Реплика
Шрифт:
Краткий, но выборочный, рассказ Плотникова о их знакомстве со столпом занял не более пяти минут. И когда он закончился, Меньшиков уже не противился зайти в палату вдвоем. «Дальнейшее зависит от Сани» - решил он.
***
Когда Соколов очнулся, солнце вовсю озарило палату. Стрелки настенных часов близились к полудню. Не открывая глаза, парень прислушался к своему состоянию, которое, на удивление, было удовлетворительным.
– Братишка, не чувствую тебя… - Саня с трудом расцепил губы, чтобы позвать друга. Фантом очнулся и радостно поприветствовал хозяина. Столп ощущал как реплика мечется по палате и улыбнулся.
Внимание! Часть навыков отключена.
Судя по всему, ночью фантом активировал регенерацию, а Саня каким-то образом, несмотря на беспамятство принял активацию. Неудивительно. «Кхм, интересно, а что, если?». Столп поднял руку и провел ладонью по лицу. Шрамы исчезли. Нос цел. Кровоподтеки прошли. Он приподнялся на локтях и осторожно пошевелил ногой, она отдалась легкой, но терпимой, болью. Саня аккуратно поднял ногу и убрал одеяло в сторону. Дыры как ни бывало.
– Спасибо, дружище, - искренне поблагодарил фантома хозяин.
Он уже давно слышал разговор за дверью, но лишь сейчас серьезно обратил на него внимание и ухмыльнулся. Плотников – трепло. Рассказал все-таки про него. А только ли Меньшикову? Парень напрягся. Если Беляев в курсе, то их ждет увлекательное путешествие в никуда.
Полученные повреждения в разломе сломали все планы столпа. Он был бы и рад увидеться с Жекой, возможно именно сейчас самое время, но не на больничной койке. Завербовать феникса двадцатого уровня на свою сторону являлось хоть и не основной, но важной задачей. «Разбираться придется на ходу» - подумал Саня и крикнул:
– Ну заходите уже!
Дверь практически сразу открылась. Жека, искренне улыбаясь, широкими шагами подошел к кровати и пожал протянутую Саней руку:
– Соколов, я не знаю, что сказать. У меня столько вопросов!
Саня улыбнулся в ответ:
– Жека, взаимно. Но поговорим потом, ладно? – Он многозначительно посмотрел на Плотникова, который закрыл дверь палаты и прислонился спиной к стене.
– А? Да, конечно! А когда? – нетерпение в голосе однокурсника заставило Саню рассмеяться.
– Скоро. Товарищ полковник. Какими судьбами?
Константин молча прошел вглубь палаты и, встав у окна, сложил руки на груди. Затем сказал:
– Я понимаю, что нахожусь в палате с двумя пацанами, которые, при хорошем стечении обстоятельств, могут уничтожить любую среднестатистическую страну. У меня вопрос. А вы это понимаете? – голос полковника не содержал и тени юмора.
Однокурсники переглянулись. Жека молчал, А Саня тяжело вздохнул. Те знания и сила, которые он получил на острове, были важнее каких-то правительственных интриг и желаний. А Плотников являлся частью системы, и его вопрос подводил к одному – их с Меньшиковым нужно контролировать. А это в планы столпа не входило.
– Секунду генерал. Жека, рюкзак я вижу. А где мой меч?
Меньшиков молча наклонился и достал артефакт из-под кровати.
– Вот про это у меня кстати тоже о-о-о-очень много вопросов!
Когда Жека впервые считал интерфейс меча, он почувствовал… зависть. Она черным демоном до сих пор копошилась внутри, но парень пытался подавить это чувство. Он же хороший мальчик.
– Ладно, на месте и хорошо. Спасибо тебе, что всё сохранил.
Жека по-солдатски кивнул.
– Что касается твоего вопроса, полковник, то мне не нравится, к чему ты ведешь, - Саня с вызовом смотрел офицеру в глаза. Тот решил проигнорировать панибратское обращение на «ты» и, обдумав ответ, сказал:
– Ты же понимаешь, что правительство должно контролировать такие силы как ваша. Без вариантов.
Самые мрачные опасения Соколова подтвердились. Несмотря на то, что он лежал в кровати, ощущения у полковника сложились, будто парень смотрит на него сверху вниз.
– Ты что, рассказал всё Беляеву? – грозно спросил Саня. Именно в этот момент Плотников осознал, что ошибся. Ошибся, когда принял Соколова за очередного парня с суперспособностями, сравнив с тем же Меньшиковым. Ошибся, решив, что пацана можно держать под контролем. На него смотрел далеко не юнец. Во взгляде Александра читалась нечто неуловимое, некое знание, и полковнику невозможно было его постичь. Решив подыграть ему и создать патрули, он намеревался сблизиться с человеком такой силы, заручиться доверием, да и сама идея была хороша. Тем более и ресурсы для этого были. Но сейчас Плотников ощущал, что является лишь неважной фигурой на шахматной доске, которую легко можно отдать.
– Да, Александр, я рассказал, - начал полковник и спешил продолжить, - но так было нужно. Я патриот, у меня есть ценности. Я служу своей стране. И не могу постоянно следовать твоим прихотям. Я здесь-то лишь потому, что знаю вас обоих.
– Полковник, ты совершил ошибку. Большую. Я же говорил тебе, что Беляеву нужно показать результат.
Меньшиков молча переводил взгляд то на одного, то на другого. Он не знал, о чем они говорили, но какая-никакая картинка в голове складывалась. Будучи человеком не глупым, он решил не встревать.
– Беляеву нужен не результат. Точнее не тот, который хочешь показать ты. Для него результат – это вы двое на службе государства.
– Да государство ничего не сможет! – Саня сел и выпрямился, его голос срывался, - ты что думаешь, всегда будет так да? Сколько там, десять-двенадцать разломов на город уровней 1-20 да? А как тебе пятьдесят разломов восьмидесятого уровня, а? Да ваше правительство не знает, что делать, как развиваться, как адаптироваться. Я – единственный, кто это знает, так уж вышло!
– Вот об этом и скажешь! – Плотников тоже повысил голос, хотя то, что сказал Саня выбило его из колеи, - скажешь Беляеву, что тебе нужно поговорить с министром Защиты, или Обороны, да хоть с президентом!
– Да ты сам себя слышишь? Невозможно организовать это сразу сверху, оно начинается снизу. С одного города. С одной устоявшейся системой, которая развивается постепенно дальше. И на все про все есть каких-то полгода. Каждое действие, которое нужно будет предпринимать, будет согласовываться месяцы, а у нас столько времени нет! Что я сделаю? Приду, покажу свои возможности, фантома, скорость и они послушают? Поверят? Дадут мне власть уровня страны? – Саня фыркнул.