Чтение онлайн

Начались даже «аналитические» рассуждения о том, что даст Сноудену свадьба с красавицей-шпионкой, помимо очевидных супружеских привилегий.

Во многих СМИ не нашлось ремесленников, чтобы провести простой фактчекинг и убедиться, что у настоящего Эдварда Сноудена, экс-сотрудника ЦРУ, рассказавшего миру о том, как Америка шпионит за интернет-пользователями, нет твиттер-аккаунта, по крайней мере, открытого для всех. Однако в некоторых журналисты все же нашлись, слава богу, и объяснили своим читателям, что Чапман-то настоящая, а вот Сноуден — нет, и свадьбы не будет. Как развивалась бы эта история, если бы блогеры вытеснили работающих за деньги журналистов? Подозреваю, что наткнуться на опровержение в соцсетях было бы намного труднее, и многие бы так и думали, что Сноуден и Чапман нашли друг друга.

Я так считаю, потому что у блогера нет никаких вообще обязанностей: он пишет и комментирует по велению сердца. Если новость кажется ему красивой, какая разница, правда ли она? У журналиста обязанности есть: прежде всего он должен (хотя об этом не все помнят) стремиться выяснить правду.

Ну и есть все же такая штука, как ремесленное мастерство. Сапрыкин пишет так емко и красиво, потому что он профессиональный журналист. Но дело даже не в умении писать текст, а в технике сбора информации.

Например, вывесили на форуме «Я плакал» фотографии дачи главы РЖД Владимира Якунина. Дача оказалась вызывающе роскошной, и фотографии вскоре разошлись по сети. Их перепостил Навальный, надеясь выяснить побольше — и быстро выяснил, в каком населенном пункте находится дворец: в поселке Акулинино Домодедовского района. Вскоре всплыли и документы о собственности на дом. Но только профессионалы — Роман Шлейнов и Елена Виноградова из «Ведомостей» — сумели выяснить подробности о поселке, в котором, как оказалось, находятся дома и других важных и богатых людей — от генерала ФСБ Анатолия Грошева до главы «Ростехнологий» Сергея Чемезова. Репортеры даже поговорили с сыном Якунина Андреем, который поделился некоторыми подробностями о схеме владения дворцом и его знаменитым шубохранилищем.

Нет, все это теоретически могут делать и блогеры. Тот же Навальный много раз писал в своем блоге вещи, которые либо ускользнули от внимания профессиональных СМИ, либо раскрывались в них фрагментарно и потому не так интересно, как у него. Но даже Навальный — у которого от точности и сенсационности разоблачений зависит репутация борца с коррупцией — не обязан проводить расследования на регулярной основе. А отдел расследований «Ведомостей» — обязан: люди там получают деньги за это и только за это.

Блогер, даже если у него много свободного времени, не обладает теми ресурсами, которые в состоянии дать человеку профессиональная редакция. Он редко может оплачивать командировки — а они бывают необходимы. У него нет за спиной редактора, который может и из полиции его вызволить, используя статус СМИ, и от давления со стороны озлобленных фигурантов защитить — если это хороший редактор. Вокруг него нет ньюсрума, в котором сидят готовые поделиться телефонами и даже сделать часть вспомогательной работы коллеги. Да, ему доступен сетевой «коллективный мозг», но это не совсем то же самое, что большая редакция, в которой люди годами занимаются каждый своей темой и, главное, все готовы помочь. Наконец, у блогера нет, скорее всего, подписок на информационные ресурсы, от системы СПАРК, в которой можно прослеживать связи между людьми и компаниями, до терминала Bloomberg, позволяющего делать «на лету» финансовую аналитику. Можно все это собрать по знакомым — но как это муторно и медленно! Поэтому блогеры все-таки реже, чем профессиональные репортеры, раскапывают — и выверяют — что-то важное первыми. Вымрут редакции — останутся только эти относительно редкие случаи.

