Чтение онлайн

Конец моральной экзекуции положил Лебедь, высунувшийся из-за мешочного бруствера и доложивший, что наверху все в полном порядке и не хрен орать. После этого «отмычки» и оператор отправились отдыхать, а нам с Большим пришло время обстоятельно поговорить.

Вообще-то и внешность нашего последователя легендарной Анки из «Чапаева», и манеры не давали даже намека на его немалый интеллект. Но под массивными, нависшими бровями и мощным, покатым лбом скрывалась звериная интуиция и острый аналитический ум. И не думаю, что разговор нам предстоит о построении утреннего маршрута.

Так оно и оказалось. Разговор пошел о наших подопечных. Большой присел за двумя бетонными блоками на старое сиденье от «Беларуси», поставив «Печенег» рядом, выудил из кармана «разгрузки» полиэтиленовый мешочек с жареными семечками и, повернувшись лицом к своему сектору, начал выкладывать свои сомнения и наблюдения:

— Я им не доверяю. Конечно, сомневаться в Сдобном варианта нет. Но что-то тут не то. Чую, что пытаются нас в чем-то наколоть. Но не могу понять в чем.

— Что именно тебе не нравится? От нашей прогулки вроде ничем типа подставы не попахивает. Ну, обратил я внимание на то, что слишком профессионально Леха работает с оружием. Странного-то в этом нет ничего. Говорит, что служил в разведке, обращаться должен уметь.

— Это как раз не настораживает. Ты ж не видел, как его напарница работает. Пусть и «еврейка» У нее модернизированная, облегченная и все такое. Она же даже не вспотела, когда эти зверюги на нас накинулись, и ей тоже отстреливаться пришлось. А стреляла-то до чего красиво. Без задержек, навскидку, шила, как хорошая швея в «Зималетто»… По три выстрела. И все в голову. А потом уже — вокруг, типа кучно легло.

— Ну, ты загнул, Большой. А блевала она как, на пару с оператором своим? Да и не сказать, чтобы она всю дорогу спокойная была. Может, ты чего-то зря так мандражируешь?

Большой сплюнул, убрал на четверть пустой пакет обратно в карман и, вздохнув, ответил:

— Да правильно ты все заметил. Вот только не подумал, что им действительно страшновато в Районе-то. И блевали-то они, как кошки, только оттого, что выглядело там все паршиво. Себя-то вспомни, пес войны, за ногу тебя. Когда в первый раз с зомба-рем в кустах вы со Сдобным столкнулись, помнишь? Все у тебя тогда в порядке было? Ага, то-то и оно, что все дело в самом способе, которым тот таракан Кондуктора убрал. Стрельба началась: они ведь и не растерялись. А прикрывали-то друг друга как, ведь загляденье просто. Короче, Айвазовский, ты давай делай вид, что ни о чем не подозреваешь, включи ДУРУ. Ну а мы со Скопой позаботимся о том, чтобы эти ребятишки нам какое-нибудь говно не подложили. Ну че, срост?

— Срост, чего ж еще-то. Скопа, надо полагать, тоже в курсе… Скажем так, Большой, мне тоже не все нравится. Сам понимаешь, некогда мне было смотреть, как они в паре отработали там, на повороте. Мне другое не понравилось. Сразу, как со Сдобным переговорил. Так они гладко все причесали, и про Рекламу через Сеть, и про то, что репортажи их подадут как купленные у каких-то энтузиастов-любителей. Не очень мне в это верится. Сам посуди, много ли в Район лишних пропускают? Ага, правильно киваешь, почти никого. Мне Сдобный рассказал как-то раз, как его «фэйсы» к себе таскали. Уже после того, как он «Солянку» открыл. И про то, что вели нас с ним от Центра, и как в Кротовке нас уже брать хотели. А мы с ним, два Штирлица, поначалу даже гордились, как же, прошли до Района и никто нас не остановил. Так и тут… Ну не верю я в то, что у них так гладко все прошло. Ладно бы, они сафари тут решили затеять, это же почти легально сделать можно. Заходы до Черты вообще по заявкам разрешают. Так то — до первого периметра и обратно. А охотники, те вообще только через военных идут. А дуру-то я еще в баре включил. Не резон сейчас внаглую на них давить, подождать нужно. Боюсь только, как бы Сдобного кто на крючок не взял. Провернул что-нибудь чересчур «левое», а теперь, может, кто его за это и трясет. Не верю я, что он нас подставить решил… Ох ты ж е-мое…

