Чтение онлайн

Еще больше раздражало отсутствие понимания, как все наладить. Николай вдруг осознал, что ему катастрофически не хватало опыта в решении бытовых и семейных проблем. Прежде он был избавлен от этих хлопот и считал их неважными, а теперь не знал за что хвататься. Да и не хотел ни за что хвататься! Мужское дело – бабки зарабатывать, а не вот это вот все!

С каждой секундой его все больше заводила эта ситуация. Он силился вспомнить, когда последний раз по-настоящему занимался воспитанием среднего сына и не мог. Как будто взросление прошло мимо него. Вроде и рядом, а вроде и где-то за границами восприятия.

И сказать бы, что это Верин косяк, что это она не справилась со своими прямыми обязанностями, да язык не поворачивался. Потому что она хотя бы пыталась, а он просто забил, с чего-то решив, что и без его непосредственного участия все само вырастет в самом лучшем виде. Ведь он обеспечивал. Покупал все, что душе захочется, возил на отдых, делал так, что любые желания исполнялись, словно по мановению волшебной палочки. А в итоге получилась какая-то шляпа.

Дороги были свободные, поэтому доехали они быстро. Артем молча пыхтел в сторону запотевшего окна, Николай так же молча крутил руль, выдавая свое раздражение только рывками рычага коробки передач.

Вскоре они остановились перед мрачной махиной спящего универа.

— И как ты собрался попасть внутрь? — спросил Ланской, хмуро глядя на черные провалы окон.

Артем тут же приободрился, вытащил из кармана джинсов небольшую связку и потряс ей:

— У меня вообще-то ключи от запасного входа есть.

— С какой это стати?

— Ты забыл? Университетская сборная может хоть ночами напролет тренироваться, а я, между прочим, капитан … — он гордо надул грудь, но напоровшись на ледяной взгляд отца, тут же сник, — все понял. Заткнулся. Не выпендриваюсь.

— Вот и правильно.

— Ладно, жди тут, я сейчас за сумкой сгоняю.

— А знаешь что? — сказал Ланской, наблюдая за тем, как сын бестолково и не с первого раза отстегнул ремень безопасности, — давай-ка я с тобой схожу.

Не то чтобы он не доверял своему среднему отпрыску, но мало ли… Вдруг начудит на хмельную-то голову? Что-то сломает, не запрет, а потом еще перед универом за него краснеть. Нет уж. Проще сходить.

— Зачем?! Я мигом! Туда и обратно!

Николай уже скептически относился к этим сыновьим «туда и обратно», поэтому демонстративно вытащил ключи из зажигания и вышел из машины.

— Идем.

Ланской-старший шел первым, а Артем плелся позади и бухтел, что он не маленький, что няньки ему не нужны, что он не тупорез какой-нибудь.

— Да-да, не тупорез. Давай живее.

Они зашли через задний ход сразу попав в коридор за спортивным залом. Внутри пахло потом и резиной, царил полумрак, едва разреженный дежурным освещением. Зато из-под дверей одной из раздевалок пробивался яркий свет. А еще раздавалась музыка. И характерные охи-вздохи.

Артем смутился:

— Кто-то из парней с девчонкой остался. Надо бы…

— Сумка там? — Николай жестко оборвал его невнятное блеяние, и получив кивок от сына, приказал, — Иди и забирай!

— Да ну. Стремно! Давай подождем…

— Вот делать мне больше не хрен, кроме как стоять в коридоре и ждать, как какой молокосос с девкой накувыркается! — окончательно разозлился Ланской.

Задев сына плечом, он подошел к раздевалке и небрежно толкнул дверь в эту обитель разврата. А там…

Если честно, никто из них сначала не понял, в чем дело.

Просто увидели крепкую, ритмично двигающуюся молочно-белую задницу и темные волосы, рассыпавшиеся по плечам.

Николаю было пофиг, зато Артем покраснел, как не целованный девственник, потому что узнал парня – Игнат Левшанов. Вечная заноза в заднице.

Он был так увлечен своей партнершей по физическим упражнениям, что не замечал ничего вокруг. Долбился с такой сосредоточенной рожей, будто не сексом занимался, а как минимум проводил настройку адронного коллайдера.

Артем уже хотел было кашлянуть, чтобы предупредить о том, что они не одни, но этого и не потребовалось. Увлекшихся любовников мазнуло прохладным порывом ветра, отвлекая от процесса. Синхронно вздрогнув, они недовольно обернулись…

В этот момент Ланскому-младшему показалось, что его с размаху огрели по голове пыльным мешком. А Старшему… Старшего почти парализовало.

Потому что черноволосой девкой, скачущей на этом молокососе, была никто иная, как его драгоценная, молодая жена, которая якобы осталась сегодня на съемках.

— Вероника, — прохрипел он, чувствуя вскипает кровь в венах, — как…какого черта?

Она тихо охнула, скатилась с парня, одновременно прихватив с лавки полотенце.

Выпучив глаза и не в силах ничего сказать, Николай наблюдал за тем, как она одновременно пыталась прикрыться полотенцем и натянуть трусы, как тряслась ее грудь, когда она неуклюже прыгала на одной ноге, не попадая в нужный разрез.

Она. Ему. Изменяла! С каким-то молодым оленем. Совокуплялась прямо на лавке, в мужской раздевалке, воняющей конским потом.

Воздуха не хватало. Ланскому, казалось, что еще миг и он спалит все вокруг, включая предательницу и ее любовника, который оказался гораздо проворнее.

Сходу оценив, что запахло жареным, он шустро прыгнул в штаны, не заморачиваясь с бельем и всем остальным, схватил рюкзак и проскочил к выходу, мимо окаменевших от шока Ланских.

На пороге обернулся и весело подмигнув Веронике, брякнул:

— На созвоне, детка.

— А ну иди сюда, сученыш, — Николай ринулся к нему, но парень уже выскочил за дверь и со словами:

— Э, нет, папаша, давай как-нибудь в следующий раз, — унесся прочь.

О том, чтобы догнать и речи не было. Ланскому и без того не хватало дыхания. Он только смог проорать след:

— Тебе, конец, слышишь? Конец!

В ответ хохот. Потом хлопнула входная дверь.

— А ты что стоишь, как хрен на горе? — прогремел Николай, накинувшись на сына, который стоял в углу, и по-идиотски хлопал глазами, — ты должен был его остановить!