Рассказы
Шрифт:
– Никто меня не пугал, - пробурчал сын.
– Ну, и ладно, не говори. А кончишь школу – приходи к нам. Работы всем хватит.
– Я после школы на юридический пойду, - сообщил вдруг сын.
– Вот это дело! – одобрил хозяин кабинета.
– Тогда после института прямо к нам! Идет?
– Посмотрим… - первый раз улыбнулся сын.
Распрощавшись так мило, что мне даже не пришлось поиграть мускулатурой, мы с очевидным облегчением покинули настороженное недоверчивое учреждение.
– Ну что, зайдем чайку попьем? Есть время? – поинтересовался я.
– Есть, - ответил немногословный сын.
Мы поднялись на второй этаж дорогого, еще пустого ресторана, вошли в зал и образовали композицию: в центре сюжета – наше интервью с администратором, на втором плане – столики, круглый спор официантов, глубже – балконная дверь, за ней – линялый ситец небес.
Сговорились на два чая с лимоном и кусок торта.
– Да, Леха, история весьма и весьма поучительная. Хорошо то, что хорошо кончается. А ведь могли подставить по полной программе, - развалившись на диване, приступил я к отцовским комментариям.
– Ведь сколько раз я тебя учил: «Ничего не бойся, но ухо держи востро!» Говорил? Говорил! А ты что?
– Я видел вчера ваши фотографии со свадьбы. Пап, почему вы с мамой разошлись? – неожиданно спросил сын.
– Потому что я плохой, а твоя мама хорошая, - не задумываясь, ответил я.
– Это не ответ.
«Прокурором будет…» - подумал я, глядя в его строгие глаза.
– Так бывает в жизни, сынок, - устало ответил я, - так бывает…
– Это не ответ!
– Это ответ. Считай, что я во всем виноват.
– Нет, пап, это, все-таки, не ответ. Ты же знаешь, что она тебя ждет.
– Кто ждет?! Кого?!
– Мама. Тебя.
– Леха, ну что ты, ей-богу!.. – поперхнулся я, почуяв, что мой похотливый мир в большой опасности.
– Не можем мы уже с мамой жить вместе! Как ты этого не понимаешь!
– Почему? Ты ее больше не любишь?
– Леша, сынок, ну что ты такое говоришь!.. Конечно, люблю! И тебя люблю, и маму, ты же знаешь!
– Тогда приходи к нам жить. Хотя бы на неделю! Придешь?
«Нет, ну точно, прокурором будет…» - подумал я, поникнув головой.
…Снова мост, снова река.
Кит-теплоход, что блудным островом, белой кувшинкой, звонкой скорлупой, пленной сиреной, умной щепкой плывет наперекор течениям – для кого и зачем твое усердие? Тут одно из двух: либо встать на вечный прикол, либо распустить паруса. Либо сидеть на диете, либо на горшке. Вот такая здесь диагональ диагноза. Все прочее – всего лишь отклонение слова «сын» от его первоначального значения, этакая лихорадочная аберрация смысла под тяжестью и жаром улик.
А что вы на меня так смотрите? Вы лучше посмотрите на меня, когда я спешу по улице – разве я не похож на вас, разве я не такой же, как все?
Примечания
(*) – «Торги», Жермен Нуво, перевод автора
(**) – «Май», Виктор Гюго, перевод автора