случайно?
— Видел Петьку. Тоже недели две назад. У Петьки неприятности большие.
Я нахмурился:
— Что такое?
— Он мафии нашенской дорогу перешел. Ищут его. Выслеживают. Он сам зашуганый постоянно, на любой шорох оборачивается…
— Да что же он натворил такого?
— Не говорит он. Боится, что всех свидетелей могут тоже убрать. Я думаю, там что-то серьезное… Жмых обещал помочь, не знаю, получится ли…
Я вздохнул. Петька постоянно куда-то влезал и что-то раскапывал. Дотошный мужик он по натуре, любопытный.
Чрезмерно любопытный.
И ведь роет всё там, где за любое неосторожное слово голову откручивают: мафия, правительство, спецслужбы.
— Леха вот куда-то пропал, ни слуху, ни духу… — начал было Митя и осекся, видимо, из-за моего помрачневшего лица.
— Это ты верно сказал, ни духу. Умер Леха. Погиб.
— Как так?! — выдохнул Митя.
Я сделал скорбное выражение лица, отвернулся в сторону и тихо сказал:
— А вот так. Стал на подоконник и… Пятый этаж, внизу асфальт.
Говоря эти слова, я вспомнил этот случай и чуть вздрогнул.
— Даааа… Леха всегда летать хотел. — фраза у Митьки получилась какая-то неловкая и мы замолчали; то ли поминая покойного, то ли не зная, что еще сказать.
— Ну а сам-то ты как, Женька, а? — нарушил молчание Митя.
— Да все так же. Потихоньку, помаленьку… Вот, в писатели кинулся.
— В писатели?
— Ага. Роман пишу. Точнее, уже дописал, сейчас издал пробную партию. Под псевдонимом. Все-таки страшно немного — вдруг не понравится читателю?