Решительная
Шрифт:
Кайя не ответила. Она боялась, что если откроет рот, то наговорит такого, о чем потом пожалеет.
Ройбен побледнел.
— Кайя! — Он закрыл глаза. — Не надо!..
Его страх и отчаяние только разозлили Кайю. Ей хотелось, чтобы он мучился так же, как она.
Между тем Силариаль подобралась так близко к Кайе, что та чувствовала ее дыхание на своей щеке.
— Прикажи ему, — прошептала королева. — Ты же знаешь, что придется. Если откажешься, то я устрою неприятности твоей матери, сестре-подменышу и твоим друзьям. Давай не упрямься. У тебя нет выбора.
— Пообещай, что не повторишь его имени, — сказала Кайя. — Нет, не просто пообещай, а поклянись!
— Я не произнесу истинного имени Ройбена, — прошептала королева. — Не буду пользоваться им сама и не сообщу никому другому.
— Рат Ройбен… — начала Кайя.
Рука Ройбена поползла к рукоятке меча, но остановилась у пояса. Глаза его все еще были закрыты. Рай — третья часть его имени язвила ей губы. Рат Ройбен Рай.
— Ривен, — закончила Кайя. — Рат Ройбен Ривен, делай, как я велю.
На губах Кайи появилась жестокая улыбка. Лучше ему исполнить ее приказ. Иначе Силариаль сразу поймет, что имя было неправильным.
— Лижи руку королевы, Рат Ройбен Ривен. Лижи ее, как собака.
Ройбен опустился на колено и принялся лизать руку Силариаль. Его лицо покраснело от стыда.
Королева расхохоталась и вытерла руку о платье.
— Чудно. Что еще мы заставим его сделать?
Ройбен, по-прежнему стоящий на колене, покосился на Кайю. Та ухмыльнулась.
— Я заслужил это, — прошептал он. — Но…
— Заставь его замолчать, — приказала королева.
— Молчи, — сказала Кайя, кипя от ненависти.
Ройбен опустил глаза и умолк.
— Прикажи ему поклониться мне и навечно признать себя слугой Летнего двора!
Кайя резко втянула воздух. Этого она сделать не могла.
Лицо Ройбена стало угрюмым.
Кайя покачала головой, но ее ярость сменилась страхом.
— Я с ним еще не закончила, — сказала она.
Силариаль нахмурилась.
— Рат Ройбен Ривен, — начала Кайя, пытаясь придумать приказ, который Силариаль сочла бы приемлемым. — Хочу, чтобы ты…
Ее прервал пронзительный крик. Силариаль шагнула в сторону, с недоумением прислушиваясь.
— Кайя… — начал Ройбен.
В этот миг целая толпа фейри ворвалась под завесу ивовых ветвей. Среди них была Этайн.
— Госпожа! — воскликнул мальчик-эльф и застыл, пораженный видом короля Зимнего двора, стоящего на коленях. — Случилась смерть. Здесь, у нас.
— Что?! — Королева невольно взглянула на Ройбена.
— Смертный…
— Корни!
Кайя взвыла и бросилась из-под ивовых ветвей, забыв о Силариаль, о приказах и обо всем, кроме Корни. Она мчалась в ту сторону, куда бежали все, где уже собралась изрядная толпа. В центре толпы обнаружился Корнелиус. Живой и невредимый.
Трава на том месте, где он опирался на землю руками, увяла, маленькие фиалки побурели и высохли, даже земля выцвела и раскрошилась. Недалеко от Корни валялось тело Адаира. Мертвец все еще сжимал в руке нож, его шея и часть лица сморщились и потемнели. Пустые глаза смотрели в облачное небо.
Кайя резко остановилась, испытывая громадное облегчение при виде живого Корни. Рядом с ней стоял Луис. Он выглядел особенно бледным на фоне пурпурного плаща.
— Кайя, — тихо сказал он.
— Что здесь случилось? — спросила она, опускаясь на колени и аккуратно вынимая нож из руки Адаира.
— Нейл убил его, — глухим голосом сказал Луис. — Летние фейри не любят смерть, особенно здесь, в своих владениях. Это напоминает им о том, что рано или поздно их настигнет та же участь.
Корни внезапно рассмеялся.
— Держу пари, он такого не ожидал! Уж точно не от меня!
— Надо отсюда убираться, — сказала Кайя. — Корни, вставай!
Корни взглянул на нее странным взглядом, словно издалека.
— Не думаю, что меня отсюда выпустят.
Кайя оглянулась. Толпа становилась все больше. Силариаль стояла рядом с Талатайном. Этайн наблюдала за братом, беседовавшим с Эллебером и Руддлзом. Некоторые фейри таращились на тело, словно не веря своим глазам, другие рвали на себе одежды и причитали.
— Ты гарантировала Корни безопасность, — напомнила Кайя королеве, чтобы потянуть время.
— Он в безопасности, — ответила та. — Зато один из нас мертв.
— Тогда мы пошли. — Кайя встала и сделала несколько шагов.
Рукоятка ножа стала влажной в ее руке.
— Пусть идут, — сказал Ройбен.
— Не пытайся приказывать королеве! — возмутился Талатайн и наставил на него арбалет.
Ройбен рассмеялся и медленно, напоказ, вытащил меч. В его глазах пылала ярость, но лицо казалось просветлевшим, словно чистота ненависти спалила стыд унижения.
— Давай, — сказал он. — Добавим к этому трупу еще один!
Талатайн отбросил арбалет и тоже выхватил меч.
— Как долго я ждал этого мига!
Они начали кружить, держась друг против друга. Фейри подались назад, освобождая им место.
— Дайте мне с ним сразиться! — попросила Дулькамара.
Она была вся в красном, только волосы перевязаны черной лентой.
Ройбен улыбнулся и покачал головой. Он повернулся к Кайе, одними губами приказал уходить и бросился в атаку.
— Останови их! — велела Силариаль Кайе. — Прикажи им остановиться!
Рыцари то делали выпады, то отступали. Они казались партнерами в некоем смертельном танце. Мечи с лязгом столкнулись. Этайн шагнула к брату, остановилась и бросила умоляющий взгляд на Кайю.
— Ройбен, — крикнула та. — Стой!
Ройбен застыл как статуя. Талатайн с разочарованным видом опустил меч.
Силариаль подошла к Ройбену, провела пальцами по его щеке и повернулась к Кайе.
— Если ты хочешь уйти отсюда со своими дружками, то знаешь, что именно надо ему приказать.