Чтение онлайн

В моем питомнике спонтанных превращений пока не было. Вообще на Земле и питание для них не идеальное, и спектр солнечного излучения сдвинут в длинноволновую область… Хотя и эти факторы являются мутагенными, так что за бабочками мы наблюдаем очень пристально, интересно, как они будут изменяться в условиях Земли.

Мелисса закрыла контейнер.

– Мелисса, эту бабочку вы возвращаете на станцию, для исследований? А это не слишком опасно?

Я вспомнил молодых ребят, которые привезли контейнеры. Они выглядели не очень серьезно.

Мелисса улыбнулась:

– У сотрудников биостанции богатый опыт. Джонни занят исследованиями корнезианских форм жизни уже почти четыреста лет, он у нас главный по этой проблеме.

«О, этот юноша, оказывается, селфер! Никогда бы не подумал!»

– Ну, так что, Алекс? Ты понял, в чем дело?

Я мучительно пытался сложить все известные мне факты и загадки Корнезо в единую картину, но ничего не получалось. Только в голове вертелась фраза, которую всегда говорила мама при упоминании о Корнезо: «Бедная Корнезо». Эта фраза и сорвалась у меня с языка:

– Бедная Корнезо!

– Ага! Ты все понял!

– Нет, Мелисса, я ничего не понимаю. Просто так всегда говорит моя мама, а я даже не понимаю, почему Корнезо – бедная.

– Да, Марина умница и прекрасный биолог. Я уже пару раз приглашала ее работать у меня, но пока она не соглашается. Она хочет закончить свою работу по сравнительному анализу механизмов обработки информации различными живыми организмами Земли. После этого, я надеюсь, ей захочется сравнить земные и инопланетные организмы. Вот тогда мы и будем работать вместе. Но у твоей мамы есть еще одна задача. Я тебе не говорила, что твои родители – чрезвычайно удачная пара? Ты – замечательное тому подтверждение,- при этих словах Мелисса выразительно посмотрела на меня,- и Комитет по Генетике дал им разрешение на неограниченное количество детей, причем обратился с просьбой иметь не менее трех.

Пока я переваривал ее слова, Мелисса продолжала:

– Надеюсь, ты понимаешь, что бабочки – биоконструкты?

Это я понимал.

– Попробуем порассуждать, что следует из этого понимания. При этом давай, в соответствии с принципом Оккама, не привлекать для объяснения загадок некие неведомые высшие силы, а будем рассматривать проблему в рамках реальности планеты Корнезо.

Из того факта, что бабочки с Корнезо являются биоконструктами, следует, во-первых, что корнезианская цивилизация была способна создать эти удивительные существа. Но, поскольку современные аборигены ничего подобного делать не умеют, значит, это сделали их предки. Во-вторых, бабочки являются серьезным оружием, и, поскольку никаких следов инопланетного присутствия, кроме нашего, на Корнезо не обнаружено, значит, бабочки были когда-то созданы для внутреннего применения. А это значит, что на планете когда-то имели место войны, то есть были группы людей, имевшие различные интересы и желавшие любыми средствами их отстаивать. То есть ранее на Корнезо существовала развитая цивилизация со своей историей и своими проблемами, которые не всегда решались мирным путем.

Это – главное, что скрывают от нас корнезианцы. Все остальное – частности, хотя и очень важные частности.

Особенность цивилизации Корнезо – ее ярко выраженный биогенный характер. Если мы, обеспечивая себе лучшие условия жизни, создали искусственную среду обитания, строя шахты, заводы, автомобили, самолеты и тому подобное, корнезианцы создали искусственную среду обитания, перестроив всю биосферу своей планеты. Твоя мама называет Корнезо бедной планетой, потому что любые искусственные биосистемы гораздо беднее природных. На Земле сегодня существует более семнадцати миллионов видов живых организмов, и открытия новых видов, особенно простейших и более сложных океанических, еще продолжаются. Постоянно идет процесс образования новых видов. И это несмотря на то, что немало видов человек успел уничтожить. С другой стороны, мы создали и продолжаем создавать немало новых видов, обладающих необходимыми нам свойствами. А главный наш успех – создание нового разумного вида – «тэров», тигров разумных.

На Корнезо же обнаружено менее пятидесяти тысяч видов. Даже с учетом однообразия природных условий планеты разница, по сравнению с Землей, колоссальная. И образования новых видов на Корнезо, судя по всему, очень давно не происходило. Если бы аборигены разрешили нам вести археологические раскопки, мы бы всю картину изменения биосферы восстановили с большой точностью. А так мы можем опираться только на наши наблюдения за последние четыреста пятьдесят лет. Но и это позволило получить не только качественную, но и количественную картину происходящего.

Мы предположили, что все виды планеты являются биоконструктами, созданными когда-то в течение не очень длительного отрезка времени, причем бабочки – одна из самых ранних конструкций, потому что все остальные виды планеты тем или иным образом полезны людям и, по-видимому, в большинстве своем были созданы после завершения эпохи войн. Бабочки, единственное живое оружие, были оставлены, видимо, благодаря своей необычайной красоте. Искусственная биосфера Корнезо представляет собой чрезвычайно точно сбалансированную систему с очень устойчивыми геномами видов. Мы на Земле еще не скоро научимся так изменять живые системы.

Однако отменить законы природы невозможно. Изменчивость является имманентным свойством всего живого. Виды Корнезо, несмотря на поразительную устойчивость их геномов, все-таки постепенно изменяются. Невозможно устранить природные мутагенные факторы типа коротковолнового излучения, которым богато солнце Корнезо, космических лучей, повышенной температуры, наличия или отсутствия в окружающей среде тех или иных веществ. Предотвратить трансгенез также невозможно. И изменения климатических условий, пусть не очень существенные, тоже всегда имеют место и в каждом поколении влияют на результат естественного отбора. Все эти причины со временем приводят к накоплению изменений в геноме каждого вида, то есть к изменению тех или иных свойств организмов всех видов.

Все четыреста пятьдесят лет мы улавливали и отслеживали такие изменения. Законы природы одинаковы и на Земле, и на Корнезо. Зависимость количества мутаций от времени всегда имеет характер экспоненты, если, конечно, не действуют какие-то форсмажорные факторы или не ведется целенаправленная селекция. Изучение этих зависимостей для различных видов живых организмов Корнезо дало два поразительных результата.

Первый результат. Реконструкция всех экспонент в прошлое дала возможность оценить время создания биологических видов Корнезо. И оказалось, что все изученные нами виды созданы от шестидесяти трех до шестидесяти пяти тысяч лет назад. Старше всех – бабочки, этому виду – примерно шестьдесят шесть тысяч лет.

Мелисса закурила.

Я пытался осознать услышанное. Получалось, что, когда предки современных корнезианцев перестраивали в своих целях все живое на своей планете, предки людей занимались собиранием съедобных корешков и трепетали перед могучими неандертальцами.

– Второй результат,- продолжала Мелисса,- очень печален. Последние десятилетия мутации всех видов корнезианской биосферы нарастают лавинообразно, но никакой селекционной работы никто не проводит. Поэтому полезные для аборигенов качества всех видов организмов существенно ухудшаются в каждом поколении, а лет через двадцать и вовсе исчезнут. Когда мы только зафиксировали этот процесс, мы даже предположили, что причиной резкого нарастания количества мутаций стало наше появление на планете. И только полностью построив все зависимости, мы убедились, что наш прилет практически не изменил рост экспонент, все изменения живой природы планеты – естественный закономерный процесс.