Чтение онлайн

Все-таки хорошо, что он послушался своих ближников. Андрей поначалу собирался, выполняя уговор, отдать половину награбленного в набегах на Литву и орденские земли, но выгодней оказалось отдать не добро, а серебро. Вот такой парадокс. В вотчине, куда важней иметь нужные в хозяйстве вещи, чем лишний килограмм серебра.

Однако с долгами он рассчитается почти полностью, если Спиридон не наделал в его отсутствие новых долгов. Ушкуи и ладьи с насадами стоят не дешево. В какую сумму выльется постройка новеньких кораблей, Андрей мог только догадываться. Стандартный речной ушкуй можно купить за тридцать рублей московской деньгой, а морской обойдется дороже. Плюс непредвиденные расходы, Андрей кое-какие изменения внес в конструкцию, но не факт, что мастера воплотят их в жизнь. Одно дело теория, другое — практика. Экспериментаторство — за счет заказчика.

Мельница обошлась Андрею в баснословную сумму, а лесопилка стоила как две мельницы. Когда привезли жернова, Андрея чуть кондратий не хватил от суммы, которую пришлось уплатить. Семь рублей запросили мастера, и не московских, а полновесных. Хочешь новгородскими плати, хочешь татарскими сомами, а почти полтора кило серебра отсыпь! Два мельничных колеса, шестеренка да зубчатое колесо обошлись еще в три килограмма серебра. Остальное по мелочи: гвозди, мешки для муки и т. д., но, то же набежала приличная сумма.

Крестьянам проще. Они пользуются ручными меленками — два рубля московских им цена. Но в усадьбе с ее многочисленным населением, кормящимся за счет князя, без нормальной водяной мельницы не обойтись. И к тому же, что бы рассчитаться с продавцами, пришлось покупать специальные весы для взвешивания серебра. Двести с лишним грамм серебра пришлось отдать за весы! Но без весов никак нельзя. А большие весы обошлись не в пример дороже. Кстати, за них еще не рассчитались, мастер потребовал в качестве оплаты ткань заморскую и срок уже поджимает. Спиридон с Иваном Андреевичем, хитрецы, умеют вести дела: сами продают за наличный расчет, а покупают нужное с отсрочкой платежа, да еще стараются рассчитаться тканями, а не серебром. Отрезы ткани — та же валюта.

По прибытии домой, Андрея устроил тризну по погибшим. Убитых похоронили на разросшемся кладбище. Родственникам, Спиридон выделил материальную помощь, невзирая на то, что погибшие были холопами.

Андрей удивился тому, сколько новых лиц появилось в усадьбе. А все Иван Андреевич постарался. Навербовал купец мелких торговцев, среди посадского населения Резани и Москвы, раздал им товару мелочного и отправил скупать по деревням зерно, воск, пушнину. А семьи их перевез в усадьбу. Пока мужья по командировкам шатаются, бабы их и детишки помогают по хозяйству в усадьбе. Сытые и обутые и даже зарплату получают. Главное под присмотром, типа заложники, что б у их мужиков дурных мыслей не возникло сбежать с товаром.

Среди мастеровых тоже прибавление вышло. Лука Фомич здраво рассудил, что чем быстрее мастеровые, захваченные в ливонском замке, окажутся в усадьбе — тем лучше. Мужиков посадили на лошадей, дали им охрану и отправили, не мешкая в усадьбу, а семьи их вместе с обозом потом прибудут. Спиридон похвалил сметливость княжеского воеводы и пристроил мастеровых к делу. Одного кузнеца, специалиста по доспехам управляющий оставил в усадьбе, а обыкновенного деревенского кузнеца поселил в Васькино, тем более Тит, староста деревенский, давно требовал со Спиридона кузнеца для селян. Каждый раз, когда возникает необходимость в кузнеце, крестьянам приходилось мотаться до усадьбы, теряя драгоценное время.

