Чтение онлайн

— Отчитаться есть о чем. А план… Да нарисуй что-нибудь в общих чертах. Крым поймет.

— Крым поймет, Феофанов тоже. Только всем станет ясно, что мы топчемся на месте. Ладно, нечего сейчас голову забивать. Дождемся результатов экспертизы.

— Но результаты поступят позже срока твоего планового доклада в Центр.

— И что? Гнать туфту не буду. Так и доложу: плана на завтра у меня пока нет!

— Да, ситуация…

Неожиданно зазвонил сотовый телефон Тимохина. Александр взглянул на дисплей:

— Хм, интересно. Локтев… Слушаю вас, Алексей Дмитриевич.

— Есть интересная информация.

— Ну, и что за информация?

— Час назад я встретился с участковым, в чей участок входит улица Тихая. Участковый — мы с ним раньше вместе работали — сказал, что сегодня неожиданно для жителей улицы Зоя Черенкова сдала в аренду свой магазин.

— Ну и что?

— Этот магазин, по словам того же участкового, Черенкова пыталась неоднократно сдать в аренду или продать. Магазин почти не приносит прибыли и потому раньше не привлекал внимания наших бизнесменов. И вдруг такой клиент нашелся?!

— Ну и что, Алексей Дмитриевич? Ну, нашелся, значит, кто-то решил рискнуть. А скорее, кому-то нужна лишняя площадь. Возможно, под склад или под цех, чтобы наладить какое-нибудь производство.

— Да все бы ничего, товарищ полковник, если посредником в сделке не выступил бы господин Розин, в последнее время сблизившийся с владелицей магазина. Хотя до этого он на Зою Черенкову никакого внимания не обращал.

— Я понимаю вас, Алексей Дмитриевич. Ваше желание помочь нам похвально, но я не вижу ничего странного в том, что одинокий мужчина, пусть и неожиданно для всех, сблизился с одинокой женщиной, а затем помог ей решить проблему с магазином. Кстати, кому Черенкова сдала магазин, вы знаете?

— Лишь то, что это женщина, лет двадцати пяти — тридцати, якобы жена старого товарища Ивана Петровича. Но, опять-таки по словам участкового, у Розина ни старых, ни новых друзей-товарищей в городе не было.

— Этого участковый знать не может. То, что Розин не афиширует свои знакомства, не означает, что у него нет товарищей или знакомых.

— С товарищами хоть иногда встречаются, а Розин ведет — точнее, вел ранее — замкнутый образ жизни. Вот у дочери его, Алисы, друзей хоть отбавляй.

— Общительная девочка?

— Даже слишком. Особенно когда под кайфом.

— В смысле?

— Наркоманка она.

— Да? И сколько ей лет?

— Двадцать пять.

— Не сказать, чтобы совсем молоденькая. А с чего вы взяли, что она наркоманка? Состоит на учете? Или участковый поделился предположениями?

— Нет. У меня есть достоверная информация о том, что она употребляет наркотики.

— Их сейчас, к сожалению, употребляет значительная часть молодежи.

— Понятно. Значит, я напрасно позвонил? Дела Розина вас не интересуют?

— Послушайте, Алексей Дмитриевич, вам, по-моему, определена задача, контролировать проведение дополнительной экспертизы, не так ли?

— Так точно!

— Вот и занимайтесь порученным делом. Ну, и если вас чем-то беспокоит Розин, попытайтесь скрытно — подчеркиваю, скрытно — добыть информацию о знакомом Ивана Петровича и его супруге.

— Понял. Сделаю.

— Надеюсь, вы не обиделись на меня?

— Какие могут быть обиды, товарищ полковник? Возможно, толку от меня мало, но я искренне хочу помочь вам. И довести до конца дело об убийстве Воронова, несмотря на запреты.

— Я вас понимаю. И готов, в свою очередь, оказать вам помощь. Поэтому продолжаем работать вместе.

— До связи, товарищ полковник!

Тимохин отключил телефон.

— Мент усердствует? — спросил Шепель.

— Миша! Человек хочет помочь нам.

— И что он сообщил?

— Поведал о некой сделке, связанной с неким магазином.

Тимохин передал Шепелю суть разговора с Локтевым. Майор, на удивление, отнесся к сообщению капитана милиции серьезно.

— Странная сделка. Молодец Локтев, работу свою знает. Вот тебе и план, Сан Саныч. Сбрось в центр информацию по этой сделке и сообщи, что завтра мы проверим ее.

— А зачем нам это нужно? Проверять, кто снял магазин, за какие «бабки», на какой срок, юридическую чистоту сделки — это не наша работа. Это работа Локтева, а капитан в группу поиска не входит. Следовательно, его деятельность мы планировать не можем.

— Но ты же уже нагрузил его проверкой!

— Так это больше ему нужно, а не нам. Хотя, может, что и накопает Алексей Дмитриевич.

— Еще кофе?

Александр махнул рукой:

— А, давай! Только не слишком крепкий.

В 21–00 сотовый телефон Тимохина вновь зазвонил. И вновь на дисплее высветился номер Локтева.

— Неймется капитану, — проговорил Тимохин.

Александр и подумать не мог, что этот звонок в корне изменит общую обстановку и неожиданно, благодаря упорству капитана милиции, выведет группу спецназа и на наблюдателя, и на одного из членов банды Вампира.

— Да, Алексей Дмитриевич?

— Извините. Экспертизу планируют начать ориентировочно в 1-00, поэтому работал по лицам, арендовавшим магазин.

— И что же вы выяснили?

— Во-первых, то, что никакого товарища-бизнесмена у Розина нет, но об этом говорил и участковый. Во-вторых, магазин арендовала гражданка, у которой нет не только мужа и собственного дела, но и даже своей квартиры.

— Вот как? И кто же эта загадочная арендаторша?

— Приезжая дама. Некая… Елена Степановна Лунций!

Тимохин, в ходе переговоров прикуривший сигарету, выронил ее на пол, воскликнув:

— Кто?!! А, черт, погоди…

Он поднял сигарету, бросил ее в пепельницу, переспросил:

— Как, ты сказал, имя арендаторши?

Тимохин не заметил, как перешел с капитаном на «ты». Впрочем, Локтев не обратил на это внимания.

— Лунций Елена Степановна.

— Не может быть.