Разлом
Шрифт:
– О чем ты говоришь?
– Ну, ты ведь обиделась на меня, – несколько растерянно пояснил он. – Мне не хотелось бы, чтобы ты запомнила меня грубияном.
– Значит ты и правда собрался уйти?
Взгляд ее скользнул по собранному дорожному мешку.
– Да, но...
Губы Селены задрожали и она чуть ли не бегом бросилась к своей комнате.
– Селена! – позвал он. – Но ты, кажется, что-то хотела сказать?
– Ничего!
Селена хлопнула дверью. Роланд немного потоптался на месте, затем решительно двинулся следом. Но стоило ему дотронуться до дверной ручки, как из комнаты вылетела рассерженная Кира.
Окатив его огненным взглядом, девчонка взмахнула увесистой книгой и, если бы Роланд вовремя не увернулся, она непременно заехала бы томиком ему в лоб.
– Ну что ты за идиот! – прошипела Кира. – Или у вас, в Карнелии, специально таких выращивают?
Она снова взмахнула книгой, вынудив Роланда отшатнуться, а затем скрылась в комнате. Замок щелкнул, и карнелиец, поникнув, медленно пошел к себе в комнату.
Глава одиннадцатая
После встречи с Жанной, Ингельд вдруг отчетливо понял – того, что ему нужно, больше нет ни в Рутербурге, ни в его окрестностях. И Жанна тут была совсем не при чем. Ингельда опередил кто-то другой.
Но, так или иначе, Ингельд должен был попасть в Рутербург. Во-первых, Ири все-таки надо было обеспечить нормальный отдых, хотя бы одну ночь провести под крышей. А во-вторых, карнелиец собирался разузнать все городские новости.
Рутербург выглядел пустынным, но это не удивило Ингельда. Он уже бывал в городах, в которых хозяйничал Святой орден. Даже если крестоносцы и не зверствовали, горожане долго еще будут пугливо отсиживаться по домам.
Отыскать трактир труда не составило. Обстоятельные арманийцы никогда не изощрялись над городской планировкой, так что побывав в одном городе Армании, можно было без труда ориентироваться во всех остальных.
Ингельд вихрем ворвался в трактир, едва не сорвав дверь с петель. На пороге замер и с улыбкой оглядел безлюдный зал. Трактирщик находился здесь же, с унылым видом протирая и без того отполированные до блеска столы.
– Живой? – усмехаясь, осведомился Ингельд.
В глазах трактирщика промелькнул страх.
– Что вам угодно, господин?
За спиной карнелийца хлопнула дверь и в корчму зашла Инелия, удерживая спящую Ири на закорках. Карнелиец махнул рукой в сторону неко.
– Мне и моим девушкам нужна комната, как видишь.
Трактирщик попятился.
– Но это невозможно! Они Измененные!
– Инель, ступай наверх, выбери комнатку получше, – распорядился Ингельд.
Неко кивнула, но не успела сделать и двух шагов, как трактирщик ринулся наперерез. В глазах его застыл животный ужас.
– Нет! – взвизгнул он. – Не позволю!
Ингельд ловко перехватил его за шкирку и отшвырнул к стойке.
– Остынь!
– Вы не понимаете! – заверещал хозяин, в полной панике глядя на подымающуюся по ступенькам Инелию. – Отсюда совсем недавно ушли крестоносцы! А что если они вернутся?
– Я в этом уверен, – усмехнулся Ингельд. – Я встретил их по дороге. Думаю, именно сейчас они что было сил спешат сюда.
– Что? Это... Как это? Почему?
Трактирщик затрясся.
– Да успокойся ты! – Ингельд хлопнул его по плечу. – Я-то верхом прибыл, а они пешочком топают. Полагаю, они будут здесь не раньше завтрашнего утра. Уверяю тебя, мы к тому времени успеем отбыть. Надеюсь, я успокоил тебя?
Трактирщика все еще трясло, так что разобрать кивает он или дрожит было невозможно. Впрочем, Ингельду это было безразлично. Он швырнул хозяину золотую монету.
– Будь любезен, приготовь горячую воду и ужин, но прежде... – Ингельд придвинулся к нему ближе и перешел на шепот. – Но прежде я бы хотел узнать о том, что у вас тут стряслось? И что тут делала Инквизиция?
Трактирщик отшатнулся.
– Я ничего не знаю! Я прятался в подвале! Я ничего не видел, ничего не слышал! И ничего не могу рассказать!
– Так уж и ничего? – Ингельд надвинулся на него. – А если напрячь память?
– Нет, господин мой! – трактирщик рухнул на колени. – Зачем мне что-то скрывать? Я правда ничего не знаю!
– Странно, но я тебе верю.
Ингельд вздохнул и пошел наверх. На втором этаже он оглянулся и перехватил взгляд трактирщика. И взгляд этот очень не понравился Ингельду. В глазах трактирщика он увидел не только страх. Было там еще что-то, однако разбираться в его чувствах Ингельд не собирался.
– Послушай-ка, друг мой, – он навалился на перила. – У меня есть подозрения, что ты можешь сбежать или совершить еще какую-нибудь глупость, так вот прими совет – не надо этого делать. Не забывай, ты имеешь дело с карнелийцем, так что изволь работать быстро и четко, ты понял меня?
Потяжелевший взгляд Ингельда сделал свое дело. В глазах трактирщика больше не было ничего кроме страха. Но на этот раз хозяин боялся не возвращения отряда Святого ордена, он боялся его, Ингельда.
– Вот и хорошо, – улыбнулся карнелиец. – Теперь я вижу в твоих добрых глазах нечто, похожее на понимание, а я люблю находить понимание в людях. Да, и вот еще что – у меня нет привычки закрывать дверь на засов, замок или еще что, ты понимаешь меня?
Трактирщик испуганно замотал головой.
– Врешь, все ты понимаешь, – укоризненно заметил карнелиец. – В общем, еще раз советую тебе не чудить – ни днем, ни ночью.
– Ингельд!
Карнелиец открыл глаза и увидел над собой улыбающееся лицо Инелии.
– Ты просил разбудить тебя, когда стемнеет, – прошептала она.
– Да, спасибо, моя милая, – Ингельд поднялся и огляделся.
Вымытая и переодетая в чистое Ири лежала на кровати в дальнем углу. Стол, за которым они ужинали, и лохань, где купались, были уже убраны, а пол вычищен до блеска.