Рэп для мента
Шрифт:
Роман глубоко затянулся и почувствовал, как внутри начинает подниматься волна знакомого упрямства, смешанная с солидной дозой адреналина. Он знал, что теперь, невзирая ни на что, он пойдет и посмотрит.
И он пошел и посмотрел.
Осторожно раздвинув заросли сорняков, Роман присел на корточки и, откинув веточкой тряпки, стал внимательно рассматривать валявшуюся на земле адскую машину. Выглядела она и на самом деле устрашающе, но…
Роман сразу заметил, что витые цветные провода были просто примотаны к глянцевым красным цилиндрам изоляционной лентой, да и сами цилиндры вблизи выглядели как театральный муляж. А когда Роман понял, что это всего лишь картонные трубки, на которые наклеена ярко-красная бумага с отпечатанными на принтере крупными заграничными надписями «Explosive» и «Dangerous», что означало «взрывчатка» и «опасно», то облегченно вздохнул и смело взял «адскую машину» в руки.
Кроме фальшивых толовых шашек и цветных витых проводов, к портупее были прикреплены несколько дверных глазков с идущими к ним проводами, а в склеенной из картона коробочке, обмотанной черной изолентой, обнаружился маленький магнитофон. В коробочке были прорезаны отверстия напротив кнопок управления, и Роман нажал на кнопку с надписью «Play».
Послышалось шипение пустой ленты, тогда Роман отмотал немного назад и снова включил воспроизведение.
Из магнитофона раздался искаженный до неопознаваемости голос:
— … товьте двести тысяч долларов и положите их в полиэтиленовый мешок. В противном случае я нажму кнопку, и от вас останется мокрое место.
Пауза.
— И без шуток. На женщине четыре видеокамеры, и я вижу каждое ваше движение. Выполняйте то, что я сказал.
Пауза.
— Выполняйте то, что я сказал. У вас есть пять минут. После этого я нажимаю кнопку.
Пауза.
— Всем остальным оставаться на местах.
Пауза.
— Отдайте деньги женщине.
Пауза.
— Покажи деньги.
Пауза.
— Хорошо. Теперь положи их в мешок.
Пауза.
— Слушайте внимательно. Сейчас женщина выйдет из банка, сядет в свою машину и уедет. Вы не будете следить за ней. Мы наблюдаем за вами, и, если что-то будет не так, взорвем эту женщину. Все. Можешь идти.
После этого запись кончилась, и Роман, послушав еще раз шипение пустой ленты, нажал на «Стоп».
— Та-ак… — сказал он, — ничего себе!
Потом подумал и слегка изменил формулировку:
— Ни хрена себе!
Но и это выражение было слабовато, поэтому Роман взглянул в ту сторону, где исчезла серебристая «БМВ» с таинственной красоткой за рулем, вздохнул и воскликнул:
— Ни хуя себе!!!
Из-за гаражей послышался голос шиномонтажника:
— Э, чего там такое?
Роман вздрогнул и, воровато оглянувшись, откликнулся:
— Да нет, ничего особенного.
Он быстро оторвал магнитофон от портупеи и, сунув его в карман, бросил связку проводов и ремней обратно в бурьян. Потом навалил сверху несколько плоских обломков валявшейся рядом разбитой цементной плиты и поспешил к своей машине.
Работяга как раз заканчивал затягивать болты на уже отремонтированном колесе. Выпрямившись, он потер поясницу и сказал:
— Все. Готово.
— Сколько с меня? — быстро спросил Роман, боясь, что мужик, как в телевизоре, увидит в его глазах то, что только что видел он сам.
— Ну… За работу — сто сорок, а за резину — тысяча шестьсот. Новая резина, точно такая же, как у тебя, — «Нокиа».
— Хорошо, — сказал Роман и полез в карман за деньгами.
Шиномонтажник сходил в гараж, позвякал там и вышел с новой открытой бутылкой пива. Приложившись к ней, он крякнул и спросил:
— А что там было-то? Чего ты заорал-то?
— А там собака кошку трахнуть хотела, — Роман ляпнул первое, что взбрело в голову.
— Это Шницель, — усмехнулся работяга, — он ко всем пристраивается. Ему все равно, кого трахать — хоть кошку, хоть пивную бутылку.
— Да? — удивился Роман, который и не предполагал, что его вранье обернется чистой правдой.
Вообще-то он много чего не предполагал.
В частности — того, что он увидел.
А еще он понял, что эта странная и таинственная девушка накрепко засела в его мозгу, особенно жест, которым она расправила примявшиеся под париком шелковистые каштановые волосы…
— Вот, — сказал Роман, протягивая деньги шиномонтажнику.
— Ага, — ответил тот и, не считая, сунул деньги в карман грязного комбинезона.
— Ну все, спасибо, я поехал, — сказал Роман.
— Ага, — повторил мужик и расслабленно опустился на ящик.
Роман сел за руль и, потрогав лежавший в кармане магнитофон, повернул ключ зажигания. Мотор мягко заурчал, и он медленно поехал в сторону выезда из гаражей. Роман машинально крутил руль в нужные стороны и вдруг понял, что не может думать ни о чем, кроме как об этой непонятной девушке.
Что это был за маскарад?
Ограбление?
Очень может быть. Даже наверняка.
Тогда это очень интересная девушка…
Роман выехал на кривую улицу и, повернув направо, остановил машину. Нужно было подумать.
Номер.
Какой был номер у этой «БМВ»?
Так…
Вот машина выезжает из ворот гаража, поворачивается радиатором в сторону Романа, на номер падает яркий луч солнца…
Точно!
Я еще тогда подумал — «Боинг»! Номер — 767. Между прочим, блатной номерок…
А буквы? Буквы, буквы, буквы…
Роман закусил губу и, нахмурившись, полез за сигаретами.
Какие же были буквы?
Ведь появилась же какая-то ассоциация, точно появилась!
Когда Роман начинал свою карьеру автомобилиста, он с первых же дней стал машинально делать из букв, которые видел на номерах машин, слова.
Наверное, сказалась его профессия. Стихи, тексты для песен…
Роман, конечно, в первую очередь был музыкантом, но тексты сочинял тоже, поэтому слова были материалом, из которого он делал стихи и песни. Вот и в этот раз, увидев буквы на серебристом «БМВ», он совершенно автоматически сложил их в какое-то слово.