Чтение онлайн

Ее объяснение звучало логично. Он не понаслышке знал про то, как облеченные властью приходят в отчаяние, когда их положению что-то угрожает.

– Дарт Зидрикс скоро проведает о событиях на Бостирде, – продолжила Найрисс. – Мы должны действовать быстро.

– Удивительно, что Император поручил уладить это дело вам, – заметил Скордж. – Я ожидал, что он прикажет имперской страже арестовать Зидрикса.

– Император ничего не знает, – бросила Найрисс.

– Но Дарт Зидрикс вступил в союз с сепаратистами, – твердо сказал Скордж. – Он предал Империю! Мы обязаны доложить Императору.

– Не думаю, что так будет лучше, – предупредил Сечел, игнорируя Скорджа и обращаясь к госпоже напрямую. – У нас мало доказательств, а ваше соперничество с Зидриксом – широко известный факт. Если мы выдвинем обвинение, он станет все отрицать. Император вряд ли предпримет что-то без достаточных доказательств. А Зидрикс тем временем заметет следы или скроется.

– Сечел прав, – промолвила Найрисс. – Наше преимущество – внезапность. Зидрикс не знает, что мы уличили его в измене. Если ударим сейчас, мы застигнем его врасплох.

Было очевидно, что она уже приняла решение, и Скордж находил ее рассуждения здравыми. Но ему все равно не нравилось, что они держат свои открытия в тайне от Императора.

– Взять его крепость будет нелегко, – предостерег Мертог. – У нас не хватит солдат, чтобы подавить его числом, и я не хочу брать на такую работу наемников. Слишком велик риск, что один из них выдаст нас Зидриксу.

– Что, если просто заказать его? – предложил Сечел. – Поступите с ним так, как он хотел поступить с вами.

– Нам понадобится особенно искусный и опытный убийца, – промолвила Найрисс. Она пристально посмотрела на Скорджа: – Что скажешь – сумеешь подобраться к Зидриксу?

Скордж тщательно обдумал все возможности перед тем, как ответить. Первая мысль, что пришла ему на ум, – внедриться в близкое окружение Зидрикса. За несколько недель он изучит привычки намеченной жертвы и всех его слуг, терпеливо дожидаясь случая застать его одного и безоружного. Но Зидрикс не брал к себе на службу ситов: многие из них имели предубеждение против людей. Естественно, член Темного Совета не позволил бы ситу войти в круг своих приближенных, боясь, что однажды тот восстанет против него.

Скордж мог бы найти и другой способ проникнуть туда, но, как ранее отметила Найрисс, нужно действовать быстро. У них нет времени на долгое изучение врага.

– В своей крепости он неуязвим, – высказался он наконец.

– Но его можно оттуда выманить, – вступил в разговор Сечел. – Посылая Зидриксу сообщения, сепаратисты пользовались шифром. Если мне удастся его воспроизвести, я могу послать сообщение с просьбой встретиться в каком-нибудь уединенном месте.

– Засада – хорошая мысль, – согласился Мертог. – Зидрикс не станет привлекать внимание к своей измене. Он возьмет с собой лишь двух-трех самых доверенных приближенных. Возьмем достаточно солдат и сразим его.

– Нет, – отрезала Найрисс, качая своей иссохшей головой. – Зидрикс почувствует их. Тому, кого мы пошлем туда, придется скрыть свое присутствие в Силе, пока капкан не захлопнется.

Было ясно, на кого она намекает, но Скордж все еще мялся:

– Вы просите меня убить члена Темного Совета? Легче сказать, чем сделать.

– Не думала, что ты станешь упорствовать, – удивилась Найрисс. – Он совершил преступление. Он сам навлек на себя кару.

– О нет, вы не так поняли, – ответил Скордж, тщательно подбирая слова. – Предатель-человек заслуживает смерти. Но он – темный повелитель ситов. Как я справлюсь с ним в одиночку?

– Я должен был догадаться, – ухмыльнулся Сечел. – Ты боишься!

– Выходить на неравный бой – не смелость, а глупость, – парировал Скордж.

– По крайней мере, тебе хватает смелости говорить начистоту, – протянула Найрисс.

– У вас и без меня хватает лизоблюдов, – бросил Скордж, прожигая взглядом Сечела.

Лицо Найрисс снова исказила мертвенная ухмылка, от которой Скорджа пробил озноб. Но ему удалось сдержать дрожь.

– Думаю, нам стоит продолжить разговор наедине, – сказала она.

Сечел и Мертог поклонились и без дальнейших прощаний вышли. Скордж порадовался тому, как пристыжены они были внезапным изгнанием из покоев. Найрисс не произнесла ни слова, пока рабыня-тви'лека не закрыла за ними дверь.

– Хорошо, что ты не забываешь об осторожности, – сказала она. – Но ты преуменьшаешь свои способности.

В памяти у Скорджа всплыла резня на базе сепаратистов: он вспомнил, какую энергию и возбуждение чувствовал. Он снова ощутил, как растет его мощь. Его связь с темной стороной была как никогда крепка. Но свежевать неопытных солдат – это одно, а выйти против могущественного сита – совсем другое.

– В отличие от меня, Зидрикс придет не один.

– Зидрикс окружил себя прислужниками темной стороны. Твое дарование позволит тебе насытиться их мощью и обратить ее против них. Чем прочнее твой противник связан с Силой, тем сильнее ты станешь.

– Настолько, чтобы убить члена Темного Совета?

– О, менятебе убить не удастся, – ответила Найрисс. – Зидрикс же стар и немощен. И он человек, а люди – низшая раса. Десятки лет темная сторона подрывала его здоровье. Он уже не такой, как прежде. Он держится на плаву только хитростью. Его приверженцы беспрекословно повинуются ему лишь потому, что наслышаны о его могуществе и не видят, как старость разъела его плоть и отняла силы.

Найрисс замолкла, ожидая, что скажет Скордж. Тот вовсе не горел желанием отвечать, не обдумав все как следует.

Он верил тому, что Найрисс рассказала о его способностях: он убедился в ее правоте во время последних заданий. Но воин не был готов ей доверять. Если Зидрикс действительно так слаб, как она уверяла, зачем ей Скордж, чтобы устранить его?

Но Скордж действительно желал убить Зидрикса. Не только потому, что был предан Императору – а он твердо верил, что смерть – единственное возможное наказание за измену. Нет, он хотел проверить себя в бою против члена Темного Совета, желал доказать себе и Найрисс, что на что-то годен. Если Дарт Зидрикс падет от его руки, его имя прогремит по всей Империи, его станут бояться. Найрисс будет у него в долгу за то, что он устранил ее соперника, а Император наградит его за то, что наказал предателя.