Релокант 7
Шрифт:
— Не со мной. Как я уже сказал, я бы мог оставить вам снаряжение. Артефакты, оружие, расходники — всё это на несколько сотен человек. А если попробовать разделить экипировку, сможешь больше тысячи снарядить. И это не какой-то шлак редкий. Очень редкие, уникальные и даже легендарные вещи.
— Но откуда ты…
— Присоединяйтесь к нам, к Империуму, и забирайте всё это в качестве дара. Когда я выведу вас в безопасное место, это и многое другое станет вашим. Больные получат лечение. Раненые — шанс на жизнь. Вы наконец перестанете дышать этими миазмами, этой гадостью… Вот договор! Подпиши его, прими в свой «клан» людей и получишь выход из этой ситуации.
— Как ты хочешь всё это провернуть, сын?
— Помнишь, мы жили в общаге…
— В каком городе?
— В любом. Как думаешь, если потесниться, в такую влезло бы пару тысяч человек?
— Легко! — кивнул мне батя.
— Ну вот. У меня в кармане есть такая общага. Пространственный артефакт. Только там сейчас грязно: там много мёртвых монстров. Я храню их, как ресурсы…
— Если мы сможем выбраться, я найду хоть сто желающих выдраить всю эту общагу. Но сперва покажи мне её.
Пространственный лагерь развернул перед отцом свою дверь. Откровенно шокированный батя шагнул внутрь, а потом не менее шокированный вылетел обратно вместе с чёрным рыцарем из некрополиса…
А, блин, забыл…
— Стой, тупая ты башка! Батя, знакомься! Это — поднятая нежить. Неживые и немёртвые стражи. Они же грузчиками работают, монстров там, добычу носят…
— Удобно ты, млять, придумал… — восстанавливая дыхание и поправляя доспехи, поднялся отец с земли. — Не, ну ты видел, как я ему врезал?!
— Там ещё крабы есть… Те вообще больные на голову. Подожди, я приказы им отдам.
Началась экскурсия, где батя, как крепкий хозяйственник, определил, что и где надо исправить, что куда перенести и где законопатить двери, чтобы вонь не шла.
К рассвету люди в штольнях исчезли. Исчезли палатки и оружие. Один только редкий мусор свидетельствовал о том, что хоть какая-то цивилизация когда-то жила в этих пещерах, как в своём доме.
У входа в шахты моя поднятая нежить продолжала непрерывную войну с тянущимися отовсюду драурами. Своих «вечных» стражей я был вынужден посадить в мелкую коморку у входа, закрыв на ключ. Пригодились навыки игры в «Тетрис». Иначе я не представляю, как ещё их там можно было складировать.
Из интересного: один из людей в общаге нашёл странный люк вниз. Правда, пока я не пришёл, никто так и не смог открыть его. Дёрнув за кольцо, заменяющее ручку, увидел полуметровый провал, что заканчивался бетонным полом. В общем, если я увеличу уровень артефакта, то догадываюсь, за счёт чего прирастёт его пространство для хранения и проживания.
— Может ли один артефакт стать со временем целым живым миром? —удивлённо пробурчал я, закрывая люк. А когда вышел наружу, отдал приказ всем поднятым воинам идти в атаку, параллельно набирая для меня опыт. До тридцать пятого уровня там не так уж много и осталось…
— Кхи-и-и-и!
— Заходи на посадку, мой друг!
В далёких лесах Шелиона
К пограничной заставе Великого дома Грейвов подкрадывался отряд высокоуровневых бойцов из Великого дома Хотан. Задачу им поставили весьма любопытную: уничтожить заставу, сжечь её и оставить послание обнаглевшей и зазнавшейся Арафируэль — жалкой предательнице, что не только им палки в колёса вставляла, но ещё и якшаться с людьми начала.
Насколько же сильно надо пасть и отчаяться, чтобы пойти на союз с этими слабыми, ничтожными и мелкими дохликами. Да, природа обделила их силой, но взамен наградила хитростью.
Однако предательница должна ответить за свою слабость. Шелион станет великим! Под руководством Ому и Хомул! Первый легендарный отряд получил своё первое по-настоящему важное задание — объявить войну Грейвам.
Закованные в легендарные доспехи бойцы тихо подкрались к заставе. Скрытые артефактом, они вытащили свои клинки. Каждый из них имел уровень выше двадцатого и до попадания в этот мир считался элитным воином. Всё-таки не каждый может похвастаться непревзойдёнными навыками владения оружием, выдержкой и дисциплиной. Брат и сестра были уверены, что никто не сможет сравниться с ними. Только их персональная гвардия и стража могли соперничать по артефактам с элитным отрядом.
Командир альвов растянул на земле пергамент и начал читать начерченные на там слова, вливая ману. Тянулась секунда за секундой. Легендарная печать легендарного свитка наполнялась маной. Наконец символ в его центре засиял.
Свечение полностью сняло маскировку, поэтому в следующую секунду альвы отправились в бой.
Застигнутый врасплох отряд погранзаставы подорвался к сигнальным огням и трубе, но… Абсолютная тишина… И полностью заблокированные заклинания.
Купол безмолвия… Жуть, накрывшая округу заставы, не позволила выйти наружу ни единому звуку. Магия также не работала. И не будет работать ещё полчаса. Только оружие, доспехи и мастерство боя покажут, кто будет жить, а кто умрёт.
Клинки столкнулись. Пролилась кровь. Застава пала. Хоть и сражалась до последнего вздоха своих бойцов. Жадный огонь поглотил трупы, и лишь один невосприимчивый к огню холщовый мешок остался лежать на пепелище нетронутым. А в нём традиционный альвийский способ объявления войны: голова дипломата, просившего о мире и переговорах.
Глава 10
Солнце нещадно жарило вовсю, заставляя меня истекать потом, даже сидя на своём вип-аэроплане. Погода тут неадекватно отличалась от других регионов, где уже ночью в полной мере ощущалась осень. Особенно в Холмогорье… Здесь же… Будто издеваясь надо мной и моими попытками справиться с палящим солнцем при помощи артефактов, природа была столь категоричной, что я диву давался.
Во время охоты на гигантского лавового краба, конечно, тоже было жарко, но там подобное как-то само собой разумелось. И я бы даже не сказал, что было жарче. Разве что около самих лавовых озёр и ручьёв, что время от времени появлялись в этом подземном лабиринте. Тут же пришло чёткое осознание: это место не для людей. Вряд ли здесь к обеду менее шестидесяти градусов Цельсия будет.
— КХИ-И-И!
— Да, лететь нам ещё много… Давай тормози на первом подходящем месте, где есть хоть какая-то тень, — согласился я с птицем, и мы продолжили вояж по этой воистину огромной пустыне.