Чтение онлайн

(i)А Бабушка, боясь поднять на него глаза, поджимали босые ноги под банкетку и ставила одну подпись за другой…(/i)

(i)Помощник дал знак увести Друга. И когда дверь за ними захлопнулась, он подошел к бабушке, намотал ее длинные волосы на правую руку, а левой стал расстегивать ширинку своих форменных галифе…(/i)

В день бабушкиного рождения утро, как всегда, началось с дикой суматохи: уже готовая к выходу из дома Лида мечется по квартире:

–  Где мои перчатки? Мама, ты не видела моих перчаток? Бабушка, с днем рождения! Прости меня, миленькая… Голова кругом… Ну где же мои перчатки?!

Нина Елизаровна вынимает Лидины вещи из шкафа, стопкой складывает их на диван:

–  Лидочка! Паспорт, билет на самолет и деньги будут лежать вот здесь. Да! Бабушка подарила тебе к отпуску пятьдесят рублей!

–  Бабуленька, спасибо, родненькая… Господи, ну где же перчатки?!

Настя в одних трусиках и короткой ночной рубашке убирает свою раскладушку.

–  Ты эту кофточку берешь с собой?
– спрашивает Нина Елизаровна.

–  Мама, успеется с кофточкой! Я на работу опаздываю! Где мои перчатки?

–  Завтра в шесть утра тебе улетать! Когда ты думаешь собирать вещи? Сегодня весь вечер у нас будет народ!

–  Боже мой, еще вчера перчатки лежали перед зеркалом в прихожей! Настя, где мои перчатки?

–  В машине - не можешь без перчаток?
– спрашивает Настя.

–  Какая машина?!
– орет Лида.
– Он еще позавчера вечером улетел! Ну где же мои перчатки?

–  Слушай, ты с этими перчатками уже всех в доме заколебала!
– Настя проходит в прихожую, вынимает Лидины перчатки из своей куртки.
– На, подавись своими перчатками!

–  Мама, ты видишь?! Ты видишь, что это такое растет?!
– кричит Лида, но в это время из бабушкиной комнаты раздается сильный удар корабельной рынды.

Бом-м-м!!!
– несется по всей квартире.

–  Судно! Судно забыли вынуть из-под бабушки!
– кричит Лида.

–  Иди, иди уже со своими перчатками, - говорит ей Настя и проходит в комнату Бабушки: - Привет, бабуля! Ну что там у нас?

Она довольно ловко вытаскивает судно из-под Бабушки, морщит нос и вопит на всю квартиру:

–  Ура! Бабушка покакала!

На вытянутых руках, отвернув голову в сторону, она проносит судно мимо сестры и матери в ванную:

–  Милости прошу! Вуаля! Какой цвет! А запах! Кристиан Диор!

Она сливает судно и начинает его мыть щеткой.

–  Что ни говори, а в жизни всегда есть место подвигу! Да, Лида?

–  Дура малолетняя! Раз в жизни… И то умудрилась спектакль устроить!
– почему-то обижается Лида и выскакивает за дверь.

Настя выходит с чистым судном из ванной и уже без ерничества, спокойно просит мать:

–  Мамуль, подмой бабушку сама. Мне, наверное, с этим не справиться.

Нина Елизаровна берет Настю за уши, притягивает к себе и целует ее в нос…

В теплой курточке, в джинсах, заправленных в резиновые сапожки, и в спортивной шапочке Настя стоит в кухне и записывает все, что говорит Нина Елизаровна:

–  Черный хлеб - целый. И два батона белого по двадцать две. Виктор Витальевич любит по двадцать две. И обязательно смотайся в «Прагу»! Там могут быть крутоны из ветчины. Помнишь, я к Новому году покупала? Так… Нас - трое, Виктор Витальевич - четыре, папа - пять, Евгений Анатольевич - шесть.

–  Что еще за Евгений Анатольевич?

–  Я тебе уже говорила. Возьмешь шесть штук. Ясно?

–  Да. А бабушка будет опять овсянку жрать?

–  Настя!.. А бабушке там же купишь две куриные котлетки.
– Нина Елизаровна лезет в шкафчик за деньгами и видит несколько трешек, лежащих отдельно.
– А это что за деньги?

–  Степуху вчера получила.

–  Очень кстати. А почему так мало?

–  Елки-моталки!
– вспоминает Настя, открывает холодильник и достает из морозильной камеры смерзшийся пакет.
– Я же к сегодняшнему дню языки достала! Шесть сорок за них отдала! Мамуля, их же нужно срочно разморозить!

–  Языки? Настя! Немедленно признавайся, где ты достала языки?

–  Мам, знаешь, есть такой анекдот: что такое «коммунизм?» Это когда у каждого советского человека будет свой знакомый мясник в магазине. Вот мы сегодня и заглянем в наше светлое будущее…

–  Это безнравственно, Настя! И отвратительно!

–  Зато вкусно! Давай деньги, я пошла, - Настя вынимает из рук матери деньги, берет сумку и уже в дверях говорит: - Ма, я заскочу на рынок? Папа очень любит киндзу. Куплю ему пучок?

–  Купи… - растерянно говорит Нина Елизаровна.

Троллейбусная остановка точно напротив Лидиной работы.

Лида выскакивает из троллейбуса, перебегает тротуар и плечом толкает старинную роскошную стеклянную дверь своего учреждения.

И тут же, в тамбуре, перед второй, тоже прозрачной дверью, Лиду останавливает молодая печальная женщина с пятилетним мальчиком.

–  Простите, пожалуйста. Вы - Лида?

–  Да. А собственно…

–  Я - Надя. Жена Андрея Павловича.

Лида зажмуривается, нервно трет руками лицо.

–  Простите меня, Лидочка, - с трудом говорит Надя.
– Но мне сейчас просто не к кому…

–  Что вы, что вы… Это вы меня простите… Это я… - сгорая от стыда, бормочет Лида.

–  Вы уже знаете?
– горестно спрашивает Надя.

–  Что-нибудь с Андреем Павловичем?!
– пугается Лида.

Маленький мальчик крепко берет Лиду за руку, поджимает ноги и пробует качаться, держась одной рукой за руку матери, а второй - за руку Лиды.

–  Они уехали вместе на юг. С вашей подругой. С Мариной…