Чтение онлайн

– Надо нам организовать совместную поездку куда-нибудь, - предложил Клаус, и его тут же подхватила Дейзи.

– Это было бы очень здорово.

– У моей семьи есть домик во Франции. Я мог бы спросить разрешение пожить нам там какое-то время, - проговорил Деймон, смотря на Елену. Девушка не принимала участия в разговоре, перебирая края пледа и о чем-то размышляя. Казалось, что она находится где-то далеко отсюда, и впервые он не мог понять, где именно.

Она так переживает из-за того, что Кер и Стефан узнали о том, что они встречались? Или о том, что теперь они устроят ей допрос? Ну зададут они ей пару вопросов, ну ответит она на них. Может даже соврать, если не хочет говорить правду. Но что в этом такого?

– Елена? – Дейзи слегка толкнула подругу, вырывая ее из каких-то размышлений. Гилберт тут же перевела на нее взгляд, улыбаясь, - Я спросила, есть ли планы у тебя?

– Нет, это будет первое лето без… - девушка запнулась, сглотнув подступившие слезы, - …без мамы. Так что не знаю, поедем ли мы куда-нибудь семьей.

– Прости, я не хотела напоминать тебе, - Дейзи сжала ее руку в знак поддержке.

– Ничего, - улыбнулась Елена, - Вы в лагерь не собираетесь?

– Мы думали об этом, - ответил Ник, - Но, если честно, уже не очень хочется ехать туда. Выросли, наверное.

– А я пока даже не знаю. Столько воспоминаний связано с тем местом, - грустно ответила Гилберт, смотря на Деймона.

– И не говори, - тяжело вздохнув, Дейзи положила голову на плечо подруги, - Помните, как мы угнали квадроциклы. Было весело.

– Ага, до тех пор пока нас не поймали, - усмехнулся Клаус.

– Подумаешь, посидели денек без развлечений.

– Они допустили огромную ошибку, заперев нас в домки для наказуемых всех вместе, - Сальваторе ухмыльнулся, вспоминая тот день.

– А что мы тогда сделали? – Дейзи чуть сдвинула бровки.

– Сбежали в город. Как ты могла такое забыть? – возмутилась Елена, начиная смеяться. Было так тепло и непринужденно находится в этой комнате с этими людьми. Казалось, что они знают друг друга всю жизнь. А на самом деле, чтобы пересчитать все их встречи за стенами лагеря, хватило бы и пальцев на одной руке. От этого становилось немного грустно. Почему люди, которым порой доверяешь больше, чем себе, находятся так далеко.

Девушка обвела взглядом смеющихся друзей. Почему на них вдруг накатил этот смех? Точной причины никто не знал. Наверное, просто от радости и счастья, которые сейчас переполняли их.

– Я вас так люблю, - когда все успокоились, произнесла Гилберт.

– Что-то наша Елена расклеилась, - поднимаясь на ноги, произнес Ник и подошел к подругам, жестом показывая Деймону следовать за ним. Он тут же оказался возле Елены и Дейзи, которые тоже встали с дивана и тут же оказались в объятиях парней.

– Обещайте, что мы будем друзьями всегда, - стоя в маленьком кругу и обнимая своих соседей справа и слева, попросила Дейзи.

– А вот и вторая нюни распустила, - усмехнулся Клаус, за что тут же получил маленькой ладошкой по затылку.

– Никлаус, не смей портить такой момент, - произнесла его девушка, на что парни, переглянувшись, рассмеялись.

– Пойдем, Елена. Кажется, наши мальчики не ценят нашей дружбы, - Дейзи высвободилась из объятий Деймона и Ника и, взяв подругу за руку, направилась в сторону лестницы. А Гилберт лишь пожала плечами на вопросительные взгляды друзей, которые не понимали происходящего.

– Девчонки, да не уходите!

***

Несмотря на окрики парней и даже их попытку догнать подруг, девушки все же скрылись в одной из комнат. Елена правда порывалась уйти к себе, чувствуя, что Дейзи сейчас начнет заваливать ее вопросами, потому что до этого они так и не нашли времени посекретничать. Гилберт, конечно, очень скучала по подруге и была бы рада поговорить с ней по душам, но сейчас она была просто не готова обсуждать то, что творилось в ее жизни. Но Дейзи, кажется, было все равно, и она задалась твердым намерением выведать все.

– Ну рассказывай, - произнесла она, когда они с Еленой удобно устроились на большой кровати. Гилберт села по-турецки и взяла маленькую подушку, чтобы как-то занять руки. А ее подруга облокотилась на гредушку, вытянув длинные ноги перед собой.

– Что рассказывать?

– Почему вы с Деймоном ведете себя как лучшие друзья? – Дейзи в мгновение стала серьезной, внимательно наблюдая за реакцией подруги.

– Мы и есть лучш… - начала Елена, но ее тут ж оборвал возмущенный голосок:

– Мне ты можешь сказки не рассказывать. По вам же видно, что вы испытываете друг к другу явно не дружеские чувства.

– Нет…

– Да, Елена! Только слепой не увидит, как вы смотрите друг на друга, когда никто не видит.

– Дейзи!

– Вы любите друг друга, - не унималась девушка под тяжелый взгляд подруги.

– Нет! Я не могу так. Не могу, ты разве не понимаешь? – чуть жалобно спросила Елена, - У меня же есть Стефан.

– Звучит не точно так же, как “я люблю Стефана”, - заметила Дейзи.

– Я люблю Деймона, - сдалась Гилберт под счастливую улыбку подруги, - Но это не значит, что я не люблю Стефана. Он многое сделал для меня, помог мне справится с потерей мамы. Он мне очень дорог, но…

– Но что? – осторожно спросила Дейзи, когда Елена остановилась. Но подруга лишь качнула головой.

Действительно “но что”? Что мешало ей смотреть на него как раньше? Любить его как раньше? Что-то невесомо ускользало из их отношений. И оба это понимали, но сделать ничего не могли. Просто сейчас что-то изменилось. Они часто не могли найти, о чем поговорить. А молчание, которое раньше приносило успокоение, теперь давило. Он все чаще стал проводить время с друзьями или за учебой, а она почти целыми днями пропадала с Деймоном. И это больше не казалось неправильным.

А Деймон? Деймон был просто Деймоном. Самоуверенным, дерзким, немного наглым. Он не позволял никому видеть свою светлую сторону. Только ей. Он был другим с ней. Понимающим, забавным, любящим. Когда они были вдвоем, они создавали совсем другую реальность, забывая об остальном мире. Он был для нее всем, а она была его.

И именно сейчас она поняла, о чем говорила мама много дней назад. В мыслях ожила ее светлая комната, и образ мамы всплыл перед глазами.

– Ты любишь его?

– Да. Не подумай, что это значит, что я не люблю твоего отца. Я его очень люблю. Но к Джузеппе у меня совсем другая любовь. Думаю, ты понимаешь меня, как никто другой.