Чтение онлайн

— Я… точно не знаю. Что-то не так. Где сейчас Блэк? Тебе нужно переместить его сюда на случай, если понадобится эвакуация.

Меньше чем за минуту он перестраивает свою Тактическую группу: Харрисон прикрывает восточную сторону особняка, а Блэк занимает позицию у дальнего края бассейна — всего в пяти шагах от моей Связанной. Это достаточно близко, чтобы он мог мгновенно увести её отсюда, но не настолько близко, чтобы мои Узы послали кошмарное создание вцепиться ему в горло.

Всё это происходит, пока мой взгляд не отрывается от моей Связанной. Ничего не кажется подозрительным: нет новой угрозы, даже разногласий среди других студентов не происходит. Но я всё равно чувствую перемену в воздухе. Что-то определённо есть — просто мы не имеем ни малейшего понятия, что это может быть. Так что мы с Грифоном стоим и без притворства смотрим через задний двор Халливеллов на неё.

Хотя минуты идут, моя Связанная, похоже, ничего не замечает.

Зато замечает Гейб. В конце концов он вылезает из бассейна, не утруждая себя полотенцем, и направляется к нам с Грифоном, бросая осторожные взгляды.

— Что-то… случилось?

Часть напряжения покидает меня. Гейб моложе нас, менее опытен, но как Оборотень он очень восприимчив. Если бы в воде была угроза, он бы её уловил. Что бы ни разозлило мои Узы, это не настолько серьёзно, чтобы устраивать сцену на глазах у стольких зрителей.

Грифон фыркает, легко отмахиваясь:

— Да, случилось — купальник Оли, и Норт окончательно потерял рассудок.

Гейб давится воздухом и на секунду теряется, прежде чем ответить:

— Да, это… э-э… нечто, конечно. Думаю, нам всем повезло, что вино, которое она выпила, её отвлекает, иначе я уверен: она бы сейчас превратила нашу жизнь в ад просто потому, что может.

Мои глаза резко сужаются и впиваются в него:

— Она пьяна? Из всех глупых… Сколько она выпила и какого чёрта она в бассейне?

Гейб мгновенно выглядит смущённым, почёсывает затылок и шумно выдыхает. Я следую за ним к одному из столов, уставленных разнообразными блюдами, и тёмное чувство удовлетворения наполняет меня, когда остальные гости сохраняют широкую дистанцию, куда бы мы ни шли.

Гейб оглядывается по сторонам, прежде чем тихо ответить, наполняя тарелку:

— Я не уверен. Она пришла с Сойером и Сейдж, но они уже отошли к тому моменту, как я сюда добрался. Я держался рядом с ней, пока она была в воде, а теперь, когда она сидит с Сейдж, я подумал, что найду что-нибудь, чтобы уговорить её поесть.

Один из его одноклассников окликает его — ещё один Оборотень из футбольной команды, — и Гейб ухмыляется в ответ. Он ждёт, пока я махну рукой, отпуская его, прежде чем направиться обратно к бассейну. Он не возвращается в воду, а остаётся рядом с моей Связанной, ест и шутит с друзьями. И я совершаю ошибку, снова бросая взгляд на мою Связанную.

Несмотря на пульсирующее желание в крови, жаждущее каждого дюйма её тела, я стараюсь сосредоточиться на тех сторонах моей Связанной, которые сейчас открыты, пока её защита ослаблена, — но не связанных с её телом. Я никогда раньше не видел, чтобы она так улыбалась и смеялась — это зрелище захватывает дух, и, думаю, это сбивает меня с толку даже сильнее, чем бикини, которое явно на два размера меньше нужного.

Чем дольше я наблюдаю, тем труднее отвести взгляд. Её дружба с Сейдж Бенсон явно искренняя, непринуждённость между ними нелегко подделать. Её щёки раскраснелись, и мои глубочайшие желания выходят из-под контроля, а разум наполняется образами того, каким было бы её выражение лица, если бы причиной этого идеально розового румянца был я.

Чёрт.

Я вот-вот публично опозорю себя совершенно новым способом.

Схватив тарелку, чтобы отвлечься, я начинаю наполнять её, тщательно выбирая лучшие закуски, соответствующие вкусам моей Связанной.

Уверен, моё выражение лица убийственное — ко мне не пристаёт ни один человек, даже когда я не тороплюсь. Грифон бросает на меня задумчивый взгляд, когда я подхожу к нему.

Он бросает взгляд в мою сторону:

— Гейб сказал, что она ничего не хочет.

Я отрицательно качаю головой, мой ответ предельно краток:

— Она поест.

Я не добавляю, что даже если мне придётся стоять рядом с ней и заставлять её есть, она поест. Боже, я ещё и найду какую-нибудь одежду, чтобы накинуть на неё, пока буду этим заниматься.

Бросаю взгляд и вижу, что Грифон смотрит на меня с понимающим видом, но я уверен, что не выдаю своих чувств.

Наконец он вздыхает:

— Тебя это действительно так сильно беспокоит?

Теперь я фыркаю:

— Разве в это так трудно поверить? Меня больше волнует, что тебя это совсем не беспокоит. Ты что, окончательно от неё отказался?

Его взгляд, обращённый ко мне, непреклонен, раздражён и твёрд — так бывает, только когда смотришь в дуло заряженного пистолета:

— Я никогда не откажусь от неё, Дрейвен, и только потому, что ты увидел…

Мои глаза мгновенно сужаются, и я оказываюсь прямо перед ним:

— Ни слова больше. Ни единого чёртова слова о ней, или я разорву тебя пополам.

Ритм моих слов сбивается — моя Узы говорят вместе со мной. Брови Грифона на мгновение сжимаются, прежде чем он делает глубокий вдох — но явно не для того, чтобы успокоиться.

А затем начинается настоящий ад.

Всё происходит так быстро и неожиданно, что я моргаю, глядя на удаляющуюся спину Грифона, прежде чем мой мозг включается и я следую за ним сквозь толпу, внезапно собравшуюся на мощеной площадке у бассейна. Я тихо ругаюсь, видя, сколько людей стоят вокруг, как идиоты, не пытаясь вмешаться, а только мешая.

Затем Грифон яростно ругается, его глаза вспыхивают, и он использует свой Дар, чтобы взломать сознание людей и отодвинуть их с пути, практически спринтом преодолевая оставшееся расстояние до бассейна. Словно орда кошмарных созданий хватает его за лодыжки.

Когда мы наконец прорываемся сквозь толпу, мы видим Гейба на грани Обращения, которого сдерживает Сойер, и сына Дэвида, распростёртого перед ними, с лица которого льётся кровь, а он стонет. Моя Связанная в безопасности, хотя она стоит перед Сейдж, как живой щит, и это мне совсем не нравится. Не только потому, что моя Связанная, по её собственным словам, лишена Дара, но и потому, что сама мысль о том, что она жертвует собой ради кого-то, вызывает во мне неописуемую ярость.