Кузнеца в Васькино, так и так, пришлось бы выделять, но Спиридон и тут не упустил выгоду. Управляющий ударил со старостой по рукам на условиях, что мир, как старожильцы, возьмет на себя затраты по обустройству быта семьи кузнеца, то есть выделит дом, утварь и все что там еще им нужно будет. Немцу Спиридон определил не хитрые правила: три дня в неделю мастер работает на князя, железо в крицах кузнец станет получать из усадьбы для работы на барина. Остальное железо мастер покупает у Спиридона по справедливой цене, оплата изделиями. Инструмент свой, раз мастер не свободный, ему придется отработать, чем раньше, тем лучше. Через пять лет немец получает полную свободу и управляющий станет покупать его изделия за звонкую монету.

Через несколько дней пришел обоз из Новгорода. Следом за ним, буквально на следующий день пришли немцы. Спиридон как угорелый носился, размещая людей на постой, руководил разбором награбленного. Прибыли для Спиридона от захваченного в ливонском набеге нет никакой. Все равно все добро придется крестьянам раздать, да еще от себя прибавить придется. Князь требовал, что бы новые поселенцы крепко стали на ноги, а у себя в Ливонии они зажиточными явно не были. Одежонка у них бедноватая — значит и все остальное тоже дрянь. Зато немецкие сервы станут больше дохода приносить князю, пока отработают свободу — Спиридон может рассчитывать на половину их урожая, да повинности иные будут нести безропотно. Потратиться, конечно, на них придется, но выгода с этого тоже не малая. Год — два и слухи распространятся по княжествам, что князь привечает не только вольных, давая все необходимое для обустройства хозяйства, но и холопов не обижает. Глядишь, крестьяне из иных княжений потянуться в земли его государя. И князь перед великими князями останется чист — не переманивает он у них людишек, сами идут, а коль пришли, то отказывать людям невместно.

Сегодня выпал хороший день. В кои веки Андрей откровенно бездельничал, наслаждаясь обществом семьи: двух своих жен, которые тихо занимались рукоделием, сидя напротив благоверного. Десятки восковых (не сальных!) свечей, установленных на подвесном шандане, ярко освещали помещение. По нынешним временам — непозволительная роскошь, но Андрей не мог привыкнуть к вечерним посиделкам в полумраке. Потому, свечи в княжеской усадьбе горели в больших количествах. Пускай накладно, зато не так опасно, как лучина. За вечер, во всей усадьбе, сгорало свечей не меньше чем на сто фунтов воска. Спиридон недовольно ворчал по поводу неоправданной расточительности князя, но перечить государю не смел. Зато, когда Андрей был в отлучке, в усадьбе наступал период жесткой экономии, даже дочери Спиридона, несмотря на свое особое положение, чувствовали на себе бережливость родителя, порою переходящую в скупость.

Пока князь отсутствовал, жизнь в усадьбе проходила неспешно и размеренно. Спать ложились рано, вставали еще раньше. Лишь когда в усадьбе появлялся князь, начиналась суматоха. Спать, с приездом князя, ложились поздно, а то и вовсе не ложились. То князь пьянствовал со своими ближниками, то работал не покладая рук, ночи напролет засиживаясь над бумагами и чертежами.

Его нынешнее положение очень нравилось Андрею, особенно нравы, царившие на Руси в отношении женщин, пришлись ему по вкусу. Однако, наивно думать, что женщина совсем бесправна. Отнюдь. Имеют женщины права и немалые. Могут владеть собственностью, например. Но место свое знают. Это главное. Правда, иногда бывают исключения из правил.

В собственном доме Андрей жил на правах почетного гостя, все вопросы обеспечения жизнедеятельности княжеского терема лежат на хрупких женских плечах. Еще бы, князя постоянно черти носят, где попало. То Маслов этот, будь он неладен, утащит государя в набег, то торговать князь едет в далекий Новгород, как будто что-то понимает в тонкостях местной торговли, и там ему не сидится — немца промышлять отправился. А тут как на грех москвичи опять свару учинили и, князь Резанский призвал своих бояр в поход, идти на помочь старшему брату — московскому государю.