Чтение онлайн

Ему предстояла прогулка длиною в вечность. Стиснув зубы, полковник сделал еще один «подпрыг», полушажок-полупрыжок. И еще один. Видит Бог, он двигался!

— Что, черт возьми! — Вес и Райс почти столкнулись друг с другом в тени деревьев, росших вдоль дороги.

— Мне показалось, я просил вас оставаться с миссис Фэллон, — раздраженный голос Райса доносился сверху. Майор сидел верхом на лошади. Вес облокотился на костыль. Он ненавидел себя за то, что почувствовал облегчение при виде майора.

— Я думал…

— Сделайте одолжение, не думайте больше. Это вредно для нас обоих, черт возьми!

Вес пришел в негодование.

— Эти лошади не похожи на наших.

— Они и не наши. Я их обменял. Двух уставших на двух отдохнувших. — Райс приблизился к Весу — Держитесь за мою ногу, а костыль дайте мне.

Вес пребывал в нерешительности.

— Вам предстоит небольшая конная прогулка, — грубо бросил Райс.

Вес не двинулся с места.

— Послушайте, — произнес майор, — я объясняю только один раз. Нам повезло — мы ехали по главной дороге, и нас никто не тронул, хотя мы производили впечатление ненормальных. Мне бы не хотелось сейчас попасть в лагерь джонни с офицером-янки. Побывав в плену, я не собираюсь больше рисковать. А теперь, черт возьми, забирайтесь сюда, — Райс протянул руку. Вес молча подал майору костыль, наблюдая, как тот переложил его в правую руку, затем протянул полковнику левую. — Держитесь, — скомандовал Райс, что Вес и сделал, удивляясь, как Райсу удалось так быстро вернуть прежнюю силу.

С помощью майора Вес вскарабкался на лошадь и, устроившись позади валлийца, он внезапно ощутил гордость.

Посмаковать это чувство ему не удалось: Райс вернул ему костыль и, ударив лошадь, пустил ее рысью.

Сюзанна привыкла относиться к себе, как к сильной и выносливой женщине. Падение и растяжение сухожилий ее не пугало, но когда путники остановились на вынужденный ночной привал, Сюзанна почувствовала себя обессиленной и крайне измученной. Время от времени больное сознание отказывалось четко фиксировать действительность: события и лица беспорядочно сменяли друг друга, будущее свободно перетекало в прошлое и обратно. Когда сознание прояснялось, то мысли и душевные силы возвращались к Весу и Райсу: если она чувствует себя так скверно, каково должно быть им, тяжело раненным?

В темноте Сюзанна едва различала очертания человека верхом на лошади. Это был Райс Реддинг.

— Я обменял лошадей, — сухо сообщил он, находясь еще на значительном расстоянии от Сюзанны.

Нарочитая сухость тона свидетельствовала о том, что этой фразой он предполагал отделаться от дальнейших расспросов.

— Я думаю, нам надо пошевеливаться. Недалеко отсюда стоят воинские части джонни.

Сюзанна бросила вопросительный взгляд на Веса. В ответ он неопределенно пожал плечами.

Райс быстро собрал их немудреные пожитки: одно из платьев, остатки еды, после секунды размышлений — корзиночку с шитьем. Затем он покрыл тремя одеялами лошадь, нетерпеливо переступающую в ожидании седока.

Поразмыслив немного, майор сунул Весу саквояж с вещами и второй костыль, который ему удалось разыскать по дороге. Повернувшись к Сюзанне, он отчеканил:

— Вы сядете со мной.

— Нет, — вмешался Вес.

Райс пропустил его слова мимо ушей. Он обращался к Сюзанне.

— Вашему брату будет трудно сохранять равновесие. Если бы у меня было седло… я был бы спокоен за него, но…

Он не сказал открыто, что брат и сестра просто свалятся с лошади, если поедут вместе, но предыдущая фраза плохо скрывала именно этот смысл.

— Мы оба хорошие наездники, — слабо запротестовала Сюзанна.

Вес оскорблено сверкал очами. Женщина опасалась того, что может произойти, сядь она вплотную к Райсу Реддингу. Сюзанна хотела бы поразмыслить над ситуацией, но времени было крайне мало, а Райс был жесток:

— У вашего брата нет ноги, у вас растянута лодыжка, ни у кого из нас нет седел и поводьев. Думаю, с нас достаточно происшествий и несчастных случаев. Если вы нуждаетесь в моем сопровождении, Сюзанна едет со мной.

Райс повернулся спиной к Весу и Сюзанне, и было очевидно, что никаких возражений он не потерпит. Майор привел лошадь, оставленную им в негустой роще, и подвел ее к Сюзанне. Затем подал ей руку, не оставляя возможности выбора.

С помощью майора Сюзанна мгновенно оказалась на лошади. Она сидела позади Райса. Платье высоко задралось, обнажив безупречные ноги. Сюзанна с тоской вспомнила о бриджах, которые она носила в Техасе.

Реддинг пришпорил лошадь и пустил ее рысью. Женщина сразу же оценила мастерство майора; он был превосходным наездником, таким же искусным, как Марк.

Чтобы не упасть, Сюзанна должна была держаться за Райса. Но, едва дотронувшись до его обнаженного торса, она отдернула руку с извинениями, будто боится задеть рану. Это была половина правды. Их ноги соприкасались. Она оценила силу его мускулов, его мужскую мощь, порождающую жар в ее изнемогающей плоти. Сюзанна всеми силами сопротивлялась зову естества: старалась сидеть, упершись руками в собственные бедра, старалась погрузить себя в приятные воспоминания о доме, о реке, по берегам которой раскинулись заливные луга, о холмах, каждую весну покрывающихся голубыми цветами.

Женщина прикрыла глаза, пытаясь сохранить красочные видения, но вместо этого вспомнила, как майор ощупывал ее тело после аварии. Нежность. Мягкость. Мечта. Само воспоминание об этом было невыразимо приятно. Никогда в жизни она этого не испытывала. Такого растворения в другом существе, готовности принадлежать ему полностью она не знала с Марком.

Сюзанна вырвалась из грез и заставила себя подумать, что была не права. Напротив, с Марком ей было хорошо. Значительно лучше, чем может быть с этим загадочным, темным валлийцем.

Дом. Надо думать о доме. Марк. Вспомни о Марке. Не думай о человеке, в чью спину упирается твоя грудь. Не думай о нежных ворсинках, которыми покрыта его спина, не думай о запахах, которые источает его тело. Не думай, как ему удалось встряхнуть и возродить твою душу, пробудить тебя от долгого сна, заставить забыть о возрасте и положении.

Часы близости. Дни. Недели… Глупо было бы рассчитывать на такое блаженство. Тем не менее женщина трепетала в предчувствии именно таких часов, дней, недель. Она была на пути к дому со своим ночным ястребом.