Чтение онлайн

— Мне не известен другой человек, который называл бы себя так. — Почему-то Тролу теперь казалось, что ничего он тут не добьётся, ему просто не позволят ни людей нанять, ни провизию закупить.

Мажордом, как на крыльях, принёс, словно флаг, полотенце, такое мягкое, будто оно предназначалось для полировки дорогого оружия, а не для того, чтобы всего лишь вытирать физиономию короля. Форз с облегчением принялся елозить им по своему лбу и шее, не спуская с Трола испытующего взгляда.

— Не успел привести себя в порядок, — король снова хмыкнул, — спешил принять тебя.

— Благодарю, — просто сказал Трол. На этот раз не одобряющие такой простоты шепотки он не слушал. Да и чего их было слушать — в этом дворце, а возможно, и во всём городе, всё было устроено по раз и навсегда заведённому порядку, изменить его было невозможно, а подчиняться ему было скучно.

— Зачем пожаловал?

— Мне показалось, что на твоих землях я смогу нанять дополнительных людей для корабля и купить немного провизии, чтобы фламинго не голодали в пути. Охотиться-то нам некогда, — пояснил Возрождённый.

— Охотиться некогда, — король оглядел приближённых. Те восприняли эту реплику короля как отличную, остроумнейшую шутку на свете. Потом его взгляд стал острым как копьё. Король вообще, видимо, полагал себя довольно проницательным, решительным и умным. — А почему?

— За нами гонятся три летающих корабля Империи, — сказал Трол. — Без дополнительных гребцов мы вряд ли сможем уйти от них.

Теперь в зале установилась мёртвая тишина. Три боевых галеона Империи — это уже не расслабленные, скорее для интереса, чем для обучения бою тренировочные схватки с уважительным соперником в уютном дворцовом гимнасиуме, это уже серьёзно. И возможно, означает войну.

— А зачем они за тобой гонятся? — Король прервал сам себя: — Ты украл этот корабль?

— Разумеется, — ответил Трол. — Они обложили нас в горах Центра Мира, чтобы вырваться из этого кольца, нам пришлось его… украсть, как ты выразился.

— Разве можно выразиться иначе?

— Можно. Мы его захватили, что является актом войны, которую мы ведём против Империи и которую она ведёт против нас. А захват оружия противника в войне воровством обычно не называется.

— Война? — король удивился. Или сделал вид, что удивлён, скорее всего он просто размышлял о той новости, что принёс ему этот усталый и — по глазам видно — не раз и не два побеждавший смерть юноша. Возможно, это было даже серьёзнее, чем мелкая пограничная война с Империей. И может быть, от всего этого следовало держаться подальше. Наконец король, как ему показалось, кое-что понял. — Чем гружён корабль?

Трол улыбнулся. Разговор получался какой-то неправильный.

— Если бы он был гружён пустыми винными кувшинами, мы и тогда должны были бы захватить его. У нас не было другого выхода.

— У вас же есть птицы… Знаешь, ты должен мне всё рассказать, чтобы я понял, о чём речь.

Трол выразительно посмотрел на людей, стоящих около него с королём. Вернее, они стояли, конечно, около короля, но так как их было довольно много, они поневоле обступили и Трола.

— Ах, это… — Король ещё внимательнее вгляделся в Трола. — Ну, если ты настаиваешь, мы можем выйти в дворцовый сад, там нам никто не помешает.

Трол хотел было сказать, что и в саду при желании можно подслушать каждый вздох, но потом решил, что это уже чересчур. Да и не стоило играть в слишком глубокие тайны, если он действительно рассчитывал получить тут людей. Всё равно скоро история о его походе в Центр Мира должна была стать известной. Особенно тут, среди этих раззолоченных, изукрашенных, как восточные идолы, скучающих людей.

— Государь, — мажордом, который держал на вытянутой руке полотенце, кажется, немного побледнел, — не стоит ли отобрать у этого… юноши оружие, чтобы он не смог причинить тебе неудобства неучтивым обращением?

Они даже нормально разговаривать разучились, решил Трол. Вслух же сказал:

— Я согласен кое-что рассказать, но мечи не отдам. Кроме того, прошу учесть, что у меня очень мало времени.

Теперь присутствующие уже не перешикивались, они откровенно роптали, негодуя на Трола. Но тот даже не стал разглядывать этих людей, в жизни которых самой большой заботой была, вероятно, необходимость раздобыть дорогую ткань либо найти ювелира, способного огранить какой-нибудь камень, который потом можно было бы носить на пряжке шляпы.

Нет, Трол не презирал их, но их образ жизни, их непонимание той жизни, которую вёл он, их неумение быть скромными, вызывало у него желание как можно дальше отстраниться от них. К сожалению, с королём Форзом Салимоном так поступить было невозможно. Его-то как раз следовало понимать, чтобы с ним договориться.

— Стража пусть держится на некотором расстоянии, — приказал король. — Я надеюсь, что Воин Провидения не станет нападать на меня, потому что со мной войны не ведёт, не так ли?

Трол сдержанно поклонился, хотя понимал, что снова всё делает не так, как принято в этом городе, — как раз его-то жест можно было признать за восточный вызов на поединок.

— Тогда пойдём, — король был уже слегка раздражён, но чем именно, Тролу было непонятно. — И начинай рассказывать, если у тебя действительно мало времени.

Они пошли по каким-то на редкость прямым коридорам, а Трол стал рассказывать. Когда он дошёл до описания зала, в котором обнаружились магические машины Басилевса, король Салимон чуть не сбился с шага. Теперь он шагал рядом и не сводил с Трола изумлённых глаз.

Когда они вышли в сад, оказавшийся скорее цветником, окружённым высокими, едва ли не крепостными стенами, и пошли по дорожке, Трол завершил своё повествование кратким описанием битвы за «Некрасавицу». Потом он рассказал о трёх имперских галеонах и ещё раз объяснил, почему ему нужны люди.

— Так, — король уже и не думал усмехаться. Он как-то съёжился, и стало видно, что молодечество его затихло, как эхо в горах. — Но ведь корабль тебе нужен не только для того, чтобы спасти свою жизнь?

— Верно. — Трол немного поколебался, потом рассказал парой фраз, что думает делать дальше, как будет продолжать свою войну с Империей.

Теперь король не поднимал голову. Наконец он выдавил из себя:

— Разве это возможно?

Трол пожал плечами, как некогда делал Роват. Ответа он не придумал.