На второй вопрос ответ, похоже, отрицательный. До недавних пор я придерживался мнения, что средство массовой информации должно получить такой официальный статус. Он ведь призван защищать журналистов от всех форм произвола, когда они на работе. Также полезны бывают — иногда — аккредитации на официальные мероприятия. Однако чем дальше я смотрю на Sports.ru, — лучший в России спортивный ресурс, не зарегистрированный при этом в качестве СМИ, — тем отчетливее понимаю, что статус больше не нужен.

Дело в том, что на Sports.ru существуют блоги пользователей. Зарегистрируйся этот сайт в качестве СМИ, за каждую запись в блогах редакция должна будет нести ответственность — и по гражданскому законодательству, и даже, после введения статьи о клевете, по уголовному. Чтобы взять эту ответственность на себя, блоги пользователей надо предварительно модерировать. Это дорого и не всегда осмысленно идеологически. Допустим, автор текста готов нести ответственность за свои слова, но вы не готовы разделить ее с ним. В СМИ вам придется сделать это или снять текст. Если вы не СМИ, разделение возможно. Главное — чтобы и читатель видел разницу между вашим редакционным контентом и пользовательским.

На мой взгляд, для современного средства массовой информации такая свобода маневра важнее, чем немногочисленные преимущества «официальности». Да и аккредитуют популярных блогеров — и журналистов незарегистрированных СМИ вроде Sports.ru — почти везде, где к этому стоит стремиться.

Да, у Sports.ru был случай, когда ее журналистов отказались аккредитовать на сочинские Олимпийские игры. Но там аккредитацией занимались представители госагентства РИА «Новости», конкурирующего со Sports.ru. И частный ресурс неизбежно справится с освещением Олимпиады лучше государственного, даже без официальных бумажек и доступа в пресс-центр.

В этом смысле важнее марка, чем статус. Sports.ru — марка, и даже просто имя «Юрий Сапрыкин», например, тоже. Его фейсбук — СМИ, просто потому что он это он. И никакого дополнительного статуса ему не нужно. Конечно, Сапрыкин заработал имя в традиционных СМИ, а именно — в журнале «Афиша». Но есть и множество чисто «интернетных» имен, которые даже нет смысла перечислять — они у всех на слуху.

Что же касается защиты от произвола — в нашей стране она, к сожалению, невозможна. Исходящий от полиции и спеслужб риск для блогера и для журналиста — одинаков. Это в Америке преследуют того же Сноудена, но не редакции, публикующие его материалы. У нас война в подобном случае была бы тотальной, и строить иллюзии на этот счет бессмысленно. Обыски в редакциях, «выемки» серверов — обычное дело. Так какой смысл тогда регистрироваться? Если ты работаешь как профессиональное СМИ, официально им быть в нашей стране не обязательно.

Ответ на третий вопрос имеет прямое отношение от ответу на первый. Правила для журналистов существуют, чтобы читатель на выходе получал все-таки правду, а не что попало. Коммерциализация блогов в середине 2000-х обернулась неконтролируемыми потоками «джинсы» сперва в ЖЖ, а потом и в остальных соцсетях. Сайты и блоги часто используются в качестве «сливных бачков» — как читателю понять, где информация купленная, а где правдивая? Редакции, понятное дело, тоже всегда под подозрением, но некоторым удается все же выстроить репутацию бескорыстных и стремящихся правдиво освещать события. Как они это делают? Те, в которых я работал, — The Moscow Times, «Ведомости», SmartMoney, российский и украинский Forbes, Slon.ru, иностранные редакции, — строили репутацию, именно соблюдая многочисленные правила этического свойства и отказываясь от денег за то, за что их брать нельзя. Блогерам, если они хотят работать сколь-нибудь долго и превратиться в СМИ, придется вести себя так же — никакой другой способ добиваться читательского доверия за последние лет двести не изобретен.