Чтение онлайн

Часть 2

***

Белла

Близилось Рождество. За два дня до его наступления Эдвард позвонил.

– Привет, красавица!

– Привет, подлиза!

– Я говорю чистую правду. И у меня к тебе предложение.

– Какое?

– Некий одинокий мужчина срочно нуждается в помощи.

– И что же именно требуется бедному мужчине? – спросила я, заинтригованная предложением. Сердце забилось чуть быстрее в неясном предчувствии.

– Ему необходим доброволец, который согласится составить компанию по приведению холостяцкой берлоги в божеский вид перед Рождеством. А конкретно: имеется живая ель и целая коробища игрушек. Что скажешь?

– Не имею права бросить беспомощного человека на произвол судьбы.

В трубке раздался смех, и я уточнила:

– Поэтому как только сегодня освобожусь после смены, сразу же подъеду.

– О, моя спасительница! Но только осторожнее: гололед.

– Но почему ты об этом не позаботился заранее, как все нормальные люди? – Я не спешила положить трубку, потому что хотела продлить удовольствие, которое испытывала, слушая приятный голос.

– А кто тебе сказал, что я нормальный? – Эдвард продолжал веселиться.

– Так ты сумасшедший, значит?

– Нет, еще хуже: я болен.

А сейчас он был абсолютно серьезен.

– И чем же?

Последовавшая пауза заставила предположить самое ужасное – я сжала сотовый внезапно повлажневшей ладонью.

– Я бы спросил иначе: кем? Тобой, Белла.

***

До конца смены я летала из номера в номер, словно на крыльях, – вскоре все поверхности сияли и блестели, как никогда. В голове крутились слова «болен тобой, Белла». Боже!

Пытаясь сохранять трезвость в мыслях, села в машину. Следуя указаниям навигатора и подробнейшим объяснениям Эдварда, довольно скоро нашла его жилище. Оригинальное архитектурное сооружение, словно являющееся частью самой природы, настолько гармонично оно вписывалось в участок леса. Хозяин этого чуда поджидал меня на ступеньках, когда пикап подъезжал к трехэтажному коттеджу. Не мешкая, он спустился к машине, открыл дверцу и помог выйти. Я дала ему свою руку и не выпускала ее из твердой уверенной ладони, пока он вел меня по лестнице. В просторном холле Эдвард снял с меня пальто, убрав его во встроенный шкаф, а сам остался в куртке. Пребывая в эйфории от недавнего признания по телефону и от близости мужчины, не сразу заметила виноватое выражение его лица.

– А ты чего не раздеваешься?

Эдвард куда-то собрался?

– Белла, прости меня! Но ты только не уходи!

– Что случилось?

– Мне позарез нужно сейчас отъехать: забыл в офисе папку с важными документами. Но не волнуйся – я быстро. Совершенно случайно там оказалась моя секретарша. Она захватит бумаги, ей всё равно по пути в мою сторону. Я уже договорился: мы с ней пересечемся по дороге в Сиэтл. И я сразу вернусь, три часа самое большее.

У него был такой несчастный вид, что я поспешила его успокоить.

– Конечно, поезжай. Я справлюсь – сделаю всё, что в моих силах. Ты приедешь, а елка наряжена. Кстати, где она, не подскажешь? Чтобы не тратить время на поиски, – я постаралась казаться беззаботной.

– Она в гостиной, игрушки в коробке рядом, – он махнул рукой в направлении огромной комнаты. – Ты только не обижайся и никуда не уходи. И вообще – чувствуй себя как дома. Вернусь – устрою тебе экскурсию. В общем, я – одна нога здесь, другая – там!

– Тогда почему ты всё еще стоишь?

– Всё. Бегу! Только не уходи, слышишь!

Эдвард взял меня за обе ладони, поднес их губам, целуя каждую по очереди. Захотелось прижать его к себе сильно-сильно и никуда не отпускать. Вместо этого я улыбнулась и тихо промолвила:

– Буду очень ждать…

***

Эдвард уехал, а я немного осмотрелась. Свет. Много света. Приятные глазу бежевые тона. И ничего лишнего. В гостиной также – высокие потолки, теплые оттенки в обоях и текстиле, камин с дровами, традиционный широкий диван с множеством подушек и низкий столик перед ним.

Елочка оказалась средних размеров, густая и пушистая, – даже без украшений деревце выглядело восхитительно. Я принялась за дело. Раскрыла вместительную коробку – игрушки, обернутые мягкой бумагой, заполняли ее доверху. Вначале увлеклась разглядыванием явно семейных реликвий – многие игрушки были старинными, но при этом отлично сохранились. Какие-то подвески смастерили детские ручки. Я представила Эдварда маленьким мальчиком: как замирало его сердечко, когда он спускался по лестнице ранним рождественским утром, чтобы проверить содержимое носков, развешанных над камином.

Стеклянные шары, пряничные домики, блестящая мишура… Следуя за собственной фантазией, я увидела другую картинку: в доме пахнет свежей выпечкой, ванилью и горячим шоколадом. Мы с Эдвардом, улыбающиеся, сидим на диване, а между нами – довольный малыш в пижамке с мишками...

Я подскочила от оглушительного звонка. Вернее, мне он показался чересчур громким. И чуть не разбила белого ангела с золотыми крыльями, которого собиралась повесить на ветку.