«Данхилл», мать его, с золотистым ободком у фильтра. Сигарета, которую закурил мой бывший напарник. Вот та самая сигарета, которая тогда не давала мне покоя, вот оно что. Ну молодец, додумался ведь, как дать знак. Вот жучара, ведь он же предупреждал. И выходит, что совсем не зря меня с утра колбасило. Ну и ладно, хоть так, все лучше, чем думать да гадать.

Репортеры, етить-колотить. Неужели у нас опять заваривается какая-то каша? Куда и зачем им нужно попасть на самом деле, вот что главное. И постараться понять, кто они такие.

Большой, посмотрев на меня и догадавшись, что у меня в голове сейчас со скрипом ворочается все, что может ворочаться, довольно кивнул и пошел будить Настю. То ли журналистку, то ли «конторщицу», причем, возможно, что и не нашу, посконно-лыковую. Вероятнее всего — макдональдоштатовскую. Хотя она вполне может быть и коллегой вечно живого мистера «просто Бонда».

Мои размышления были прерваны появлением растрепанной и зевающей анонимности, которую Большой, пообщавшись со мной на волнующую его тему, наверняка разбудил самым бесцеремонным способом. Я смотрел на нее, сонную и не совсем осознающую, чего от нее хотят, и пытался понять, не шелуха ли это, не кокон ли, скрывающий настоящую начинку этой милой девочки.

Когда я в первый раз увидел тюльпан-мясоед, то чуть было не поверил в его беззащитную красоту. И только наставления, которыми нас со Сдобным пичкал старый и наполовину свихнувшийся пьянчуга Полоскун, спасли мне жизнь. Через некоторое время нам пришлось отдирать эту дрянь от лица шедшего за нами Нострадамуса. После пяти операций в Лаборатории его лицо так и не восстановилось полностью, хотя мы успели как раз вовремя.

Как мне хотелось бы поверить, что весь наш полуночный разговор был результатом постоянного нервного напряжения, которое никак не снять, пока ты ходишь в Район! Ну а если наши «подопечные» на самом деле окажутся с двойным, а то и с тройным дном?.. Ну что ж, в Радостном много мест, из которых запросто можно не вернуться.

До рассвета оставалось достаточно много времени, и в сон начинало клонить все сильнее. Вокруг все было относительно спокойно. Никто из тех, кто совсем не прочь подхарчиться упитанными рейдерами, не подкрадывался, не подползал и не подлетал. Где-то далеко, на самом пределе слышимости, выясняли отношения местные обитатели. Судя по разъяренным взрыкиваниям и рваному лаю, я бы рискнул предположить, что разбирались волки и орфо-псы. На КПК никаких сигналов не поступало, так что вполне возможно, дрались они из-за какой-то местной падали.

Настя сидела на старых, крошащихся покрышках, подняв горло свитера и натянув на уши вязаную шапочку. Интересно, ведь вся экипировка у них стандартно-полевая, а шапка явно ручной работы, с аккуратно сделанной мордочкой-смайлом на лбу. Кто-то из родных, мама или бабушка вязала.

Стоп, рейдер. Не увлекайся. Не старайся отвлечься и, даже если у тебя появилась какая-то симпатия к ней, убери ее подальше и не вспоминай.

КПК завибрировал, причем, судя по тому, как дернулась Настя, не только у меня одного. Да и Большой зашевелился на своем королевском тракторном кресле, явно намереваясь проверить входящее сообщение. Но потом сообразил посмотреть на нас с журналисткой и передумал, поворачиваясь в обратную сторону и усмехаясь. Да и мне тоже стало понятно, о чем меня собирается известить мой коммуникатор.