Чтение онлайн

– Наедине я их не оставляю. На ночь она всегда запирается, - деревянным голосом, пряча глаза, призналась Кэрол.

Дэрил громко и грязно выругался, услышав, как сильно она не доверяет собственному мужу, ожидая от него в любой момент самых страшных мерзостей по отношению к их дочери.

– Она сказала, что не нужна тебе. Что ты жалеешь, что вообще родила её. Что ты с этим… своим… рада бы жить без неё. Ревела тут белугой, разве что об стенку головой не билась в истерике, - тихо сообщил Дэрил и, подняв глаза на Кэрол, тут же закатил их. – Ну блин!

А она ничего не могла с собой поделать: слёзы текли против её воли. Страшно было даже слышать, не то что представлять и думать, что чувствует сейчас её девочка, вбившая себе в голову такие ужасные мысли. Как же объяснить ей, что никого дороже неё у Кэрол никогда не было и не будет? Что все её попытки жить в мире с Эдом только ради неё? Ради того, чтобы она была в безопасности?

– Толку реветь теперь. Мы, короче, ей сказали, что она дура и что мамка её любит, и все такое. Но даже у Мэрла не нашлось ни одной приличной мысли в ответ на вопрос, почему тогда эта самая любящая мамка не бросит папашу-урода, когда он в подробностях услышал, что тот творит за закрытыми дверями, - кусая губы, произнёс Дэрил и посмотрел в окно, вряд ли что-то там увидев, кроме темноты. – Наша мамка ни хрена, кроме того, что с батей у нас хотя бы какая-то хавка и крыша над головой есть, сказать нам не могла. У тебя, блин, и такой отговорки нет.

– Я боюсь его мести. Я не могу это объяснить Софии, не могу сказать ей, что он может сделать, ладно уж со мной, но с ней самой назло мне. Я так понимаю, объяснять тебе, что может сделать такой человек с ребёнком, с девочкой, даже не оставив никаких следов в доказательство, кроме разрушенной психики, не нужно?

– Ее можно оградить от него и все.

– В этом крошечном городе? Думаешь, Филип не пойдёт навстречу любящему папочке, которого жена-стерва лишает общения с дочерью? Я вот совсем не уверена. Тем более сейчас… у нас почти все наладилось. Он только говорит порой… глупости. Но так быстро человека полностью не переделать.

– Новая жизнь, все дела? – порылся Дэрил в карманах и достал смятую пачку сигарет. – Угу, у бати пару раз тоже такое было. Я думал, что поддержание мира от меня зависит. Бегал на цырлах перед ним, даже, блин, в школе попытался там чего-то учиться, только нахрен оно ему надо было. Набухался в первый раз через две недели, во второй раз – через несколько дней. И забил на всю эту новую жизнь. Как и не было.

– Если уходить от него, надо все подготовить и продумать в любом случае. А до этого – всеми силами делать вид, будто все отлично, и меня даже такие мысли не посещают.

Дэрил щёлкнул зажигалкой, закуривая. Задумчиво посмотрел на Кэрол. А она в этот момент услышала громкий смех Софии, долетевший до неё из комнаты, и только теперь окончательно успокоилась.

– Это ты для мелкой отмазку придумала? Или и сама в неё поверила?

– Я не знаю, - покачала она головой. – Я вообще уже ничего не знаю. Только то, что пока он здесь, пока он жив, я никогда не смогу жить спокойно. И что я сама во всем этом виновата.

Она окинула рассеянным взглядом кухню, видя лежащий на столе нож для разделки мяса и горько усмехаясь: перед глазами моментально всплыла отчетливая, продуманная уже тысячу раз картинка того, как нож входит в горло Эда.

– Иногда мне кажется, что я могла бы убить его, - прошептала она и вздрогнула, почувствовав прикосновение шершавых пальцев к своему подбородку.

– Ты шутишь? – глухо переспросил Дэрил. – Женщина, не смей. Он или сам тебя грохнет, или Блейк потом хрен знает что устроит. Мы разберемся без этого, ясно?

Интересно он сам заметил, что сказал «мы»? Или он сказал это всерьёз? И как понимать это всерьёз: он хочет помочь ей из-за Софии? Или он хочет помочь ей, потому что…

Кэрол кивнула, и пальцы Дэрила вдруг скользнули чуть выше, по её щеке, задев край губ. Одно неловкое касание – и все тело охватило огнём. Одно неловкое касание – и шумный вздох в тишине, его или её – общий. Одно неловкое касание – и Дэрил внезапно встал, бросая уже истлевшую сигарету в грязную пепельницу и отходя к двери.

– Поговори там с девчонкой своей, ну, по-бабски, – нарочито грубовато сказал он, не поворачивая головы. – А то она себе чего только не придумала про вашу семейку. Столько вывалила. В ней это небось не один год копилось. И это… ну, короче…

– Что? – встала со стула и Кэрол, тоже подходя к двери.

– Ну… Мэрл молчать будет. Насчёт всего.

– Всего? – не поняла она, но Дэрил не ответил.

Прошёл вперёд и нараспашку открыл дверь в комнату. София действительно сидела в кресле прямо на сваленных там вещах, читая полулежащему в подушках Мэрлу книгу. Оба выглядели вполне довольными жизнью. И только увидев Кэрол, София в одно мгновение скривилась, расплакалась и повисла у нее, тоже плачущей, на шее.

– Прости, прости! Я хотела идти уже, но ты сама пришла, и Дэрил сказал, что поговорить, и я ждала… ты не злишься? Правда не злишься?

Прощание вышло сумбурным, они обе только пробормотали что-то братьям сквозь слёзы и, укутав Софию в куртку, поспешили домой, где, к счастью, было пусто.

Ещё по дороге Кэрол, кажется, раз десять повторила дочке, что любит её и просит прощения за отсутствие внимания в последние дни, услышав столько же раз взаимные слова. Только напившись на кухне горячего чаю и немного перекусив, они обе смогли успокоиться.

– Мам, только обещай, что мы от него уйдем. Не прямо сейчас, я все поняла, - после очередных объяснений Кэрол о том, почему им приходится оставаться с Эдом, вздохнула София. – Но хотя бы потом. Но скоро! Давай уйдем к Дэрилу! Он не против!

– В смысле? – поперхнулась последним глотком чая Кэрол.

– Ну… - хитро прищурилась дочка. – Когда я ему это предложила, он совсем не отказался. Правда, может, не получилось просто: там же еще мистер Мэрл был. Он сначала смеялся, потом что-то возмутился вроде, я только не поняла, почему, и потом сказал, что они после поговорят. Я его уговаривала мне сразу сказать, о чем они говорить будут, но он сказал, что это не моего сопливого ума дело. Вредный! Но, знаешь, весёлый. Он такие слова знае… ой… они тебе, наверное, не понравятся. Но мам, если бы я уши закрывала, это было бы невежливо, мне бы пришлось через предложение их закрывать.

– Выкрутилась, - улыбнулась Кэрол.

Теперь стало ясно, о чем говорил ей в конце Дэрил. Мэрл знает все не только про Эда, но и про них. Так получается. И получается, что, по мнению Дэрила, «они» в самом деле существуют?

Стараясь не думать о том, что именно скажет младшему брату Мэрл, ведь это вряд ли будет что-то в их пользу, Кэрол только задумчиво покачала головой в ответ на повторившийся вопрос Софии о том, чтобы уйти к Дэрилу.

– Об этом рано думать, дорогая. И говорить пока не стоит. Никому. Вообще. Ты поняла? Это очень важно! Ведь если твой отец узнает…