Чтение онлайн

А он всё трындел и трындел, какой у него классный театр, какие у него талантливые инвалиды («…и не инвалиды!» — подчёркивал он), и говорил, как мне будет классно тут играть, и какая классная роль, и всё такое. Я всё ждал-ждал, когда же он, наконец, разродится более доступной информацией, но он всё никак.

И тут он подошёл к кульминации…

— У нас, — говорит, — есть две ростовые куклы: солдат и проститутка…

Я думаю: если мне придётся играть проститутку…

— Вот они, — показывает.

В углу стоят две страшненькие ростовые (то есть в рост человека) куклы из папье-маше. У солдата с дебилическим выражением лица двигаются три части: нога, рука и челюсть. Причём управлять солдатом нужно вдвоём: один дёргает руку и ногу, другой — говорит и дёргает челюсть. И тут я понимаю сакральный смысл всего этого.

— Так вот, — говорит этот инвалид, — вот твоя роль, прекрасная, шикарная роль, интереснейшая: ты будешь управлять конечностями солдата!!! Это важнейшая роль в спектакле!!! Ты прославишься!!!..

Я смотрю на Шпила с выражением: «Щас выйдем, всё тебе скажу…» Шпил на меня смотрит извинительно, мол, я ж ничего не знал. Я, сдерживая себя, вежливо отказываюсь, и покидаю это злачное место под увещевания режиссёра, какая же это шикарная роль. Шпил догоняет меня и начинает клятвенно заверять, что он ничего не был в курсе. Я зол.

Только потом я осознал, как это весело: мне предлагали РОЛЬ КОНЕЧНОСТИ КАРТОННОГО СОЛДАТА!!! Звёздная роль…

Байку рассказывал физик, а по хобби — страйкбольщик Snipe из Москвы. Так как я не физик, я вряд ли перескажу её точно, потому как не умею так фигурировать терминами, но постараюсь.

В одном исследовательском институте велись исследования, связанные с управляемой ядерной реакцией, то есть очень полезные и нужные. Денег, как всегда, выделили в обрез. А опыт состоял в том, что смесь дейтерия с тритием (кажется, так) бомбардировали какими-то тяжёлыми ионами и облучали лазерами. На лазеры и бомбардировщики денег хватило: сделали всё красиво, 21 лазер, установка, а потом, по русской традиции, стали считать, сколько же нужно дейтерия и трития. И выяснили, что для того, чтобы после первого же опыта лабораторию не смело с лица земли, нужно, чтобы объём смеси для одного опыта умещался в шарообразную ёмкость диаметром 0,1 мм (одна десятая миллиметра).

А денег нет. Совсем. А нужно несколько десятков ёмкостей по 0,1 мм в диаметре, заполненных дейтерием и тритием. Смесь — в большом баллоне. Где взять такие ёмкости и как их наполнять — это науке неизвестно.

Но русская смекалка не знает границ.

Физики отправляются в цех оптического завода, где шлифуют линзы — первоначально, грубо. От линз летит стеклянная стружка, мелкая, как пыль, как раз примерно по 0,1 мм. Они нагребают ведро этой стружки-пыли и двигают во второй цех, где идёт горячая обработка стекла под струёй чего-то так расплавленного, или воздуха раскалённого — я уж не помню. Короче, они берут это ведро и выплёскивают под эту самую струю. В полёте под воздействием температуры из каждой пылинки образуется пузырик. В виду размеров, пока он отлетает прочь, он полностью остывает и затвердевает. Физики подметают пол и получают ВЕДРО полых шариков по 0,1 примерно миллиметров в диаметре.

Но тут возникает новая дилемма. Нужно же как-то закачать туда дейтерий с тритием. А денег нет.

Но русская смекалка, повторяю, не знает границ. Они засыпают эти шарики в баллон, и туда же под давлением закачивают требуемую смесь. И оставляют на неделю. И под действием диффузии за неделю смесь проникает в шарики!

Впоследствии, когда всю эту методику демонстрировали иностранцам, те шизели. У них за границей, чтобы получить подобные объекты для эксперимента, существуют сложные и дорогие технологии, приборы, и получается 2–3 десятка шариков по бешенной цене за штуку. А наши за час работы получают ВЕДРО абсолютно бесплатных ёмкостей.

Русский дух жжёт!

Есть такой замечательный человек и пароход, то есть, тьфу ты, человек и музыкант, и актёр, и всё-всё-всё — Алексей «Крыс» Ширяев. Ныне он обитает в Минске, а раньше жил в Сибири. Горный Алтай там, Новосибирск, Норильск — где только не был.

Ко всему прочему, Крыс — это неистощимый источник баек. На самые разные темы, и все интересные. Конечно, многие из них переложить на бумагу совсем никак нельзя, потому что это надо слышать и видеть, как он это дело демонстрирует. Но некоторые в вольном переложении со слов Крыса я решился превратить в что-то читаемое, — да простит меня Крыс.

Есть такое милое растение — маралий корень. Маленькое, на мать-и-мачеху похожее. Лечебное. Входит в состав разных там лекарственных комплексов. По 0,1 % максимум, то есть две капли на ведро в составчике. Отлично помогает от усталости, снимает тяжесть в ногах и в руках, придаёт энергии. А в большей дозе — это офигенный афродизиак. То есть нажрался корня — и прямо сейчас всё напрягается, и бурно хочется, что мужчине, что женщине.

Он-то и называется маральим корнем, потому что маралы, когда у них гон, жрут его, чтобы размножаться.

Ну и как-то Крыс с компанией обитали у какого-то деда, толпой из 8 человек, в деревне Кедровка. Дед то ли приколоться решил, то ли компания ему не понравилась, но он им в чай чисто маральего корня подсыпал. А чай с этой штукой приобретает чернильно-кокакольный чёрный оттенок. Ну, дед пояснил, мол, с травками там разными, полезно для здоровья.

Крыс рассказывает: сидим, мы, значит, за столом, 8 мужиков, то ли в карты играем, то ли просто болтаем, а стол ПРИПОДНИМАЕТСЯ. Уж не помню, как сбежал, говорит Крыс.

Это была призказка, а теперь сказка.

Есть у Крыса такой товарищ — Хруст. По образованию — театрал, звукач, кажется, не уверен. Ныне в Москве обитает. А в бытность свою на Алтае сопровождал пару раз геологические экспедиции.

И вот как-то движется по Горному Алтаю маленький отрядец в составе: Хруст, аспирант и 3 студента. И тут аспирант кидается на землю и начинает эту землю руками бурно рыть. Чё такое? — спрашивают студенты. Это же маралий корень! — ревёт аспирант. — Это ого-го! Это вау! Редчайшее растение! Потенцию до небес поднимает!