Чтение онлайн

Беззащитна, одета в шелка,

Крылья лёгкие, как облака.

Неуместна, но так хороша!

Так живая порхает душа

В мире, мёрзнущем точно в снегу.

Ты смогла? Значит, тоже смогу.

Мышка

Когда кажется, аут и крышка,

Проиграл ты в упорной борьбе,

Прибегает хвостатая мышка

И несёт перемены в судьбе.

Не дракон, не Годзилла, малышка –

Незаметная помощь тебе.

Одной крови

Выживать — готовым быть к атаке

И не знать, когда придет гроза.

Я вчера в кафе чужой собаке

Заглянула в грустные глаза.

Пёс просил не как иной невежа,

Тихо стоя рядом, у стола.

Взгляд его — покой, тепло, надежда.

Отказать я в просьбе не смогла.

Вдруг душа его породы редкой –

Пёс совсем меня очаровал.

Угостить звала его соседка,

Подошёл к ней, но кусок не взял.

Мне другого чувствовать не внове,

Книгу Джунглей чту через года.

С псом одной мы были, видно, крови.

Жаль, с людьми дано так не всегда.

Скорость за двести

Скорость за двести,

Время — разбег,

И каждый день — плюс двадцать.

Кто тебя спросит? О, человек,

Нужно уметь сдаваться.

Надо меняться уметь, когда

В пропасть ушла дорога.

Сдаться другому, врагу — беда,

Можно и нужно — Богу.

Поток

Если ты мчишься всегда вперёд

И выжимаешь двести,

Правил не зная — кто-то умрёт.

Или же стой на месте…

Это не личная глупость, вражда

Или твои причуды,

Просто поток — не совсем туда,

Может, и не оттуда.

Где-то спокойнее — задний ряд,

Здесь же колотятся все подряд,

Некоторые ещё горят –

Кто-то нагреет руки.

Очень возможно, снесёт с пути,

Крылья отращивая, лети,

Если не можешь, тогда прости –

Скорость не знает скуки.

Правила стали, как решето,

Судьи, по сути-то, судьи кто?

Будто не свято уже ничто

В мире шальных течений.

Можешь — лети, обогнав поток,

Будто сквозь кожу пустили ток.

Но не сверни по ошибке в сток

Чьих-то отживших мнений.

Космос

Время вспять — изменяет течение,

И ничто не имеет значения.

Ты как будто живёшь на другом этаже

Или, может, корабль с ускорением

Десять-пятнадцать же.

Здесь так много понятно и видно,

Что домой возвращаться обидно.

Но проблемы особого рода –

Там, где вакуум, нет кислорода,

И движение слишком стремительно,

Что для жизни обычной губительно.

Огонёк

На другом конце пути,

Не в твоей Вселенной,

Тоже где-то мог взойти

Огонёк нетленный.

Может быть, иной там свет,

Цвет и амплитуда,

Но горит так много лет

Он в порядке чуда.

Корабли

Скорости на пределе.

Ты ведь со мной, ты в деле?

Будет, как мы хотели?

Если бы дело в теле,

Разве б тогда мы пели?

Штормы, что налетели,

Выкорчевать успели

Лишнее. На мели

Были все корабли.

Кажется, мы прошли?

Везде

А Бог улыбается с разных полотен,

И, может, с купюр, вроде тысяч и сотен.

Из статусных тачек, с повозок цыганских,

Он в лицах таинственных и хулиганских.

Он в солнце, в дожде, в Петербурге, в Москве,

В седом драматурге, в промокшей траве.

Он в честном и смелом, Он есть в подлеце,

В немодном, уместном, в начале, в конце.

Он в каждом творении, в каждом созданьи.

Он в видимом мире, на грани, за гранью…

О разных

Я видела иных, живущих на горе

И что-то ищущих в своём уединеньи.

И каждый Божий день встающих на заре,

Идущих к роднику росой под птичье пенье.

Они свои дома закрыли на засов,

И чужды тишине их звуки голосов.

Я видела других, в обычнейшем быту

Сумевших сохранить всю жизни красоту,

Приветливых душой и щедро раздающих

Себя другим, в толпе путём своим идущих.

И, если их спросить, могли бы те и те